в него даже ноту негатива.
– В таком случае мне очень жаль, прости меня, – тихо сказала Эмма. – Люди вечно говорят мне, что я произвожу плохое впечатление, так что, если ты тоже замечала это за мной, прости.
Айрис с минуту помолчала, вдыхая ночной воздух перед тем, как ответить.
– Ты знаешь, Эмма, – мягко начала она, – в таком случае у нас с тобой много общего. Я тоже всегда произвожу на людей плохое первое впечатление.
– Я хочу сказать, – начала разъяснять Эмма своим хриплым прокуренным голосом, одновременно теребя рукой короткие, торчащие во все стороны волосы, – что я никогда раньше не осознавала, насколько ты нормальная до сегодняшнего дня. Потому что, оказывается, Айрис, ты нормальная, да-да. И мне так жаль, что я раньше не любила тебя и вела себя так враждебно.
– Ты и все мы, – послышался сзади мужской голос. Айрис повернулась и обнаружила Грега, потягивающего банку пива в импровизированном баре за скамейкой.
Она продолжала молча стоять, переводя взгляд с одного на другого, не вполне осознавая, что говорить в таких ситуациях. Но у нее так мало опыта в вопросах дружеского общения, откуда она может знать?
– Знаешь, – продолжал Грег, отрывая язычок банки пива и делая глоток, – Ким уже давно говорит нам, что мы ошибаемся на твой счет.
– И, оказывается, она чертовски права, – заявила совершенно осоловевшая Эмма, подталкивая Айрис локтем. – Вообще, знаешь что? На самом деле оказывается, что ты даже классная. По-своему, конечно, но все же.
– Ты одна из нас, – с умным видом закивал Грег. – Точно одна из нас.
Айрис слишком хорошо знала, что это были двусмысленные комплименты. Она также знала, что с вероятностью 92 % дело было в количестве выпитого алкоголя. Без сомнений, все эти речи забудутся завтра же в офисе и вернется привычная враждебность. Ну и что? Она чувствовала себя пьяной и счастливой, довольной и популярной. Неважно, сколько это продлится, это было невероятно приятно.
– Что ж, – сказала она, понимая, что оба смотрят на нее и ждут ответа. – Это определенно приятно слышать. И со своей стороны, если я когда-то вела себя слишком… ну, знаете… Как Железная Айрис с кем-то из вас…
Эмма закрыла лицо руками, театрально смеясь.
– Пожалуйста, прекрати! Клянусь, это не я придумала это дурацкое прозвище, клянусь, меня Грегори надоумил, а сам остался ангелком.
– Ну давай докладывай обо мне начальству, почему бы и нет, лохматая вредительница!
Айрис просто улыбнулась и прекратила их добродушное препирательство, отмахнувшись.
– Проехали, – сказала она, и это слово было так нетипично тому, что она обычно говорит, потому что она недавно подхватила его от Ким. Она в самом деле многому училась у Ким в последнее время.
Эмма приобняла ее за плечи.
– Ты теперь часть команды, – сказала она.
– И нравится тебе это или нет, никуда из нее уже не денешься, – добавил Грег.
Воцарилась тишина, которую прервал оглушительный всплеск аплодисментов певице, и откуда-то из глубины сада послышался крик Ким, которая требовала какую-то попсовую песню, неизвестную Айрис. Что-то более ритмичное и зажигательное, с припевом, гласившим, что, если тебе что-то действительно нравится, тебе следует надеть на это кольцо. Весьма странно. Вся молодежь вокруг нее, казалось, знали эту песню, так как все тут же энергично закивали головами.
В это время Айрис просто сидела и позволила этому великолепному вечеру захлестнуть ее с головой.
«А знаете что? Возможно, я ошибалась. Возможно, все это время я искала совсем не любящего и стабильного бойфренда. Возможно, я так жаждала обрести не партнера, не мужа и даже не семью.
Возможно, мне просто нужны были друзья – и точка».
Глава двадцать четвертая
Конни
– Разумеется, я забежала буквально на минутку, – прощебетала Конни, страшно довольная собой.
– И хорошо, – немного надменно ответила ее подруга Бетти. – Я работаю, знаешь ли, дорогая, так что разговорчики – не лучшая идея сейчас. Уверена, ты меня понимаешь. Хоть ты уже давно и не работаешь. Я правда сегодня с ног сбиваюсь.
– Неужели? – спросила Конни, оглядываясь вокруг себя в притворном удивлении. – Я что-то не вижу ни одного посетителя, кроме меня.
Она демонстративно осмотрела благотворительный магазинчик, где работала Бетти, в котором, конечно, было пусто и глухо. «Магазинчик тоже был заметно обветшалым», – подумала Конни с отвращением: практически перманентная полутьма, плесень на стенах… Какой позор. По неясной причине в магазине вечно воняло сыростью. Он был до краев набит всяким разным хламом, который вы и представить себе не можете. До самого потолка высились башни картонных коробок со старыми журналами, в которых еще была жива принцесса Диана, со сломанными блендерами, древними мобильниками размером с автомобильный аккумулятор и сувенирными полотенчиками с последнего визита папы римского. Это был такой стыд, что местные дети даже прозвали магазин «Платья мертвой старухи».
– Если сейчас нет покупателей, это не значит, что я не занята, – парировала Бетти с вымученной улыбкой. – К твоему сведению, я свожу дебеты с кредитами. Это очень непростая работа, требующая большой концентрации. Так что, если ты здесь, просто чтобы поболтать, Конни, дорогуша, может быть, это подождет до другого раза?
– Ах, нет-нет, совсем нет, Бетти, – приторно улыбнулась Конни. – Вообще-то я пришла за покупками. Ну я подумала, моя старая добрая Бетти тут совсем одна в этом крошечном магазинчике, я обязана сделать доброе дело и заглянуть к ней, чтобы поддержать.
– Что ж, думаю, что цены здесь как раз для твоего кошелька, – продолжала неестественно улыбаться Бетти. – Так чем я могу помочь? Может, новый халат? Только сегодня утром нам сделали пожертвование в виде хирургических чулок от монахинь через дорогу из благотворительного братства. Может, что-то из этого? У нас есть все самые большие размеры, так что мы определенно что-нибудь тебе подыщем.
Конни притворилась, что размышляет об этом, но потом твердо покачала головой.
– Не думаю, Бетти. Это не совсем уместно там, куда я собираюсь. Попридержи их для себя, тебе ведь не будут лишними, верно?
Можно было воочию наблюдать, как Бетти душила необходимость задавать вопрос, но любопытство взяло верх, и она не устояла.
– А куда ты собираешься, Конни? На службу? Бинго? Добротные похороны, может быть?
Конни только улыбнулась и от души потянула время перед тем, как отвечать.
– Вовсе нет, – ответила она. – Ронни и я – это мой бойфренд, кстати…
– Да, ты уже говорила, – сухо отметила Бетти. – Много-много раз. Уже почти и не осталось тех, кто не в курсе этого, Конни. Катается на фургончике с едой, ведь так?
Конни пропустила это мимо ушей и приготовилась дать ответный удар.
– В общем, Ронни пригласил меня на выходные, триумфально заявила она, – на пляж Бриттас-Бэй, между прочим. Сказал,
