был бы самый лучший расклад.
— Что-то мне подсказывает, что она и так уволится, — двигаюсь ближе к Кире и обнимаю ее. — Солнце, все будет хорошо, обещаю, — отодвинув волосы, целую ее в шею.
— Сереж, — поворачивается она ко мне, — получается, квартира достанется Ольге? Хотя там же не только квартира, да?
— Еще машина и дача. Но я сделаю все, чтобы Ольга вернула то, что мне принадлежит. В конце концов она прекрасно знает на какие деньги это куплено. И по-человечески должна все на меня переписать.
— По-человечески, — усмехается Кира. — Она так рассержена, что навряд ли пойдет тебе навстречу.
— Я дам ей несколько дней для того чтобы остыла, а потом спокойно обо всем поговорим.
Ольге после развода и так достанется часть моих фитнес-центров. Если б я заранее мог предугадать, что мы однажды разведемся, то составил бы брачный договор, в котором черным по белому было бы написано, что в случае развода она не сможет претендовать на мой бизнес.
Но я этого не сделал. Потому что даже представить не мог, что так сильно полюблю другую женщину, ради которой готов горы свернуть.
Каждый раз, когда эта молодая блондиночка с большими голубыми глазами и красивыми формами появлялась у нас дома, я чувствовал, как внутри начинает все бурлить. Меня бросало в жар, как только она переступала порог нашей квартиры. Кира очень красивая и сексуальная девушка. Ее кокетливый смех сводил меня с ума, а голос — ласкал слух. Игриво глядя на меня, поправляла свои длинные блестящие волосы, ослепляла улыбкой, и всячески давала понять, что я тоже ей интересен.
С тех пор я стал уделять много внимания предстоящим экзаменам дочери. Особенно экзамену по географии.
Каждый раз после того, как Кира заканчивала заниматься с Викой, я просил ее задержаться на пару минут, чтобы расспросить ее о том, как идут дела у дочери. Она рассказывал о ее успеваемости, о том, что и где необходимо подучить, а я в этот момент смотрел на нее словно завороженный — меня тянуло к ней словно магнитом.
Как-то раз Вика сразу после занятия убежала гулять, Ольги не было дома, а я как всегда попросил Киру задержаться, чтобы поговорить об успехах дочери. На тот момент мы оба понимали, что испытываем чувства друг к другу. И как только Вика вышла за порог, мы с Кирой прильнули друг к другу и несколько минут не могли оторваться.
Не описать словами, что происходило со мной в тот момент. Я никогда в жизни не испытывал ничего подобного. Жадно впивался губами в ее губы, шею, подбородок, плечи, и прерывисто шептал о том, как сильно хочу ее.
В квартире искрился воздух от бурлящей страсти. Вышибало пробки. Дрожали окна.
Она сводила меня с ума. Я не мог выпустить ее из жарких объятий. Хотел целовать каждый сантиметр ее тела и любоваться его изящными изгибами.
Кира не одна снимает квартиру, а вместе с подругой, поэтому встречаться на ее территории мы могли только когда подруги не было дома. У меня в квартире тоже было слишком рискованно предаваться любовным утехам. Зато в отелях мы могли как следует насладиться друг другом и не думать о том, что нас кто-то застукает.
Я решительно настроился развестись с Олей, и жениться на Кире. Но было одно «но»: на Ольгину тетю переписана дача, тачка, и наша квартира.
Часть фитнес-центров мне уже не удастся спасти, они в любом случае отойдут Ольге после раздела имущества, но дарить ей квартиру, дачу и мою машину — это уже слишком.
Я запланировал встречу с нотариусом на сегодня. Был в шаге от того, чтобы получить свое имущество, но вчера Ольга вернулась домой пораньше…
И все мои планы стремительно полетели к чертям собачьим.
Я должен поговорить с ней. Она просто обязана пойти мне навстречу. Пусть довольствуется фитнес-центрами. Заниматься ими она точно не станет, продаст. Этих денег ей вполне хватит на приличную квартиру, и не только.
Надеюсь, она не будет вставлять палки в колеса, и сделает так, как я скажу.
— Пора вставать, — нехотя произносит Кира. — Отвезешь меня на работу? Ну, в смысле, как обычно до остановки, а дальше я пешком.
— Скоро я буду высаживать тебя у самого крыльца школы, — прижимаю ее к себе. — А может, ты вообще уйдешь в декрет и будешь ждать меня дома. С большим животиком, — мечтательно улыбаюсь я. — Выйдешь из декрета, а там как раз и место завуча освободится.
— Ты правда хочешь еще одного ребенка? — шепчет она.
— Я хочу своего ребенка, — вздыхаю я, зарываясь носом в ее ароматные волосы.
Кира отодвигается и смотрит на меня во все глаза.
— В каком смысле своего?
— Вика нам неродная. Мы взяли ее из дома малютки.
— Серьезно? — в шоке выдыхает Кира. — А мне всегда казалось, что она на тебя очень похожа. А почему Ольга не родила сама?
— Она не может иметь детей.
— Я этого не знала… — опускает взгляд Кира. — Как жаль… — с досадой произносит она. — Значит, она не смогла подарить тебе ребеночка, вот как… Неполноценная женщина — это, конечно, хуже любой другой беды. Я искренне сочувствую Ольге, и по-женски понимаю ее.
— Не переживай за Ольгу, у нее есть Вика. Она любит ее как родную дочь.
— А Вика знает правду?
— Нет. И не узнает. Эта тема под строгим запретом в нашей семье. Семейная тайна, о которой знают только самые близкие родственники. И ты теперь, — целую ее в губы, встаю с кровати, и надеваю рубашку. — Давай собираться, а не то опоздаешь в школу.
Через час останавливаю машину у автобусной остановки.
— Добежишь? — поворачиваюсь к Кире и замечаю, что на ней нет лица.
— Сереж, меня всю трясет, — произносит дрожащим голосом. — У меня первым уроком как раз Викин класс. Я не смогу, Сереж, — отчаянно всхлипывает и поджимает губы. — Я не проведу этот урок.
— Иди и ни о чем не беспокойся, — обнимаю ее. — Я сейчас позвоню Ольге и поговорю с ней. Все будет хорошо.
— Обещаешь? — вытирает с лица слезы.
— Обещаю!
Как только Кира выходит из машины, я отъезжаю от остановки, паркуюсь у торгового центра и звоню Ольге.
— Слушаю! — строгим тоном отвечает она.
— Оль, мне нужно с тобой поговорить по поводу вчерашнего. Ты же понимаешь, что скандал в школе скажется на Викиной успеваемости? Я очень прошу тебя ничего не афишировать. Подумай о нашей дочери. Подумай о том, каково ей будет доучиваться эти две недели. Я советую тебе…
— Свои советы себе посоветуй, — отрезает она. — И это лучше
