нянечки, а сама бегу в университет.
Коридоры шумные. Студенты оживленно спорят, все обсуждают олигарха Ветрова, который будет строить целый спорткомплекс, не говоря уже о ремонте крыла нашего университета.
— Агния Константиновна, — ко мне подбегает староста группы, — вы проверили работы?
— Почти. Сегодня разберем ошибки.
Я вхожу в аудиторию, ставлю папку на стол.
— Доброе утро.
— Доброе утро!
Я начинаю лекцию, привычным тоном объясняю тему, задаю вопросы.
— Почему автор выбирает именно такую структуру? — спрашиваю я, указывая на доску.
— Чтобы усилить внутренний конфликт, — отвечает одна из студенток.
Внутренний конфликт. Я на секунду зависаю.
— Не совсем то, но… тоже применимо, — киваю. — Иногда важнее не события, а то, что происходит внутри человека, но мы сейчас говорим о науке, а не о психологии…
Телефон вибрирует, он на беззвучном, я не проверяю, но почему-то знаю, кто именно звонит…
Это он.
После пары ко мне подходит коллега, Марта Владимировна.
— Агния Константиновна, как вы смотрите на чашечку кофе?
— Недоспала я сегодня. И с утра уже которая чашка…
— Или кто-то не дает спать? — улыбается она.
В шоке смотрю на женщину, которая внимательно меня рассматривает.
— Прости?
— Ой, да ладно, все знают, что декан на тебя виды имеет, ну и ты не дура, знаешь, кого привлечь… чтобы на место получше присесть…
Я напрягаюсь. Хочу уже ответить парочкой ласковых. Но прикусываю язык, так как звенит звонок.
Остаток лекций провожу чисто на волевых. Возвращаюсь домой… Ко мне выбегает Ирочка.
— Деда звонил… — начинает дочка.
— Да, звонил, предупредил, что задерживается по делам! — сообщает няня.
Странно. Но сейчас у меня нет сил анализировать. Иришка рисует за столом.
— Мне нужно будет уехать… тоже дела возникли. Маргарита Юрьевна, вы приглядите за Иришкой?
— Конечно, спокойно езжайте, — говорит она и улыбается.
Я иду в спальню. Снимаю блузку, юбку. Открываю шкаф. Платья. Брюки. Перебираю все. Зачем я вообще это делаю?
Я подхожу к зеркалу.
— Ты что творишь, Агния? — тихо спрашиваю себя.
Он изменился? Или просто стал осторожнее? Чего мне от него ждать?!
Я закрываю глаза. Если не поеду, он все равно не исчезнет. Если поеду, возможно, открою дверь туда, где снова будет боль. Телефон снова вибрирует. Сообщение.
«Я не тороплю. Жду просто».
Я нервно смеюсь.
Надеваю темное платье. Не вызывающее. Но подчеркивающее талию. Легкий макияж.
Волосы оставляю распущенными. Я не хочу выглядеть как женщина, которая старается. Но и не как та, что пришла случайно. Спускаюсь в гостиную. Шпильки, белье, чулки.
Я хочу быть уверенной в себе, а красивое нижнее белье всегда придает какой-то раскованности.
— Ты класивая, — сразу же улыбается дочка при виде меня.
— Это ты у меня самая-самая, — отвечаю улыбаясь.
Я целую дочку в лоб.
— Слушайся Маргариту Юрьевну.
— Ладно.
Выхожу из дома. Вечер прохладный. Я сажусь в машину и несколько секунд просто держу руль.
Что я делаю?! Может, не стоит?! Вернуться? Позвонить и сказать, что передумала?
Я выдыхаю.
— Черт с тобой, Ветров…
И нажимаю на газ. Пока еду, сердце колотится, как перед экзаменом. Я не знаю, что он скажет. Не знаю, чего ждать…
Но я еду на эту встречу, потому что чувствую, что не имею права пропустить это предложение… Не знаю почему… интуиция срабатывает, и я не останавливаюсь, не пасую перед сложностями.
