знал, почему этот парень так ненавидит ее, как и знал, кто это. Чертов Колин. Он зашел чертовски далеко в своей обиде на бывшую девушку, но он явно не в себе.
Однако я не хотел спорить с ней об этом.
— Я не знаю. — Я снова притянул ее к себе и крепко обнял. — Но мы выясним это и избавимся от этого засранца.
— Это напугало меня до смерти. Я думала, что меня вырвет по дороге домой.
— Рад, что ты этого не сделала. Макс попытался бы в этом изваляться. — Она рассмеялась, и я поцеловал ее в макушку. — Твоя мама приедет?
— Да, она скоро будет здесь.
— А потом ты встречаешься с Мэриголд? Где?
— Мы собирались пойти поесть, но я могу спросить, не хочет ли она приехать ко мне домой. Просто посидим здесь.
— Я не хочу говорить тебе, что делать, — сказал я, готовясь сделать прямо противоположное. — Но оставайся дома. Здесь ты в большей безопасности, чем где-либо еще.
— Ты прав. По крайней мере, здесь полно камер. Я думала, что это перебор, но теперь я так рада, что ты установил так много. Даже несмотря на то, что белки постоянно их отключают.
— Белки чертовски раздражают, но я предпочитаю терпеть их, чем дать этому мерзавцу шанс.
Она отстранилась и огляделась по сторонам. — Думаешь, он сейчас наблюдает за нами? Мне никогда в жизни не было так жутко.
Не знаю почему, но чутье подсказывало мне, что это не так. Что он сбежал, оставив записку. — Может быть, но я так не думаю. Выглядит так, что он умеет скрываться, но я думаю, что он просто трус. Он положил записку на твою машину и уехал.
— А может, он попросил кого-то другого сделать это за него.
— Может быть. Трудно сказать.
Она снова прижалась ко мне и глубоко вздохнула. Я не сводил глаз с Макса, но он был занят тем, что обнюхивал ее машину. Возможно, он все еще чувствует запах преследователя.
— Я должна пойти в дом, — сказала она. — Мне нужно позвонить Гарретту и сообщить ему о звонке и записке. И мама, скорее всего, приедет раньше. Она всегда так делает.
Мы вошли в дом, и Макс сразу же направился к своей миске с водой, а затем к своему любимому месту на диване. Он свернулся калачиком и закрыл глаза. Видимо, приключение в зоомагазине достаточно утомило его.
Одри достала телефон, чтобы позвонить моему брату. — Привет, Гарретт. Да, произошел еще один инцидент.
Я ждал, слушая, как она пересказывает все моему брату. Когда она закончила, то включила громкую связь, чтобы я мог услышать, что он скажет.
— Мне жаль, что это случилось, Одри. Записка все еще у тебя?
— Да.
— Положи ее в пластиковый пакет. Судя по прошлым инцидентам, я сомневаюсь, что мы сможем что-то найти, но мы все равно посмотрим.
— На ней повсюду мои отпечатки пальцев. Я позволила Джосайе тоже потрогать ее. Прости.
— Ничего страшного. Мы уже знаем, что он осторожен.
— А как насчет телефонных звонков? — спросил я. — Вы не можете их отследить?
— Мы делаем все возможное, но парень знает, что делает. Каждый звонок идет с нового номера, возможно, с другого телефона, и он использует зарубежные VPN.
— Кто может знать, как все это сделать? — спросила она.
— Любой, у кого есть доступ в Интернет, может это выяснить, — сказал Гарретт.
А адвокат должен знать, что может или не может делать полиция, что можно отслеживать, а что нет.
Я не стал произносить это вслух.
— Так ты никого не видела? — спросил Гарретт. — Никто не уходил и не уезжал?
— Нет, — сказала Одри. — Я не сразу поняла, что на машине что-то есть. Макс рвался с поводка, а у меня руки были заняты вещами.
— Ясно. Мы делаем все, что можем.
— И это все? — спросил я.
— Что ты хочешь, чтобы я ответил? — спросил Гарретт, и я не упустил раздражения в его голосе. — Я хочу получить ответы так же, как и ты.
— Я в этом сомневаюсь.
Одри положила руку на мою руку. — Джосайя.
— Нет, это полная чушь, — сказал я. — Этот парень все ближе и ближе подбирается к ней, и все, что я слышу от тебя, это то, что вы не можете ничего сделать. Не можете отследить звонки. Не можете найти отпечатки пальцев. Не можете найти ничего, чтобы определить, кто это делает. Нам что, придется ждать, пока он убьет ее, прежде чем мы его найдем?
— Я знаю, что ты беспокоишься о ней. Поэтому просто доверься мне и позволь мне делать мою работу.
Я был так зол, что мне хотелось пробить кулаком стену. Но тогда мне пришлось бы ее чинить, а я ненавижу ремонтировать гипсокартон.
Поэтому я просто покачал головой и пошел на кухню.
Одри закончила разговор с Гарреттом, пока я сходил с ума. Меня просто тошнило от всего этого. Надоело передавать все копам, надеясь, что они найдут зацепку. Надоело ждать, пока кто-то другой позаботится о моей девочке.
С меня хватит.
Одри нежно положила руку мне на плечо, и, хотя ее прикосновение не успокоило меня, оно укрепило мою решимость.
Я знал, что должен сделать.
— Значит, твоя мама скоро приедет? — спросил я.
— Да, через десять минут или около того.
— А потом приедет Мэриголд?
— Я еще не звонила ей, но уверена, что она не будет против приехать сюда. Мы можем заказать что-нибудь.
Я коснулся ее лица и встретил ее взгляд. — Ты ведь больше никуда не поедешь?
— Нет. Я уже все купила, и меньше всего мне хочется сейчас ехать в город. А что?
— Мне нужно кое-что сделать. Я не хочу оставлять тебя одну, но пока ты остаешься здесь, я спокоен. И с тобой будут мама и Мэриголд, чтобы составить тебе компанию.
— Что тебе нужно сделать?
Я видел подозрение в ее глазах. Я ненавидел лгать ей, но я не мог сказать ей правду. Не сейчас.
Я скажу ей, когда все закончится. Это была не ложь. Я просто откладывал объяснение.
— Это кое-что для дома. Если я успею все подготовить, ребята смогут установить столешницы раньше, то это вернет нас в график. Мне просто нужно купить кое-что, чтобы все получилось.
— О. — Она, кажется, расслабилась. — Хорошо. Это замечательно. Не могу дождаться, когда увижу кухню со столешницами.
— Они будут выглядеть великолепно.
Она улыбнулась. — Мне так жаль, что все это происходит. Ты должен работать, а не беспокоиться обо мне.
Я снова притянул ее к себе и обнял. — Не извиняйся. Это не твоя вина.
Это
