сильно ни до Яна, ни позже. Я и теперь его люблю. Несмотря на всё, что было между нами. Не взирая на все обстоятельства.
Когда я не пыталась всеми способами быть с ним, я искала повод находиться как можно дальше от него. Даже уехала учиться за границу, чтобы только не оставить для себя запасного аэродрома.
Мне казалось, что моя сумасшедшая и безумная любовь ослабла, прогнулась под постоянным давлением. А, может быть, бесконечные и краткосрочные интрижки тоже сделали своё дело.
Ошибалась.
Увидев Сотникова спустя столько лет, я осознала, что стала любить его ещё больше. А он даже не узнал меня. Забыл. Успешно вышвырнул из своей головы. Но больнее всего было не это.
Больнее всего — хотеть парня, в которого влюблена моя сестра. Видеть то, как он смотрит на неё. Так, как никогда не смотрел на меня. В моей крови циркулировал ядовитый кипяток, заставляя полыхать ненавистью, ревностью, страстью.
Я люблю свою сестру. Но себя я люблю больше. В конце концов, я первая встретила Яна. Я больше заслуживаю его любви.
Да, это звучит эгоистично. Но почему именно я должна жертвовать своими чувствами ради кого-то? Я заслужила счастье не меньше, чем Аврора.
Хотя предать сестру оказалось сложнее. Но у меня не было другого выхода…
— Хочешь знать моё мнение? — с насмешкой спросил Руслан. — Ничего у тебя не получится.
— Не твоё дело, — грубо отрезала я и протянула ему флэшку. — Тут всё, что тебе надо.
— Если бы не сестра, я бы никогда не стал играть в твои человеческие шахматы.
Пусть так. Роль главной злодейки даже льстит. Только и Руслан не божий одуванчик. Как и Ян. Да и моя Аврора тоже не аленький цветочек.
— История не терпит сослагательных.
— Он вернёт её, — слишком уверенно заявил Руслан. — Все твои игры бессмысленны.
— А она не простит его. Я хорошо знаю свою сестру.
— Ну ты и стерва, конечно.
— Спасибо за комплимент, — я встала на цыпочки и чмокнула его в щеку. — Ладно, мне пора. Ещё увидимся.
— Это вряд ли.
Послав ему воздушный поцелуй, зашла в свою парадную. Главу истории «Руслан» можно официально закрыть и открыть новую главу с названием «Сотников».
Может быть, Башаров прав. Я хорошо знаю и Яна, и Аврору. Такие, как Ян не сдаются. Но для моей сестры не существует полумер. После всего, что было, она и на пушечный залп Сотникова к себе не подпустит. Всё идёт по плану…
Я не рассчитывала, что он начнёт всё усложнять. Он был должен просто пуститься во все тяжкие. Это ведь Сотников! Я не хотела верить, что между ним и Авророй есть что-то настоящее, что-то очень сильное. Но, кажется, это уже ни тот Ян, которого я знала раньше.
Неужели Аврора стала так дорога ему?
Плевать…
Он устанет биться об ледяную стену. А я ждала его уже очень долго, готова подождать и ещё.
Моя сестра сильная. Она справится. Даже, если и любит Яна. Найдёт себе какого-нибудь другого парня и забудет, что Сотников вообще существовал.
— Марьяна! — раздался громкий крик отца. — К тебе пришли!
От неожиданности рука с кисточкой дернулась и стрелка на правом глазу получилась кривой.
Зараза…
Выругавшись, я вылетала из комнаты прямо в коридор и увидела там Яна.
А вот это неожиданно.
— Даже интересно, что ты тут делаешь.
— Я заслужил то, что ты сделала. Аврора — нет. Тебе стоит извиниться перед ней попытаться помириться с сестрой.
Однако, здравствуйте. Он пришел ко мне, чтобы поговорить о ней? Клинический случай. И это так бесит. Адски!
Вот она я, умница и красавица, стою перед ним практически в том, в чём мать родила. Если не считать шелкового халатика.
А все его мысли занимает моя младшая сестра!
Это, чёрт возьми, унизительно.
— Я сделала это не ради мести, Ян.
— Для чего тогда? — нахмурился он.
Глупый Ян. Так ничего и не понял.
— Для тебя, — тихо ответила и приблизилась к нему. — Для нас.
— Шутка?
— Какие шутки, Сотников. Я люблю тебя.
— Ты сумасшедшая, Жарова. Тебе лечиться надо.
— Я давно спятила, Ян. С ума сошла по тебе.
— Не боишься, что отец услышит?
— Нет.
— Ты точно чокнутая, — он устало потер щетину и бросил на меня пустой взгляд. — Я сказал всё, что хотел.
Он ушел даже не попрощавшись. Я кинулась за ним на лестничную площадку, со всей силы вцепилась в руку.
— Не уходи, я прошу тебя!
— Марьяна, блин! — он оттолкнул меня. — Мы с тобой не будем вместе. Никогда, ок?
— Я люблю тебя. Неужели этого мало?
— Сходи к психотерапевту, у тебя крыша реально уехала.
— Любишь её?!
— Нет, — отрезал Ян. — Но если бы я мог любить, то выбрал бы Аврору. Я бы всегда выбирал её. Знаешь почему? Не потому, что она любит меня. А потому что она самое лучшее, что было в моей жизни. Её чувства искренние и живые. Она живая.
— А я мёртвая, что ли?
— Ты пустая. Я тебе нужен для того, чтобы любил тебя. А ей я просто тупо нужен. Без фильтров.
Глава 42. Феникс
Сгорают, взрываются звёзды
Наших чернильных сердец.
В шипы превращаются слёзы,
Когда любви приходит конец.
Луна — символ нашей тьмы,
Тенью солнце собою затмила.
На остатках пепла моей пустоты
Выжгла три слова: «она тебя любила...»
Мне останется лишь смотреть
На небо в проблесках звёзд.
Тлеть, полыхать и гореть
Мыслями — всё было всерьёз.
/Ян/
Какого хрена я отпустил Пожарову?
Не знаю. Не понимаю. Не догоняю. В последнее время мне вообще дико сложно давать адекватную оценку собственным действиям.
Безумное лето свело меня с ума. Или это сделала девчонка-ураган, в глазах которой нон-стопом полыхал адский огонь? В этом огне плавился и я. Сгорал в жарком, обжигающем и неугасающем пламени, подобно мифическому фениксу, только без возможности возродиться из пепла.
Я не хотел отпускать её. Так может, стоило вцепиться в неё руками, чтобы только удержать рядом? Хоть на мгновение! Клиника…
Когда успел настолько сильно привязаться к булочке? Постоянно о ней думаю. Хочу увидеть, услышать голос, вдохнуть её запах, насладиться близостью. Едва ли не дышу ею. Как будто весь остальной воздух разом перекрыли и у меня осталась только она — моя персональная кислородная маска.
Чёрт, никогда такого не было. Пусть я и понимал, как хорошо мне с ней, но лишь теперь, четко осознав эту жирную чёрную точку в нашей истории, я уяснил для себя одно простое — мне мало. Мне
