Сесилия Ахерн - Посмотри на меня

Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 80

Если звуки и есть, то они внутри. Крик, который никто, кроме вас, не слышит. Он такой громкий, что у вас звенит в ушах и раскалывается голова. Он бьется в груди, как огромная белая акула, пойманная в море, и напоминает рев медведицы, у которой отняли медвежонка. Вот на что это похоже — на огромное обезумевшее пойманное животное, ревущее и бьющееся в плену собственных чувств. Но таково свойство любви — для нее нет неуязвимых. Это дикая, жгучая боль, открытая рана, которую разъедает соленая морская вода, но когда сердце разбивается, это происходит беззвучно. Внутри у вас все надрывается от крика, и этого никто не слышит.

Элизабет видела, что у меня сердце разбито, а я видел, что и у нее тоже, мы оба знали об этом, даже не сказав друг другу ни слова. Пришло время перестать витать в облаках и встать на твердую землю, от которой мы и не должны были отрываться.

— Пора возвращаться, — сказала Элизабет, вставая со скамьи.

— Почему?

— Потому что начинается дождь. — Она посмотрела на него так, как будто у него было десять голов, и вздрогнула от капли дождя, упавшей ей на лицо.

— Что с вами? — засмеялся Айвен, усаживаясь поудобнее в знак того, что никуда не пойдет. — Почему вы всегда бросаетесь в машины или дома, когда идет дождь?

— Потому что я не хочу промокнуть. Пошли!

Она нетерпеливо посмотрела на густую листву деревьев.

— Что ужасного в том, чтобы промокнуть? Ведь все высохнет.

— Потому что.

Она схватила его за руку и попыталась поднять со скамьи. Когда ей это не удалось, она сердито топнула ногой, как ребенок, не добившийся своего.

— Потому что почему?

— Я не знаю. — Она с трудом сглотнула. — Я просто никогда не любила дождь. Вам нужно знать все причины всех моих маленьких причуд? — Она прикрыла руками голову от дождя.

— Элизабет, всему есть причина, — сказал он, вытягивая руки и ловя капли дождя ладонями.

— Ну, у меня причина простая. Возвращаясь к нашему разговору, дождь все усложняет: одежда промокает, это неудобно и, в конце концов, можно простудиться.

Айвен издал звук, как в телеигре, означающий, что ответ неверен.

— От дождя нельзя простудиться. Простудиться можно от холода. Это грибной дождь, и он теплый. — Айвен запрокинул голову, открыл рот и стал глотать дождевые капли. — Да, теплый и вкусный. А вы, кстати, мне сказали неправду.

— Что?

— Я читаю между строк, слышу между слов и знаю, когда точка — это не точка, а, скорее, «но», — пропел он.

Элизабет застонала и встала, обхватив себя руками, словно защищаясь от чего-то, и ссутулившись, как будто в нее кидали комья грязи.

— Элизабет, это же просто дождь. Посмотрите вокруг. — Он замахал руками во все стороны. — Вы видите, чтобы кто-нибудь бежал?

— Но больше никого нет.

— Au contraire! [5] Озеро, деревья, цапля и лосось — все они попали под дождь. — Он опять запрокинул голову и продолжал пить дождь.

Перед тем как направиться под деревья, Элизабет прочла ему последнюю лекцию:

— Осторожнее, Айвен. Глотать дождь — не самая хорошая идея.

— Почему?

— Потому что это опасно для здоровья. Вы знаете, как загрязнена атмосфера? Дождь может быть кислотным.

Айвен сполз со скамьи, держась рукой за горло и делая вид, что задыхается. Он подполз к берегу. Элизабет следила за ним глазами, продолжая его поучать.

Он окунул в озеро руку.

— Ну, тут нет никакого опасного для жизни загрязнения, не так ли? — Он зачерпнул пригоршню воды и брызнул в нее.

От удивления у нее открылся рот и широко распахнулись глаза, она стояла оторопев, а с носа у нее капала вода. И вдруг Элизабет резко выбросила вперед руку и толкнула его в озеро, рассмеявшись, когда он исчез под водой.

Он все не появлялся, и она перестала смеяться.

Встревожившись, Элизабет шагнула к воде. На тихой поверхности озера не видно было никакого движения, кроме ряби от дождя. Она уже не замечала холодных капель на лице. Прошла минута.

— Айвен! — Ее голос дрожал. — Айвен, кончайте играть. Вылезайте сейчас же! — Элизабет наклонилась вперед, высматривая его под водой.

Она нервно что-то пропела про себя и сосчитала до десяти. Человек не может задерживать дыхание так долго.

Стеклянная поверхность расступилась, и оттуда вылетело что-то вроде водяной ракеты.

— Битва под водой! — закричало водяное чудище. Оно схватило ее за руки и потянуло в озеро головой вперед. Элизабет была так счастлива, что он жив, что даже не противилась, когда ледяная вода ударила ей в лицо и накрыла с головой.

— Доброе утро, мистер О'Кэллаган. Доброе утро, Морин. Здравствуйте, Фидельма, привет, Коннор. Отец Мерфи… — Она весело кивала соседям, идя по сонному городу. Соседи провожали ее изумленными взглядами, а она шагала в хлюпающих кроссовках, и с ее одежды капала вода.

— Вам идет, — засмеялся Бенджамин, поднимая чашку с кофе в знак приветствия. Он стоял рядом с небольшой группой туристов, которые танцевали, смеялись и разбрызгивали кофе по тротуару у дверей кафе Джо.

— Спасибо, Бенджамин, — серьезно ответила она и пошла дальше по улице. Ее глаза сияли.

Солнце светило над городом, где этим утром еще не было дождя, и его жители шептались и смеялись, глядя, как Элизабет Эган идет с высоко поднятой головой, размахивая руками, а в волосах у нее запутался кусок водорослей.

Элизабет отбросила очередной цветной карандаш, смяла лист бумаги и швырнула его через всю комнату. Шарик опять не попал в корзину, но ей было наплевать. Он мог лежать там с остальными десятью смятыми шариками сколько угодно. Она состроила гримасу и взглянула на календарь. Красный крестик, которым она обозначила последний день пребывания в их жизни Айвена, воображаемого друга Люка, теперь обозначал грядущий конец ее карьеры. Ладно, она преувеличивала — открытие гостиницы намечено на сентябрь, и пока все шло по плану. Все материалы прибыли вовремя, если не считать нескольких мелких осложнений. Миссис Брэкен со своей командой трудились каждый день по многу часов, они шили подушки, занавески и пододеяльники, но непривычным было то, что работу задерживала сама Элизабет. Она не могла определиться с дизайном детской комнаты и уже начинала ненавидеть себя за то, что заикнулась о ней Винсенту. В последнее время она была слишком рассеянна.

Она села на свое любимое место за кухонным столом и засмеялась над собой, вспомнив утренний заплыв.

Ее отношения с Айвеном стали еще более странными, чем раньше. Сегодня она фактически объявила ему о разрыве, и это разбило ей сердце. Однако он до сих пор рядом с ней, в ее доме, и смешит ее, как будто ничего не случилось. Но нечто все-таки случилось, нечто очень серьезное и, возможно, непоправимое, Элизабет чувствовала это по тяжести у себя в груди. За день она пришла к любопытному выводу: никогда раньше с ней такого не случалось, чтобы, решив положить конец сближению с мужчиной, она продолжала чувствовать себя комфортно в его компании. Ни один из них не был готов к большему, по крайней мере пока, но ей так хотелось, чтобы он был готов.

Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 80