моих подростковых мечтах о будущем жилье. Это замечание навивает меня на некоторые мысли, которые я тут же выбрасываю из головы.
Стягиваю с себя одеял и босиком подхожу к окну.
– Я вижу тебе уже лучше, – едва моя рука дотронулась до штор, как сзади раздается голос, от которого я сильно вздрогнула. Буквально подпрыгнула на месте.
Хантер стоит в дверном проеме, облокотившись об косяк. Руки спрятал в карманы спортивных джоггеров и сверлит меня своим беспристрастным выражением, будто это не он вчера украл человека на глазах у прохожих.
– Где я нахожусь?
– В моем доме.
Бросаю быстрый взгляд на кровать и по комнате.
– Это твоя спальня?
Хантер сделал шаг внутрь. Я сразу занервничала. Машинально хватаюсь за волосы, подправляя их, а глаза забегали по полу. В голове борются меж собой сотня мыслей и ни одной хорошей.
Тем временем Хантер продолжает делать медленные уверенные шаги, с каждой секундой становясь ко мне ближе. Он наступает вперед даже когда между нами не остается места. Тогда я в такт начинаю отходить назад, пока мои руки не касаются мягких штор у окна. Отходить больше некуда.
Смущенно прочистив горло, я все же возмутилась:
– К-куда ты пятишься?
Но Хантер не останавливается. Я снова чувствую запах никотина вперемешку с мужским парфюмом. Дышать становится тяжелее. Он начал курить?
– Не волнуйся, Белль, в моей постели так скоро ты не окажешься, – пальцами подхватив опущенное лицо, он поднимает мой взгляд на себя.
Встреча зеленых глаз с карими. Рандеву тьмы и света.
Его слова сбивают меня с толку. Я точно покраснела. Рядом с ним я теряю всю уверенность, которую нарабатывала годами. Я становлюсь уязвимой, беспомощной как тогда. И я признаю свое поражение. Я в ловушке.
Раньше я не боялась тебя, Хантер. Ты был совсем другим человеком. Светлым и мягким. Раньше я знала как мне вести себя с тобой, сейчас же я марионетка в твоих руках. Как мне себя вести, когда я боюсь до чертиков?
Казалось бы, он чувствует мое состояние либо оно так отчетливо отражается на моем лице, что Хантер отпускает меня и делает шаг назад. Медленно выдыхаю.
– Помнишь школьные времена? – его голос вдруг стал на тон тише. – Тео, Кейт, Макс, – это имена моих…наших бывших друзей. – Ты и я. Мы были неподражаемой пятеркой. Нашей дружбе завидовали даже преподаватели. Все говорили, что нас связала сама судьба, – он презрительно усмехается.
– Были хорошие времена. Теперь у каждого своя жизнь, – вставляю аккуратно. Кажется, я знаю к чему он клонит.
– Проданная за бесценок жизнь, – как плевок в душу. Взгляд Хантера меняется, тьма снова окутывает их.
– Не понимаю о чем ты…
– О-о-о, все ты, дорогая Белль, понимаешь. Ведь ты тоже продалась как они.
В очередной раз пропускаю мимо ушей то, как он коверкает окончание моего имени. Всегда так делал.
– Хантер, я действительно не имею понятия…
– Замолчи!
Мои губы сию секунду молча смыкаются. Становится жутко. Сейчас я смотрю на него и понимаю, как же сильно он походит на опасного преступника. Острые скулы, напряженная челюсть, налитые ненавистью глаза. Я боюсь его.
– Прошу отпусти меня.
Не могу больше находиться рядом с ним, но он лишь зло смеется в ответ.
– Моя маленькая Белль, ты никуда отсюда не выйдешь.
Он разворачивается и шагает к двери.
– Что я тебе сделала? – бросаюсь в след и даже успеваю схватить его за руку. По коже проходится электрический разряд. Пару секунд мы оба смотрим на этот жест, а потом я также резко отпускаю его руку.
– Вопрос составлен неправильно, Белль. Вопрос не в том, что ты сделала, – его голос звучит приторно спокойно, однако у меня создается ощущение, что со мной жестко играют. – А в том, что ты НЕ сделала.
Там, где-то в глубине души, я осознаю сказанное, но мозг отказывается принимать его слова.
– Я ведь не виновата, что ты убил, – мой шепот вдруг становится слишком громким в стоящей тишине. Лицо Хантера меняется. Знаю, что не стоило так говорить. Вижу, как рассеяно он сглатывает, боль почти вернулась, но тьма снова берет над ним вверх.
– Доктор осмотрит тебя, – ничего больше не сказав, он уходит. А я же остаюсь наедине со своими мыслями.
По всей видимости, доктор тоже из их числа. Из людей Хантера. Симпатичный мужчина средних лет и бровью не повел, когда я в слезах просила его помочь мне. Рассказала, что меня удерживают насильно и что заболела я из-за проведенной ночи в подвале, но мужчина четко держался, профессионально выполняя свою работу. Мне поставили капельницу и выписали лекарства для горла. Выглядело смешно, ибо будучи в плену я не смогу пойти в аптеку, мужчина будто бы этого не понимал.
Я чувствовала себя беспомощной, и каждый миг в этом доме только усиливал чувство безысходности. Осознание, что моя судьба зависит от людей, которые не оставляют места для сострадания, было тяжелым грузом. Я ненавидела себя за беспомощность и за ту зависимость, в которую меня ввергли.
И пока мне оказывали медицинскую помощь на улице стемнело.
Голова немного болит, но мне лучше по сравнению с утренним состоянием. Вдруг со стороны окна стало ярко, серебристые лучи пробились сквозь шторы, вынуждая меня встать с кровати.
Подхожу к окну, которое, к счастью, ведет во внутренний двор. Может быть, я смогу выждать момент и сбежать.
Под навесом в ряд расположены дорогие автомобили, их блестящие кузова отражают свет от потолочных светильников, создавая иллюзию роскоши и богатства.
Люди Хантера стоят по периметру каждые два метра, вооруженные до зубов. Их бесшумные движения и настороженные взгляды внушают страх, а черные униформы сливаются с тенями, словно они стали частью ночи. Я вдыхаю глубже, стараясь успокоить сердце, которое колотится с необъяснимой силой.
Взгляд метнулся к часам на стене — время ужина. Внутри особняка слышен гул голосов, запах еды витает в воздухе, раздражая желудок, но это все не важно. Голод в этот момент кажется пустяком по сравнению с желанием свободы. Сердце замирает, когда я замечаю, как один из них поднимает свой взгляд в мою сторону, будто предчувствуя опасность. Испуганно задергиваю шторы, возвращаясь на место.
Нужно придумать план побега.
В 18:30 в дверь постучали. Очень смешно. Заперли изнутри, а сами такие этичные.
За дверью оказался тот самый Дерек. Одним взглядом он обхватил всю
