class="p1">— Ой, простите, я же вас не представил. Ён Хи, это мой менеджер, О Тэгён. Тэгён, это госпожа Ли Ён Хи.
— Очень приятно, — менеджер старался держать лицо, но выглядел растерянным и непутёвым.
Ён Хи сухо кивнула. Желание сбежать немедленно, попутно ударив его сумкой, никуда не делось. Но она взяла себя в руки. В конце концов она уже приехала, потратилась на дорогу и перекус. Надо хотя бы выслушать и уже потом послать его. Хёншик отпустил её руку и предложил сесть.
— Просто выслушай меня. Это может быть выгодно для нас обоих.
— Почему?
— Почему что?
— Почему ты решил сделать деловое предложение именно мне?
— А, это… Ну, понимаешь, для этой работы мне нужна женщина, не испытывающая ко мне никаких чувств и которая в перспективе их не испытает, не станет мной очаровываться.
— Неужели таких мало?
— Как ни странно, да, — он попытался обаятельно улыбнуться, но наткнулся на её холодный взгляд.
— Верится с трудом. Но допустим.
— Итак. Я хочу предложить тебе контракт, по которому ты будешь выполнять официальные функции моей невесты. Появляться на публике, посещать мероприятия со мной, позировать для камер, делать вид, что мы любим друг друга…
— В смысле, делать вид? — по её лицу сложно было понять, о чем она думает.
— Ну это же сделка. Тут не предполагается чувств, — спокойно ответил Хёншик.
— Я не актриса, чтобы делать вид.
— Если бы мне нужна была актриса, я бы к ней и обратился. Поверь, у меня есть к кому. Но тут другой случай.
— И ты правда сможешь изображать чувства ко мне? Учитывая наше прошлое и взаимную неприязнь? — уточнила девушка.
— Я хороший актёр. Хотя ты вряд ли смотрела фильмы со мной. Мне просто нужно прикрытие на год, и ты будешь идеальным вариантом. Кроме того, можешь быть уверена, я тоже не стану одолевать тебя сердечными заботами.
— Я отказываюсь.
— Не понял?
— Я всегда знала, что ты недалёкий.
— И всё-таки, отказываешься почему? Разве у тебя нет сложностей с поиском работы? Или ты настолько независима, что живёшь с матерью из нежных чувств, а не от недостатка финансов?
Ён Хи закипала медленно, но неуклонно. Мало того, что он делал ей по сути непристойное предложение, так ещё и издевался.
— Если ты сам не понимаешь абсурдность этой сделки, то я тебе не помогу.
— Да почему абсурдность? Ты наверное очень далека от шоу-бизнеса. Позволь мне объяснить. Я не могу попросить об этом кого-то из актрис или айдолок, потому что фанаты не поверят, они быстро разгадают обман и поймут, что чувства наиграны. Так же я не могу предложить эту работу кому-то из агентства, потому что мне сложно доверять людям. И я знаю, что любой из них может захотеть похайпиться на этой теме и всё испортить. Я мог бы в реальности начать встречаться с кем-нибудь, однако сейчас не готов к серьезным отношениям. Будет с моей стороны некрасиво обманывать девушку.
— Зачем тебе прикрытие?
— Я уж думал, ты и не спросишь. Впрочем, ты как никто сможешь меня понять, у нас схожие проблемы. Про меня стали распускать непристойные слухи, о том, что я гей. Можно было бы не обращать на это внимание, но это плохо влияет на мою карьеру, я теряю контракты, агенство недовольно.
— А для тех, с кем тебе приписывают романы?
— Для них всё не так плохо, они тоже из этой индустрии. Фанаты одного из них только за, а ему по контракту отношения запрещены. Второй тоже пытается выпутаться с помощью подсадной девушки.
— Так ты гей или нет?
— Тебе будет проще согласиться, если я скажу, что да?
— Мне плевать. Я просто хочу понять, ты хочешь прикрыть правду о своей ориентации или твоя карьера и правда идёт под откос? А если так, то тебе не нужна помощь. Лучше оторвать пластырь быстро.
— Я не гей. И ты не права. Моя карьера не идёт под откос. Но кто-то очень хочет мне насолить, я сейчас активно пытаюсь выяснить, кто и почему. А может, это побочный эффект фанатской любви. В любом случае, я не могу подвести съёмочные группы, с которыми уже подписаны контракты. К тому же я люблю свою работу. Настолько люблю, что не готов сейчас уделять время кому-то ещё, а обманывать девушку ради защиты своей чести не хочу.
— Смотрите, какой благородный.
— Слушай, я тоже не испытываю к тебе теплых чувств, но не язвлю на каждую твою фразу.
— Это твой выбор. Как тебе вообще могло прийти в голову, что из этой глупой затеи что-то может получиться? Если ты хороший актёр, то почему ты решил, что я тоже смогу сыграть чувства к тебе?!
— Тебе не нужно делать ничего особенного, только находиться рядом, улыбаться и иногда позволять мне брать себя за руку или обнимать. Это всё. Об остальном позаботится мой менеджер и вездесущие журналюги. Они сами припишут нам то, чего не хватает, останется только поддерживать легенду.
— Ты идиот или просто притворяешься? Ты меня вообще слышишь? Я не хочу и не буду играть какие-то чувства к тебе.
— Я всё больше сомневаюсь, что ты настолько святая, как утверждает твоя мать. Не может быть, чтобы тебя уволили без повода.
Ён Хи вскочила со стула, схватив сумочку, и рванулась к двери.
— Я предлагаю приличные деньги, которые позволят тебе обрести самостоятельность и начать сначала. И заметь, о постели речи не идёт.
— Не все люди готовы продаваться за деньги. Есть ещё и принципы и самоуважение.
— Не из-за своих ли принципов ты оказалась в такой ситуации?
— Но я не потеряла себя.
— Зато потеряла всё остальное. Не думаешь, что пора что-то менять?
— Ты хоть задумывался, что будут говорить обо мне люди потом, когда всё это закончится? Ты ведь наверняка уже знаешь про скандал и про моё якобы распутство. И ты считаешь, что станет лучше, если я буду встречаться с тобой?
— Это зависит от того, что я захочу. А я сделаю так, чтобы о тебе говорили только хорошее.
— Найди другого исполнителя.
— Другие не подходят. Если бы у меня был выбор, я бы тебя не побеспокоил. Да и времени в обрез.
— Если у тебя нет выбора, тебе стоит обращаться со мной повежливее. Потому что до сих пор я слушаю только хамство в свой адрес.
— Аналогично. — Хёншик поднялся со своего кресла, подошёл к ней вплотную, сунув руки в карманы, и молча посмотрел в глаза.
— Видишь, это действительно выгодная сделка. Ты не испытываешь чувств ко мне, если не считать неприязнь, а я даже
