потирает руки от восторга, к большому удовольствию Никки. Уилл открывает дверь и слышит треск хлыста, который эхом разносится по просторным апартаментам.
— Здравствуйте, я мадам Киска, — раздается в комнате густой русский акцент.
У дяди Рокки отпадает челюсть, глаза выпучиваются, и он теряет дар речи.
— О, Господи! — папа опускает голову на руки. — Мы снова встретились.
Женщина намного старше и, вероятно, не должна носить кожаный корсет. Ее спина кажется немного жесткой, когда она ступает на девятидюймовых каблуках. Надеюсь, она не упадет на них.
— Итак, скажите мне, — командует мадам Киска, — кто был плохим мальчиком?
Все мы указываем на дядю Рокки, когда она достает наручники, и его глаза расширяются от страха. Он начинает качать головой, прячась за Никки.
— О, черт возьми, нет. Я больше на это не попадусь.
Мы все разражаемся хохотом, а у меня желудок болит от выражения его лица. Никогда в жизни я не видела его таким испуганным.
Я не сомневаюсь — это просто сделало эту ночь идеальной.
А теперь, лучшее еще впереди....
Мы будем жить долго и счастливо как мистер и миссис Эдвардс Романо.
Эпилог. Уилл
Жениться на Амелии в Вегасе было проще простого.
Потом началась жизнь.
Мы с легкостью погрузились в свадебное блаженство, взяв несколько дней отпуска после быстрого медового месяца в Апстейт-Нью-Йорке. Хижина находилась посреди леса, телефон не ловил, и мы оба были вынуждены расслабиться.
Идеально, ведь единственное, что было у меня на уме, — это поглощать каждый дюйм тела Амелии всеми возможными способами.
Клянусь, она сломала меня до такой степени, что мы не могли заниматься сексом целый день — нам обоим нужно было восстановиться. Я чувствовал себя так же плохо, опустошая ее тело в свое удовольствие, но никто из нас не жаловался. Невозможно, после многочисленных оргазмов и запретной прогулки в лес, где я трахал ее средь бела дня на фоне какого-то дерева, пока за нами наблюдали белки.
Когда мы вернулись в город, оказалось, что нашего отпуска и не было. Захват означал долгие часы работы и однодневные поездки за пределы штата. Лекс знал, что у меня много забот с адаптацией, и старался помочь, где мог, но, конечно, я по натуре контролер и не хочу, чтобы кто-то другой делал работу за меня.
Мы пытались искать квартиры по мере возможности, что добавляло нам суматохи, поскольку жить в «Four Seasons» было не идеально, как и ездить в квартиру Амелии. Наш брокер показывал нам квартиры в Верхнем Ист-Сайде, но какими бы грандиозными или роскошными они ни были, ни одна из них не удовлетворяла Амелию. Это стало причиной нашего первого спора как супружеской пары.
— Это не так уж сложно, — сказал я ей после того, как мы покинули пятое место за день, — ты же женщина. Просто выбери пентхаус.
— Если я женщина, то я должна выбирать? — Она положила руки на бедра, презрительно глядя на меня. — Это так по-сексуальному.
Я раздраженно хмыкнул: — Слушай, мне нужно вернуться в офис. Мы можем продолжить завтра.
— Ни один из них, Уилл.
— Ни один из них?
— Это не похоже на дом, — Она вызывающе покачала головой.
Спор продолжался до тех пор, пока нам не показали трехэтажную квартиру, в котором все изменилось. Я видел, что она мгновенно влюбилась в это место, ее лицо выражало благоговение, когда мы проходили мимо. Я не собирался рисковать, что она передумает, поэтому сразу же купил квартиру и потребовал, чтобы она переехала как можно скорее.
Мы переехали через несколько недель, не имея ничего, кроме кровати, чтобы назвать ее своей. Когда дело дошло до мебели, я не интересовался, и Амелия тоже. Слава Богу, у нас есть Ава. Это именно ее занятие, но, клянусь, она сводит нас обоих с ума. Количество текстовых сообщений об обоях слишком велико. Я предупредил ее, чтобы она оставила меня в покое и выбирала сама, иначе она уйдет, а я вызову кого-нибудь другого.
Эрик тут же поднял руку, но он был не лучше Авы. Они оба раздражали друг друга не меньше.
И все же самая большая новость, потрясшая наш мир, пришла ночью после того дня, который должен был стать самым длинным в истории.
Я вернулся из Бостона, а Амелия весь день провела в офисе. Последнюю неделю она возвращалась домой незадолго до полуночи. Маминой фирме было поручено дело о семье из шести детей, которые несколько недель назад потеряли обоих родителей из-за пьяного водителя. Само дело было душераздирающим, и все сотрудники фирмы боролись за то, чтобы найти семью для всех шестерых детей.
Что еще хуже, семья была в долгах и едва сводила концы с концами. Родители не оставили после себя ни имущества, ни даже дома, который можно было бы назвать своим.
Амелия очень переживала, рассказывая о том, как трудно ей было оставаться профессионалом, когда ее эмоции выходили из-под контроля. Она начала сомневаться в том, что практика семейного права — это правильный выбор профессии для нее, но во время этих сомнений я заверил ее, что все, через что она проходит, в конце концов сделает ее сильнее.
Что касается меня, то это заставило меня взглянуть на ситуацию с другой стороны. Все деньги мира не могут избавить этих детей от боли или вернуть им родителей. Это заставило меня задуматься о том, как Rockford Technology может внести свой вклад в развитие общества. Мне больше не нужно было просто зарабатывать деньги, мне нужна была большая цель, и все эти мысли были вызваны моей женой.
Мы сидели на диване, который Ава доставила сегодня. Я не мог пожаловаться, насколько он удобен, и намеренно не обратил внимания на ценник, когда увидел счет. При моем достатке я был далеко не скуп, но кто бы мог подумать, что диван может стоить так дорого.
Открыв бутылку вина, мы оба выпили, свернувшись калачиком в объятиях друг друга, даже не переодеваясь.
Потом нам позвонили.
Малыша Найта, или, как его называли медсестры, Малыша Стоуна, должны были передать в приемную семью, а затем усыновить.
— Я не понимаю, — спорила Амелия с Чарли во время звонка. — Как Стюарт Найт может подать заявление о лишении его прав отца?
Чарли объяснил Амелии суть процесса, хотя Амелия прекрасно знала, как это происходит. Скорее, она не понимала, почему он решил это сделать.
Однако этот звонок все изменил.
В последующие дни Амелия начала отходить от своей обычной веселой натуры. Я решил, что это связано с делом, в