И в этом есть что-то пугающе честное. Я хочу посмотреть ему в глаза. Хочу понять.
Хочу проверить… правда ли он больше не враг. Машина сворачивает к набережной. Роскошный ресторанный комплекс, отстроенный совсем недавно на берегу…
Я паркуюсь. Выхожу, и каблучки стучат, а я иду вперед с сердцем, которое чуть не выпрыгивает из груди. Дверь открывают учтиво, прохожу и, когда вижу Игоря, стоящего у огней, понимаю… назад дороги уже нет.
Я останавливаюсь в нескольких шагах.
Ветров стоит у панорамного окна, спиной ко мне. Огни набережной отражаются в стекле, длинные дорожки света медленно дрожат на воде. Игорь держит руки в карманах брюк, плечи напряжены, будто он тоже ждет. Словно он не так спокоен, как хочет показать.
Делаю глубокий вдох. Иду к нему. Игорь оборачивается. Взгляд встречается с моим, и на секунду время будто останавливается.
Ни приветствия. Ни улыбки. Просто взгляд глаза в глаза.
Я вдруг понимаю, что помню каждую черту его лица. Даже то, как он чуть прищуривает глаза, когда внимательно смотрит.
Игорь делает шаг навстречу.
— Ты приехала.
Голос спокойный. Но в нем есть что-то… глухое. Будто он тоже не до конца верил, что я действительно появлюсь.
И до меня доходит, что Ветров дал мне шанс не приехать. Он до конца не был уверен, что я приду!
— Похоже на то, — отвечаю, стараясь держаться ровно.
Мой бывший муж смотрит на меня, я чувствую этот взгляд почти физически.
— Прекрасно выглядишь, — говорит наконец.
Комплимент. От самого Ветрова. Ущипните меня!
— Спасибо…
Мы стоим друг напротив друга, между нами годы недосказанности… но… я уже ничего не знаю. Наговорили за эти дни друг другу столько… но не сказали ничего.
Чувствую неладное, и вдруг до меня доходит, что ресторан пуст! Он пуст! Место, где обычно все забито на недели вперед, сейчас пустое.
— Тут… никого нет… — наконец проговариваю едва слышно, и Ветров улыбается.
— Не хотел, чтобы нам мешали.
Наверное, у меня челюсть падает, потому что я не удерживаюсь и спрашиваю:
— Ты выкупил все места?!
— Нет. Я выкупил весь ресторан.
Замираю в шоке, даже не знаю, что ответить.
— Я же сказал, что инвестирую в этот город.
— А… да… — улыбаюсь.
Игорь засматривается на мою улыбку.
— Что же смешного?!
Пожимаю плечами.
— Как-то смотрела фильм, очень старый, там один мафиози также выкупил весь ресторан, чтобы поразить девушку, по которой сох всю жизнь.
Игорь смотрит на меня с легким прищуром, затем спрашивает:
— И что?! Удалось очаровать девушку?! И жили они долго и счастливо?!
Присматриваюсь к Ветрову, а затем отвечаю правду, как было в том фильме, который поразил меня до глубины души.
— Нет. Он ее грубо взял, это по-другому называется, но я даже слова этого произносить не хочу.
Игорь каменеет. Взгляд становится каким-то темным, пугающим, но через мгновение он кивает.
— Помню этот фильм. Там всем досталось за грехи, и нет счастливого финала.
— Грустный фильм.
— Жизненный. Потому что в этой жизни розовые пони не пробегают, а человек, ставший зверем, обратного пути не имеет.
Эти слова Игорь произносит с какой-то болью в голосе, а мне… мне становится зябко.
Мы замолкаем, но к нам подходит официант.
— Добрый вечер. Позвольте ваше пальто.
Игорь не подпускает ко мне мужчину, сам помогает мне снять
