занялась стиркой, бросилась в душ. Пока я принимала душ, Джеймс свернулся в огромный оранжевый пушистый шар посреди кровати. Я оделась и поиграла с ним, ожидая окончания стирки.
Покончив со стиркой, я приготовила на завтрак французские тосты и яичницу-болтунью. У меня оставалась еще пара часов до того, как мне нужно было отправляться к родителям, и я подумала, что Энди возможно еще не вернулся домой. Я отправила ему сообщение, спрашивая, где он, а потом решила, что мне нужно чем-то себя занять, и прибралась в своей квартире сверху донизу.
Поскольку я была помешана на чистоте, это не заняло много времени, поэтому я сходила в магазин и прибралась в офисе.
Когда я вернулась домой из магазина, мне пришло сообщение от Энди, которое опоздало примерно на пять минут. В нем говорилось, что он собирается в дорогу и собирается поужинать один. Он встретится со мной, когда я вернусь домой.
Он должен был вернуться домой через пару часов, так что у меня не было причин задерживаться и ждать. Я поехала к родителям и застала маму на кухне, которая резала мясо на ужин.
— Привет, мам, — сказала я, обнимая ее сзади.
— Hola, Mija (пр. переводчика: с испанского — Привет, доченька), — весело ответила она. — А где наш Энди? Он что, не пришел с тобой? — Мой папа зашел на кухню и крепко обнял меня.
— Нет, его еще нет дома. В Сан-Франциско дела шли не очень хорошо. Он все еще ничего не знает.
Моя мама покачала головой и, пробормотав что-то себе под нос по-испански, отвернулась, чтобы закончить резать мясо. С моим знанием испанского языка я поняла, что она назвала кого-то гребаной сукой.
Да, именно у нее я научилась сквернословить.
Мы с папой рассмеялись, когда услышали, что она сказала. Я объяснила им, что произошло, когда Энди попытался проникнуть в офис Мишель и в дело вмешалась охрана. Пока я говорила, мой папа сидел и качал головой, не в силах поверить в то, что произошло с Энди.
Когда моя мама закончила свои дела, она вымыла руки и повернулась ко мне.
— Мне так жаль, что это происходит с вами обоими, малышка. Энди — часть нашей семьи, и мне больно осознавать, что мы ничем не можем ему помочь. Просто знай, что мы здесь для тебя и будем ждать его, когда он вернется домой. Пожалуйста, дай ему это знать.
Слезы навернулись мне на глаза, потому что моя семья приняла его как своего, как и меня, когда я была удочерена.
— Я так и сделаю, мама. Сегодня он возвращается домой, так что я постараюсь, чтобы он знал.
Пока я помогала маме готовить ужин, в дом начали собираться остальные члены моей семьи. Когда все было готово и все узнали об Энди, мы собрались за столом, чтобы поесть.
Джесс села рядом со мной, наклонилась и прошептала мне на ухо:
— Ты хочешь мне что-то сказать?
Я прищурилась, глядя на нее. О чем она говорила? Столько всего произошло с тех пор, как я видела ее в последний раз.
Она закатила глаза, глядя на меня.
— Серьезно, Зи? Я поговорила с Сашей.
Когда в моей голове промелькнули картины убийства Саши, я выдохнула.
— Гребаный болтушка, — пробормотала я так, чтобы слышала только Джесс. — Позже, — прошептала я.
Джесс позволила мне закончить ужин, но загнала меня в угол на кухне, когда я зашла за добавками. Да, именно добавками. Снова.
Конечно, как раз в тот момент, когда я накладывала себе на тарелку еще еды, в кухню вошел Адам.
— Черт возьми, опять добавка, да? Похоже, ты тоже прибавила пару фунтов.
Да, у него, блядь, был поврежден мозг. Я взяла сервировочную ложку, полную пережаренных бобов, которую держала в руках, и запустила в него.
Мгновение спустя Энджи вошла на кухню и обнаружила, что ее парень весь в бобах.
Она покачала головой, глядя на него.
— Что ты сказал на этот раз, Адам?
Он расстегнул свою засаленную рубашку, стянул ее и начал вытирать фасоль с лица и волнистых волос длиной до подбородка.
— Я сказал то, что обещаю никогда больше не повторять, это точно. Мне не особенно нравится носить еду на себе, — проворчал он.
Пока он приводил себя в порядок, на кухню вошла моя мама, взглянула на него, пробормотала «idiota» и принялась за уборку.
Закончив, Адам подошел ко мне и крепко обнял.
— Ты же понимаешь, что я просто издеваюсь над тобой, да, Зи?
Я кивнула.
— Да, и ты знаешь, что заслужил то, что получил взамен, верно?
Он звонко поцеловал меня в щеку.
— Да, я думаю, мы квиты, — пошутил он и вышел из комнаты.
Моя мама пела, пока убиралась, так что мы с Джесс могли тихо разговаривать, чтобы она не услышала.
— Почему ты вчера не купила тест на беременность? Ты с ума сошла? — недоверчиво спросила она.
— Джесс, я не понимаю, как я могу быть... ну знаешь... — я подняла брови, желая, чтобы она поняла, что, черт возьми, я имела в виду. Я боялась произнести слово «беременна» сейчас, потому что оно вызывало у меня тошноту.
— Утром я первым делом позвоню врачу, — сказала я, набивая рот едой.
Она посмотрела на меня и ухмыльнулась, как будто только что все узнала. Я была беременна. Расстроенная, я бросила вилку на стол и побежала в ванную.
Я услышала, как Джесс позвала меня по имени, прежде чем захлопнула дверь ванной и заперла ее. Поскольку две мои лучшие подруги были уверены, что я беременна, я начала сомневаться и в себе. Я была уверена, что не пропустила ни одной таблетки, и я была очень осторожна, принимая их каждый день в одно и то же время.
О Боже, что, если Энди был прав? С нашим ребенком могло быть что-то не так, если я была беременна. Смогли бы мы справиться с этим?
Раздался стук в дверь.
— Зи, прости, — тихо сказала Джесс. — Пожалуйста, открой дверь.
Я открыла дверь и впустила свою лучшую подругу. Я села на крышку унитаза, а она присела на край ванны. Я рассказала о своих новых страхах перед возможным заболеванием ребенка.
— О, Зои, — заплакала она. — Мне так жаль. Я не подумала об этом.
После того, как я развернула несколько кусочков туалетной бумаги для нас обеих, я вытерла слезы со своих щек, пока она вытирала свои. — Все в порядке. Сейчас со всем этим трудно справиться, особенно когда он здесь и ничего об этом не знает.
Мы поговорили еще несколько
