– Макс, я хочу отплатить добром за добро. Так ты мне позволишь?
– Сдаюсь, – сказал он, поднимая руки. – Наверное, я это выдержу.
Грейс толкнула его на кровать. Взгляд Макса снова устремился к ее промежности.
– Ты не откажешься оседлать меня? – с деланой небрежностью спросил Макс.
Грейс облизала губы:
– А у тебя есть…
– В бумажнике.
Грейс потянулась за его шортами, в которых лежал бумажник. Макс, обнимавший ее за бедра, не удержался и прильнул к ее ягодицам.
– Это еще что? – удивилась она.
– Черт побери, у тебя такая безумная задница!
– Это ты безумный! – игриво возразила Грейс, подавая ему пакетик с презервативом.
Макс надорвал фольгу. Оставалось лишь надеть презерватив. Грейс поймала сосредоточенный взгляд Макса.
– Я в лучшем виде, – прошептала Грейс, хотя ее решимости чуть поубавилось. – Давай хотя бы попробуем.
Макс шумно выдохнул.
– Если тебе вдруг что-то не понравится, мы сразу же прекратим. Договорились? – спросил он, продолжая надевать презерватив. – Дирижером будешь ты. Медленно или быстро – зависит от твоего желания.
Грейс кивнула. Она взобралась на Макса, потрогала его яйца, как будто впервые их видела. Макс не возражал. Если ее хватит только на это, он не станет форсировать события. Случись что, он не запачкает ей кровать.
– Грейси, – прошептал он.
– Люблю, когда ты меня так называешь. – Она посмотрела на Макса сквозь ресницы. – Ты… поможешь мне?
– Всем, чем угодно, – пообещал Макс, протягивая руку.
Их пальцы переплелись. Другой рукой Грейс обхватила его член, направляя головку себе во влагалище. Максу обожгло грудь. Он перестал дышать и только смотрел. Головка тыкалась в стенки, отчего они оба стонали. Потом их глаза встретились. Макс выдохнул удерживаемый воздух.
– Я в тебе, – пробормотал он, приподнимая бедра, чтобы протолкнуть член поглубже.
– Чувствую, – ответила она.
Грейс запрокинула голову, закрыла глаза и прикусила нижнюю губу. Она убрала руку и медленно опустилась на его член. Макс застонал, наблюдая за тем, как входит в нее. Ее тело поглощало его дюйм за дюймом, облегая так плотно, что он с трудом переносил это движение. Когда в последний раз он вот так лежал? Пока Грейс просто сидела на нем, успокаивая дыхание и приспосабливаясь. Одно это обдавало тело Макса огнем.
– Ты как? – спросил он сквозь стиснутые зубы.
Сначала она что-то промурлыкала, потом нашла слова:
– Макс, это… потрясающие ощущения.
Макс плотно закрыл глаза. Одной рукой он удерживал Грейс, вторая впилась в простыню.
– Начинай двигаться, – попросил он. – Ради бога, пожалуйста, двигайся.
Она вздрогнула всем телом и медленно приподняла бедра. Увидев ободок презерватива, Макс застонал. Грейс приподнялась совсем ненамного и сразу же опустилась. Макс поражался ее терпеливости. И это когда ее желание было ничуть не меньше его собственного. Их движения сопровождались негромкими стонами.
– Вот так, – подбадривал ее Макс. Ему хотелось, чтобы она двигалась быстрее, и он без конца напоминал себе о терпении. – Бесподобные ощущения.
– Да, – выдохнула она. – Я и забыла, как это, когда кто-то во мне. Ты заполнил меня целиком.
– Ничего, Грейси, – ободрял ее Макс, помогая ей встречными толчками. – Продолжай.
Постепенно Грейс вошла в нужный ей ритм. Ее движения стали более плавными и уверенными. Она двигалась медленно, но было бы грех ее торопить. Главное, ей было хорошо. Она получала удовольствие. Макс чувствовал приближение оргазма. Как всегда, первыми ощущения ловили живот и бедра. Теперь Грейс упиралась ладонями ему в грудь. Она двигалась чуть быстрее. Макс обнял ее бедра. Чувствовалось, Грейс совсем не против. Она улыбалась. Черт побери, она улыбалась! Ей было хорошо. Их порядком вспотевшие тела соприкасались с легким чмокающим звуком, и даже это возбуждало.
Макс вдавил голову в подушку, вытянул шею, закрыл глаза и позволил телу наслаждаться движениями Грейс.
– Признайся: ты ведь думала об этом. И наверное, не раз.
– Думала. Часто.
Макс выгнул спину, помогая ей.
– И как тебе хотелось, чтобы у нас это происходило?
– Сначала – на поваленном дереве, возле развалин хижины. Потом в баре, где нас видят и слышат.
– Да! – с энтузиазмом подхватил Макс.
Кругом – полно посетителей, а она выкрикивает его имя… Его снова обдало жаркой волной.
– Это еще не все, – сообщила Грейс, увеличивая скорость. – Я хотела в душе, на кухонном столе, на диване, у окна, чтобы все видели, как ты меня трахаешь. И еще в твоем грузовичке, когда ты за рулем.
– Ну и ну, – только и мог произнести Макс, слушая признания, вылетавшие из влажных губ Грейс.
Ее ногти впивались ему в живот. Макс стонал от наслаждения, помогая ей движениями бедер.
– Мне нравится, – призналась Грейс. – Еще.
Макс задвигался быстрее. Его пятки вдавились в одеяло. Макс старался протолкнуть свой член еще глубже. Его колени упирались в ее потрясающие ягодицы. Новенькая, прочная кровать вдруг начала поскрипывать. В спальне сделалось нестерпимо жарко. Звуки, издаваемые ими, теряли членораздельность. Похоже, они оба забыли про всякую осторожность. Макс целиком погрузился во влажное, жаркое тело Грейс. Ему нравились ее цепкие руки, ее хриплые крики, требовавшие еще. Прежняя Грейс – робкая и неуверенная в себе – уступала место тигрице. Сексуальному созданию, целиком состоящему из необузданных плотских желаний. Каждое ее движение отзывалось всплеском наслаждения.
– Ну как? Грейси, тебе нравятся мои толчки? Я ведь не могу лежать бревном.
Грейс выругалась. Не на него, а потому что у нее дергалась голова и клонилась шея. Хотя она по-прежнему оставалась сверху, их роли явно поменялись. Теперь основные толчки совершал Макс.
Толчок. Пауза. Толчок. Пауза.
Она была настоящим подарком судьбы. Она обволакивала его член, словно вторая кожа: идеальная, теплая, скользкая. Макс усилил толчки. Дыхание Грейс начало сбиваться.
Толчок. Еще толчок.
Чувствуя, что инициатива переходит к нему, Макс плотнее обхватил бедра Грейс. У него были до предела напряжены руки и плечи. Грейс стонала, раскачиваясь в стороны. Зрелище было фантастически завораживающим.
– Ты тоже… не останавливайся, – успел произнести Макс.
Дальше были лишь нечленораздельные звуки.
Удивительно, Грейс ни разу не посетовала, что Макс держит ее слишком крепко. Она безропотно принимала его толчки. Ее голова была запрокинута, шея вытянута, а груди так и просились, чтобы их пососали. Не в силах сдерживаться, Макс приподнялся и поймал зубами ее сосок.
– Еще! – потребовала Грейс.
Макс повиновался. Она крепко держала его за шею и так вертела тазом, что Макс был готов растерять последние крупицы разума.
