и я тоже. Мне не хотелось прощаться с ним на этой странной ноте, так что я спросила:
– Так ты в Бостоне учишься? Миссис Грин упомянула вчера.
Он посмотрел на меня с интересом, заметно оживившись:
– Да. А ты там бывала?
– Жила какое-то время, – уклончиво ответила я.
Мне безумно хотелось расспросить его о Бостоне, ухватить частичку той прежней жизни: спросить, бывал ли он в ресторане, где работала мама, любит ли прогуляться по Общественному саду и Норт-Энду, как вообще проводит время, не занятое учебой. Но я сдержалась.
– Вот это тебя занесло. – Сэм поднял руку, указывая на дом, словно имел в виду конкретно его. – Слушай, какое совпадение! Всегда удивляюсь, если слышу, что кто-то из знакомых бывал в Бостоне. А местные вообще не любят выезжать за пределы штата. «Где родился, там и пригодился» – слыхала такое? Эрни так любит говорить.
К нам, неся под мышкой что-то большое, обернутое в воздушно-пузырьковую пленку, направлялся Аксель. Мне показалось, что Сэм сказал это, обращаясь скорее к нему, чем ко мне. Я уловила в этой реплике заметную долю снисходительности. Хоть речь и шла не обо мне, это все равно задело меня, потому что я понимала, на что он намекает. Все вокруг – необразованная деревенщина, а он, такой молодец, вырвался – вот на что.
– Да в Бостоне и делать особо нечего. – Я махнула рукой, хотя мне очень нравился город, так, словно это было какое-то гетто. – А тут так спокойно и красиво…
Понимая, что несу ерунду, я умолкла.
– Сэмми… – Аксель аккуратно прислонил упакованное в пленку стекло к стене и поприветствовал Сэма кивком головы.
Тот ответил ему тем же. А потом он вдруг подошел ко мне и, наклонившись, коснулся губами моей щеки – так просто, словно это было в порядке вещей.
– Привет, – с улыбкой сказал он мне.
Я стояла, таращась на Акселя, не в силах вымолвить ни слова, а потом протянула:
– Приве-е-ет. – И собственный голос зазвенел у меня в ушах невнятным писком.
– Это тебе. – И он сунул мне в руки бумажный пакет, в котором я обнаружила две коробки засахаренных груш.
– Ладно, мне пора, рад был повидаться, – холодно сказал Сэм, одарив меня таким взглядом, словно только что уличил во лжи.
– Ага, бывай, – весело бросил ему Аксель.
Остолбенев, я смотрела вслед стремительно удаляющейся спине Сэма. Аксель вошел в дом и вскоре вернулся с ящиком инструментов в руках.
– Это что сейчас было? – спросила я его возмущенно и вместе с тем не без смущения.
– У него такой напыщенный вид, что я не смог удержаться.
Я, конечно, рассчитывала на что-то в духе: «Я соскучился, так что не смог удержаться», но это было бы не в его стиле.
– Ты выставил меня полной дурой! Он минуту назад спросил, не вместе ли мы, и я сказала, что ничего такого…
– Догони его и так и скажи, – бросил он раздраженно.
– Да ну тебя!
Можно подумать, наш танец на кухне и то, что произошло потом, имело значение только для меня. Аксель и сейчас подошел ко мне только ради того, чтобы побесить Сэма, который вообще ни при чем. Я не могла понять, что между нами происходит, и эта неопределенность ужасно раздражала.
Я собиралась зайти в дом, когда он окликнул меня.
– Лидия сказала, что ее тетка неправильно поняла и что ни про какого мужа она не говорила.
– Вот видишь! – Весь мой вид выражал торжествующее: «Я же говорила».
– Да, я знаю, что Бетти та еще… В общем, любит она распускать сплетни. Стоило догадаться.
Я удовлетворенно кивнула, хотя все равно планировала провести с Лидией профилактическую беседу насчет обсуждения моей личной жизни.
– Да, кстати, – продолжил Аксель, – она просила передать, чтобы ты ей позвонила. Фокс сказал ей, что ты ушла… – Он запнулся и отвел взгляд. – В общем, позвони ей.
– Телефон не работает, – напомнила я.
– Точно, она упомянула, что у тебя нет мобильного. – Он с интересом взглянул на меня, как будто собирался спросить, как так вышло, но передумал в последний момент. Я задумалась, уж не наплела ли ему Лидия чего-то и на этот счет. – Если хочешь…
Он достал из кармана джинсов старенький побитый смартфон и, что-то набрав, протянул его мне. На экране я увидела имя – Лидия Г. Нортон. Как официально. Не дожидаясь, пока я позвоню, Аксель взял упакованное стекло и принялся взбираться по лестнице на крышу.
Зависнув на пару минут (нет, его задница тут совершенно ни при чем), я нажала кнопку вызова.
– Акс? – донесся из трубки недоуменный голос. – Что-то забыл?
– Это я. Привет!
– Боже, детка, ты куда пропала? – завопила Лидия. – Я тебе звонила, наверное, тысячу раз. Даже приезжала вчера, да побоялась, что увязну в грязище, у вас там такая выбоина на дороге за мостом… Что случилось? Фокс был страшно злой, сказал, ты сбежала с работы. В чем дело?
– Подожди-ка минутку. – Я прикрыла динамик ладонью, зашла в дом и прошмыгнула в кухню. Не хотелось, чтобы Аксель все слышал.
Я коротко рассказала ей, что произошло в ту ночь (упустив, конечно, подробности с участием Акселя) и после. Лидия слушала меня, то и дело прерывая восклицаниями.
– Этот Кларк – такой ублюдок, честное слово! Но он женат, он бы тебе ничего не сделал, это я точно знаю. Ко мне он тоже пытался подкатывать, а когда я сделала вид, что не возражаю, тут же слился.
Что ж, по крайней мере, это подтверждало слова Акселя.
– Я так рада, что с тобой все в порядке, очень волновалась, честное слово. Даже думала, что еще пара дней – и подам заявление в полицию, мало ли, Хейзы тебя прибили и закопали в саду, с них станется, а виновата-то буду я.
Я захихикала. Нет, сердиться на нее у меня никак не получалось.
– Кстати, как и обещала, я выбила из Фокса твои денежки, они у меня, так что сможешь забрать в любое время.
– Спасибо, – улыбнулась я. – Только я едва могу ходить – наверное, чуть позже. Может, лучше ты заедешь ко мне в гости, как думаешь?
– Я бы с радостью, но не знаю, что у вас там с дорогой сейчас. К тому же, пока Бетти на больничном, я вместо нее в пекарне.
– Можно объехать через участок Гринов, – с энтузиазмом предложила я.
В трубке повисла зловещая тишина.
– Не думаю, что это хорошая идея, – наконец сказала она; я догадалась, что дело, вероятно, в Шоне.
– О, ну ничего. В другой раз. Так что там за история с моим мужем?
