Кристина Хемлетт - Под маской невинности

— В седьмом поколении, — ответила она, — и, по-моему, как раз вовремя.

В глазах ее мужа отражались восторг и удивление — он смотрел на свою дочку, первую девочку, родившуюся в семье Чэннингов в этом столетии.

— А ты уже сказал Брехту, как мы решили ее назвать? — спросила она.

Дирек отрицательно покачал головой.

— Я решил предоставить эту честь тебе, любовь моя.

— А где он застрял! Разве вы не вместе приехали?

— Он задержался в отделе плюшевых игрушек в магазине подарков, — объяснил Дирек, не отрывая восхищенного взгляда от ребенка.

— Трудно представить себе Брехта за таким занятием, — заметила Мэгги.

— Ты не думаешь, что он пригрозит какому-нибудь зверю пистолетом, если тот не пойдет за ним добровольно.

— Не исключено.

Услышав стук в дверь, они ответили в один голос. Брехта почти не было видно из-за огромного серого плюшевого слона.

— Отлично! — похвалил Дирек выбор друга. — По-моему, ты купил то, что надо.

— О Боже! — воскликнула Мэгги, а потом, наклонившись, тихонько зашептала что-то дочке.

— Ты что, советуешь ей не обращать на нас внимания? — поинтересовался Чэннинг. — Эта крошка унаследует империю.

— Да, но сейчас ей куда нужнее сухая пеленка. Брехт что-то произнес на родном языке, с умилением глядя на розовый сверток.

— Знаете, я до сих пор теряюсь, когда вы переходите на немецкий, — сказала Мэгги.

— Знаю, — кивнул Брехт.

— Я, кажется, догадываюсь, — вмешался Чэннинг. — По-моему, Брехт сказал, что ты держишь в руках самого красивого младенца на свете.

Брехт, не отрываясь, смотрел на крошку.

— Как вы ее назвали? — спросил он. Мэгги и Дирек обменялись многозначительными взглядами.

— Мы решили назвать ее Гретой, — ответила Мэгги.

— Хорошее немецкое имя, правда? — добавил Чэннинг, ожидая, что ответит его телохранитель.

Губы Брехта дрогнули, и впервые с тех пор, как они познакомились, Мэгги увидела, что он весело и удовлетворенно улыбнулся.

Ложной памяти (фр.).

Большое спасибо (нем.).

Другого я (лат.)