Навязчивый мотив. Клуб 27 - Вероника Артт

– Я тебе покажу и подпись, и то, что ты… устроил здесь – проревел Крис, сражаясь за возможность зарядить приятелю в челюсть. – Я тебя в психушку засуну на месяц, идиот несчастный! Чтоб тебе мозги на место поставили!..

– Себе скажи спасибо, козел! – заорал в ответ Мик, а затем резко выдохнул от смачного удара в живот.

Заметив, как Мик согнулся от боли, Крис с явным удовольствием повторил. Мик же вновь выдохнул, а после и вовсе вдруг начал задыхаться. Похоже, Крис попал ему прямо в солнечное сплетение.

– Получите и распишитесь! – зло сказал брюнет, отпихивая Мика и пытаясь встать. – Я сейчас вызову сюда медиков, и тебя упакуют, понял? А вот потом, когда ты придешь в себя…

Но Мик, похоже, уже пришел. Он стрельнул глазами в сторону, а затем бросился за чем-то и поднял.

Внутри меня все похолодело.

– Нет, – испуганно крикнула я.

Пригибаясь к земле, Мик повернулся к Крису.

– Нет, друг. Никаких потом. Только здесь и сейчас.

Если нутро мое сжалось, когда я увидела, как мой бывший коллега схватился за нож, то Крис и бровью не повел.

На его лице с кровавыми подтеками появилось скептическое выражение. Поджав губы и подняв брови, он сделал многозначительную паузу и спросил:

– И дальше что? Порубишь меня на кусочки?

Мик не шевелился. Лица я его видеть не могла, так как он, словно человек-паук, сидел на корточках в позе, вот-вот готовой к действию. Но, зная его, пусть и недолгое время, я предположила, что он и сам понятия не имел, что делать дальше.

– Отдай-ка мне это, – без испуга приказным тоном сказал Крис, делая шаг вперед. – Пойдем в тепло, присядем. Ребекка организует нам чаек-кофеек…

Мой мозг не сразу разобрал, что именно произошло в следующую секунду.

Крис, делая шаг вперед, вдруг рванул вниз, прямо на Мика, а тот сначала метнулся в сторону, а затем вскочил навстречу приятелю.

И тут мир замер.

Глава 18

Клуб 27

Сначала я не поняла, что происходит. Парни так и остались стоять друг напротив друга. Казалось, Крис навалился на Мика, а тот его поймал.

На мгновение я подумала, что все прекратилось. Драка подошла к концу, и в груди отозвался легкий прилив радости и облегчения.

Но секунды шли, а ребята так и оставались стоять лицом к лицу, и моя первая мысль начинала казаться все более неправдоподобной, а после и вовсе абсурдной. Лучик оптимистичной надежды постепенно угасал.

В этот странный момент, когда все мы застыли, словно играя в «Море волнуется раз», мир заполнял лишь стук дождя по металлическому покрытию крыши.

Вдруг Мик сделал медленный неуверенный шаг от Криса. Потом еще один. И еще.

Понемногу мне открывался вид и на самого брюнета, стоящего в углу крыши.

Выражение его лица было удивленным… нет, скорее даже озадаченным. Брови слегка хмурились, а рот чуть приоткрылся. Он смотрел куда-то вниз.

Проследив за его взглядом, я ощутила, как меня накрыл ужас.

Глаза не сразу заметили рукоять ножа, сливающуюся с чернотой кожаной куртки и выходящую прямо из живота музыканта.

Покачнувшись и сделав неуклюжий шаг назад, он ухватился за перила. Те, будто переняв его боль, пронзительно скрипнули.

Вторя им, я издала какой-то некрасивый, блеющий звук. Чувство смятения и несогласие с разворачивающейся трагедией пронзили грудь раскаленным штырем, обжигая внутренности. А потом меня охватила всепоглощающая ярость.

Посмотрев на Мика, я медленно поднялась. Тот, стоя ко мне почти спиной, застыл на месте.

Беззвучно подняв кусок какой-то деревянной балки, что валялась на крыше среди прочего мусора, я берсерком рванула на парня.

«Он и так не в себе, а случившееся и вовсе может привести к любому безумному решению…»

Но в первую очередь я испытывала страх и гнев за Криса.

Почти долетев до бывшего коллеги, я заметила, как его голова начала поворачиваться в мою сторону.

Но вместо ликования злодея, совершившего долгожданную месть, на меня посмотрели округленные ужасом и потрясением глаза.

– Я не хотел… – только и успел прошептать Мик, прежде чем балка обрушилась ему на затылок.

В последний миг руки дрогнули, потому как в этот момент передо мной стоял парень, которого за все время нашего знакомства я начала считать своим другом. Первым другом в этом большом городе. Человеком, что был искренне добр и отзывчив, но который, к сожалению, запутался и натворил глупостей.

Балка обрушилась на пурпурный ежик с разномастными мордашками смайликов, и Мик, покачнувшись, с грохотом свалился на сырую поверхность крыши.

Плечи вздымались, а дыхание срывалось с губ судорожными выдохами. Несколько секунд я невидящим взором глядела на лежащего у моих ног парня, а потом, отбросив орудие, рванула к Крису.

Тот тихонько оседал вниз, придерживаясь за перила. Глаза его, все еще лишенные какой-либо глубины, смотрели то на меня, то на рукоять ножа, выступающую из тела, то на лежавшего без сознания Мика.

– Так! – Я присела рядом с Крисом. Не понимая, что вообще делать, я заметила, как дрожат мои пальцы. – Все будет хорошо, ладно? Не волнуйся, все будет хорошо…

Без понятия, кого именно из нас я пыталась в этом убедить.

Тут рука Криса машинально потянулась к торсу, словно собираясь вытащить нож.

Со скоростью ястреба я вцепилась в его кисть и, крепко сжав ее, процедила:

– Не смей, иначе ты истечешь кровью, и тогда я точно тебя убью, понял?

Парень, вылупив на меня глаза, едва заметно кивнул, и я отпустила его.

– Надо скорую вызвать!.. – Я машинально похлопала себя по карманам.

Вспомнив, что мобильника при мне точно нет, я метнулась в сторону своего похитителя. Вместо знакомого телефона Мика в карманах его толстовки нашелся другой смартфон, с которого звукарь, по всей видимости, писал мне до этого. Этот мобильник был запаролен, и спустя пару провальных попыток я чертыхнулась и отбросила его в сторону.

– Крис! – Я вновь подлетела к раненому музыканту. – Где твой телефон?

Парень хотел было пошевелиться, чтобы поискать по карманам, но зашипел от боли.

– Точно, – сбивчиво проговорил Крис. – В машине…

– Зачем ты его там оставил?!. – сокрушенно проговорила я.

– Ключи у меня в кармане.

Аккуратнее, чем ювелир, закрепляющий редкий бриллиант в оправе, я заползла в карман Криса, стараясь не тревожить его одежду, а значит, и сам нож. Однако вытащив, наконец, ключи, я заметила, как на моей руке остались