понимаю, что выход только один. Откуда пришёл Демид и где стояли его подчинённые. Выхода нет, придётся двигаться туда. Крадучись, я прижимаюсь к стенам и напрягаю свой слух по максимуму.
Вроде всё тихо.
Медленно. Шаг за шагом я движусь к свету из этого помещения. Дыхание становиться частым, а сердце выбивает ритм бешенного барабана. В какой-то момент мне кажется, что я сейчас потеряю сознание, от напряжения и страха.
Осматриваюсь на выходе.
Никого.
Вот он, шанс.
Бежать, бежать без оглядки, сломя голову и пусть только пятки сверкают. Быстрее ветра. Прочь от Демида и его людей.
И я, словно отпружинив, уже несусь по косой линии в сторону зеленых деревьев и кустарников. В скользь вижу море, по правой стороне, ещё заброшенный дом, окутанный высокой растительностью. Под ногами потрескавшееся временем мостовая с большим количеством заросшей широкой травой. Радость и гордость за проделанную хитрую работу охватывает меня.
Я смогла… смогла!
— Держите её!
Слышу за спиной приказный тон одного из людей Демида. Продолжаю бежать, ускоряя темп. Лёгкие охватывают пронзающим жжением, а дыхание становиться прерывистым. Но я должна поднажать, до леса остаётся совсем чу-чуть.
— Не дайте ей уйти!
— В рассыпную. Хватайте её!
Слышу, как бегут за мной и решаюсь обернуться.
Бог ты мой!
Не думала, что их так много. Человек пять крупных мужланов, мчаться за мной и с таким видом, словно я украла у них крупную сумму денег. Мне точно капец! Силы у меня на исходе. А это площадка достаточна широка, и до леса добежать требуется скорость и выносливость. Которую, увы, у меня не хватает. Ну кто придумал такое расстояние от домов и леса?
И всё же меня схватили, чуть ли не на лету оба головореза, мощно удерживая своими лапищами.
— Отпустите меня, отпустите!
Какая досада, а я думала, что уже на пути к свободе.
Меня подвели к тому самому дому, откуда я сбежала.
Демид с разъярённым лицом меня ожидал.
— Какого хера, ты вытворяшь, Лика? — скрежеща зубами, рявкнул он.
А я ничего сказать не могу, отдышка не позволяет… Да, что тут ещё скажешь, ведь я хотела от него сбежать.
— Считаешь себя самой умной, а мы здесь все дураки? А-а! — он резко хватает меня своими пальцами за лицо и притягивает к себе. — Не беси меня, Лика. Я могу быть не таким добрым, — и резко отпускает моё лицо.
Я молчу. Не знаю, что в таком случаи ответить. Кинуть колкое слово или стать покорной?
— А теперь скажи мне, что это? — он суёт мне в лицо, мой телефон.
На дисплее открыта вкладка «Первый месяц беременности: живот, симптомы, признаки, ощущения…» и я понимаю, что смотрела это в Яндексе, пока ждала поезд на вокзале. Каков же гад, лезет, не своё дело.
— Что это? — уже кричит он мне в лицо, снова тыча телефоном.
— Ничего, — чуть дыша, отвечаю я, ещё не до конца отойдя от бега.
— Как это ничего? Ты смотрела признаки беременности, а значит, ты беременна от моего брата. Так?
Я уже начинаю его бояться. Он так кричит, что у меня дух захватывает. Ещё эти мужланы держат меня. Желание расцарапать морду Демида, а лучше плюнуть в лицо, было неимоверным. Да кто он такой, что б допрашивать меня? Всего лишь, больной, сумасшедший ублюдок. Возомнивший себя моим мужчиной.
— Это не твоё дело, — сухо отвечаю я, и пытаюсь не смотреть в его безумный взгляд.
Он резко поднимает руку, и с яростью опускает мне на живот, сжимая твёрдо пальцы. Я инстинктивно подаюсь назад, в страхе боюсь представить, что он сделает. Чувствую, с какой силой он надавливает на живот, и мои глаза в ужасе расширяются.
— Не трогай меня, сволочь!
— А если я ударю тебе по животу, ты моментально его выкинешь?
— Только посмей, и я вцеплюсь тебе в глотку! — шиплю я от разгорающийся злости. — Отпустите меня, ублюдки! — пытаюсь противостоять его людям.
— Защищаешь его?
И в этот момент, мне в лицо прилетает смачная пощёчина от Демида, и я отклоняю голову назад. Щека разгорается от боли, а меня переполняет такая ярость.
— Шлюха! Посмела моему близнецу, сделать тебе ребёнка? — его лицо искажено такой кипучей яростью, аж ноздри раздуваются. — Но ничего. Я всё исправлю. Уведите её и заприте, — приказывает он своим людям.
— Нет, не надо! — в ужасе вскрикиваю я. Меня, насильно сжав крепко за руки, ведут двое амбалов. — Демид, пожалуйста, не надо!
— Эй, Марк. Найди врача.
— Гинеколога?
— Да любого, хоть мясника. Нужно избавиться от груза.
— Хорошо, босс!
Слышу я их голоса.
— Демид, прошу, не делай этого! Пожалуйста! — с мольбой кричу я, упираясь двум головорезам, которые тянут меня за руки.
35 Обречённость
Два дня спустя
Но почему со мной всё так… неправильно?
Что за напасть?
Темная комната давит на меня, своей мрачностью и пустыми, потрёпанными стенами, когда-то окрашенными в зелёную окраску. Просевший пол пронзительно скрипел подомной, норовясь провалиться. А оставленный на полу матрас с одеялом и подушкой, напоминал о моём заточении. В течении этих дней меня держат в этой сырой темнице. По-другому я не могу её назвать. Под конвоем двух охранников водили в туалет. Кормили пиццей, какими-то булочками и оставляли на разносе бутылку воды. И весь этот ширпотреб был «приправлен» розочкой, аккуратно лежавшей на подносе.
Демид чокнутый, если считает, что такой жест я приму за заботу!
Держит меня в неволе и думает, я его прощу… пойму?
Как бы не так!
Не хочу я есть… но ради ребёнка стараюсь не потерять силы и принимаю, что дают.
Поджав коленки к груди я забилась в углу, обхватив себя руками. Чувствую себя жалким комочком, никому не нужной и несчастной. А всякие мысли так и копошились в моей голове… Слишком много мыслей. Они страшной тяжестью навалились и разъедают мой мозг…
Не могу не думать об этом месте. Где он меня держит? Насколько далеко от города? И как мне отсюда выбраться? Увы… никто даже не знает, что мне не дали сесть на поезд, а значит, искать не будут. Не ужели я обречена остаться с Демидом? Такой расклад меня пугает. А больше меня приводит в ужас, что Демид намерен убить моего ребёнка, которого я ношу под сердцем… Нашего с Максом ребёнка. Как только я узнала о беременности, первая мысль была об аборте, но теперь я сомневаюсь в своём решении. Ведь это маленькая, новая жизнь, не должна платить за грехи отца. Не важно, как я сейчас отношусь к Максиму Россо,
