– Можно мне к Ане? – упрямо спросил Сергей.
– Конечно, можно. Она, кстати, тоже все знает. Иди, палата номер три.
Сжимая в руках куртку, он делал самые трудные последние шаги перед встречей со своей девушкой. Ольховский шел за ним, полагая, что может понадобиться, если дочь вдруг лишится чувств. Сергей толкнул дверь в палату – и увидел Аню. Хотел поздороваться – но не смог произнести ни звука, потому что нормально дышать он не мог – уже давно не мог, с того самого дня, когда улетел домой в ту самую среду. Когда сделал свой выбор.
Анины мама и бабушка, которые находились тут же, в палате, поздороваться смогли, но Аня тоже молчала. Только смотрела на него жадно и глубоко, словно не могла насмотреться.
Все это время – время мучительной разлуки, – Аня хотела ответить на вопрос Сергея, который он задал еще в Германии.
И когда он подошел вплотную к кровати, на которой она лежала, тогда Аня очень серьезно произнесла:
– Да.
Он понял. Стал на колени возле кровати и начал целовать кончики ее пальцев. И, наконец, начал дышать.
– Что – да? Я не понимаю, Аня, скажите мне, что происходит! – Анжелика заволновалась, на глазах выступили слезы.
– Ты чего, Ликусь? Аня просто согласилась выйти за Сергея! – Ольховский обнял жену за плечи. – Разве это повод плакать?
– Да! – всхлипнула Лика. – Гормоны, понимаешь… Я тебе еще не говорила? Придется для свадьбы искать платье для беременных!
– Аня? – испуганно повернулся к дочери Ольховский.
– Да нет, папа! Думаю, мама хочет тебе сказать, что скоро ты снова станешь отцом.
Анжелика кивнула и защебетала:
– Кстати, вспомнила, в последней коллекции Оскара де ла Рента есть модель, которая идеально мне подойдет!
© Людмила Волок, 2014 г.
