— О, Гай. Ты тоже останешься частью меня. Навсегда.
Были и другие рисуночки на браслете, но Гаю нужно было идти и она уже выказывала признаки усталости. Поэтому все, что оставалось ему сделать, это надеть браслет ей на руку и поцеловать ее. Сначала в обе щечки, а потом один раз в губы…
— Тебе незачем бояться Джино Форенци, Пенни. Возможно, это — самый лучший человек, которого я когда-либо знала, — благородный, сильный, и, возможно, наиболее заботливый.
Пенни посмотрела на нее с любопытством, потом ее глаза расширились:
— Так вы были любовниками, да?
Андрианна только загадочно покачала головой. Любовники? Так много мужчин были ее любовниками. Джино Форенци для нее был гораздо больше, чем любовник…
Общий lupus erythematosus! В конце концов ее болезнь получила название. Общий люпус еритематозус, болезнь чаще называемая одним словом «люпус», по латыни означающим «волк» — единственная связь между болезнью и волком заключалась в том, что болезнь вызывала сначала симпатичные ямочки на лице, которые потом становились похожими на волчью пасть.
Она лишь однажды обратила внимание на эти ямочки. Это было в Марбелле, когда все казалось веселым и забавным. Теперь Андрианна знала, что пройдет много времени, прежде чем она перестанет видеть в зеркале отражение волчьей мордочки вместо своего собственного.
Доктора, объясняя природу болезни, обращались больше к Джино, чем к ней, видя в нем что-то вроде отца.
Бывает два типа «люпуса», которые вызывают нарушения в мышечных связках. У нее была такая форма, которая большей частью отражается на коже, — общая форма проявления недуга. Она более серьезная: страдают связки, прилегающие к коже. Возникают боли, похожие на боли от артрита. Болезнь прогрессирует, приводит к общей слабости. Возникают проблемы с сердцем, легкими, почками, мышцами. Иногда болезнь вызывает кому, даже смерть.
При слове «смерть» Андрианна затаила дыхание, но Джино тряхнул головой, отвергая эту возможность, и взял ее за руку, чтобы успокоить.
— Мы не допустим никогда, чтобы что-нибудь подобное произошло. Доверься мне, Энни!
И она верила ему больше, чем докторам. Джино был большим спасителем, чем любой доктор, большим рыцарем, чем любой мужчина, лучшим отцом, чем ей когда-либо приходилось видеть, и он никогда бы не допустил, чтобы с ней произошло что-то страшное.
Врачи объяснили, что болезнь эта для них во многом еще остается загадкой. Они знают, что чаще она поражает двадцатилетних женщин. Больше они практически ничего не знают; отчего возникает и как лечить. Свою роль они рассматривают, как установление контроля над пациенткой, которой будет позволено жить нормальной жизнью, замедление течения болезни с помощью лекарств, из которых одни годятся для одного пациента, другие для другого… Все это решается экспериментально.
— Мы будем держать это под контролем, будь уверена, Энни, — сказал Джино доверительно. И опять она поверила ему.
Пока подыскивали подходящие лекарства, которые бы за-188 рекомендовали себя лучшим образом (замедляющие течение болезни или даже излечивающие ее), она должна была доверчиво принимать витамины и обезболивающие препараты, а также больше отдыхать и спать. В дополнение доктора рекомендовали ей две вещи: избегать солнца и молиться.
— Молиться о чем? — спрашивала Андрианна, отворачиваясь от Джино и глядя плачущими глазами на врачей, — о выздоровлении? Или только о том, чтобы не умереть?
— Поскольку, как мы знаем, еще ни у кого не было полного выздоровления, вы должны молиться, мисс Соммер, об избавлении от боли, о затухании болезни. Бывает, что у некоторых людей эта болезнь затухает на несколько десятилетий.
Затухание. Волшебное слово. Но молиться за это казалось также нелепо, какой нелепой была сама болезнь. Как люпус (волки), которые появляются незаметно и загадочно, как бы приглашенные по чьему-то капризу, приходят, насколько им нравится, и уходят, когда захотят, оставляя скорбящего хозяина наедине с его проблемами.
Но Джино, как бы заменивший больной отца, был еще и всемогущим магнатом, — он не удовольствовался слепой верой в чудесный добрый случай. Озабоченный возможностью лечения, он отказывался от всякого другого варианта, кроме полного затихания болезни.
— Мы добьемся затухания, Энни, такого затухания, которое продлится навсегда. Ты увидишь.
И опять Андрианна поверила ему. Но она никогда не прекращала молиться.
Поиски правильного лечения отняли меньше времени, чем обследования с целью установления диагноза, но осуществлялись с гораздо большим старанием. Андрианна знала теперь, против кого она сражается. Враг был обнаружен, она способна сопротивляться. А если она чувствовала какое-либо отчаяние, Джино умел поднять ее настроение своим неподдельным энтузиазмом и необыкновенным весельем. Он сделал так, что она ни на что не обращала внимания. Ну приходят какие-то докторишки, ну экспериментируют с различными лекарствами, чтобы контролировать ее состояние.
Первое, на чем он настоял — это, чтобы она продолжила, свое образование, если не формально — в школе, то хотя бы под руководством частных, приходящих преподавателей, и он нанял их, преподавателей всех предметов. Она довела до совершенства свой французский и выучила итальянский. Был прекрасный наставник, подготовивший ее в области истории искусств. Художник научил ее рисовать, скульптор показал ей, как обрабатывать камень и как лепить. Был даже такой наставник, который научил ее основным принципам архитектуры. Был и такой, который научил ее высшей математике. Был у нее учитель, поставивший ей хороший голос, преподаватель танцев, сценического искусства, потому что она обожала театр. Она научилась играть на фортепьяно, не сверхблестяще, но вполне прилично, а также на гитаре, просто для удовольствия.
Бывало, что Джино и сам превращался в учителя, причем так же легко, как умел он быть близким другом и опекуном. В лучшее время суток превращались вечера, когда Джино рассказывал ей о мире и людях, его населяющих, об автомобильном бизнесе и мире финансов в целом, о вине и прекрасной пище, об искусстве хорошо пожить.
Затем, когда лекарства в конце концов были подобраны и она стала чувствовать себя почти как здоровый человек, доктор объявил, что ее состояние здоровья подконтрольно ему и что она могла бы жить нормальной жизнью здоровой женщины так долго, пока не переутомится или не выставит себя под открытые лучи солнца, но что ей следует помнить о витаминах и лекарствах, которые постоянно нужно будет принимать.
