часто. Я была поглощена работой, которую должен был выполнять новый сотрудник, а он занимался своими делами.
Лежа на кровати, я боролась с усталостью при каждом моргании, боясь пропустить момент, когда он ворвется в дверь и поцелует меня.
Когда я открыла глаза, на улице было светло, но солнце светило с другой стороны. Я вскочила с кровати, мое тело затекло от сна в одежде, который, очевидно, длился около одиннадцати часов.
— Нейт? — позвала я, обыскивая сначала ванную. Если бы он вошел и обнаружил, что я сплю, то не стал бы меня будить. Он был раздражающе великодушен. В ванной было пусто, поэтому я отперла раздвижную стеклянную дверь и вышла на террасу. — Нейт? — мой голос был поглощен шумом ветра и волн. Подождите. Дверь была заперта. Он не открывал ее. Ужас прошелся по позвоночнику, как лед, и я вернулась в комнату, взяла телефон, стоявший на тумбочке, и набрала номер портье.
— Здравствуйте, скажите, пожалуйста, заселился ли Натаниэль Фелан?
— Один момент, — я услышала звук щелкающих клавиш. — Нет, простите, мэм.
Мой желудок упал на пол.
— Спасибо, — прошептала я и положила телефон обратно.
Нейта здесь не было.
Я взяла телефон и ввела необходимый текст, чтобы оплатить международную связь, но единственное сообщение было от Серены, которая пожелала мне счастливого пути.
Это было... невозможно. Я нажала на номер Нейта в контактах, и он снова дважды зазвонил. Вчера, а может, и позавчера, я была уверена, что это означает, что он отключен, но что, если он отправил меня на голосовую почту?
— Это Нейт. Оставьте сообщение, — так резко и точно, как и он сам.
— Я не знаю, что делать, — сказала я после гудка. — Я здесь, а тебя нет. Ты не писал, не звонил, и я начинаю бояться, что с тобой что-то случилось, потому что знаю, что ты не стал бы меня так подставлять. Просто... — я сглотнула комок в горле. — Просто позвони мне, Нейт. Даже если что-то случилось, пожалуйста, скажи, что с тобой все в порядке.
Я закончила звонок.
В тот вечер я ела одна, не теряя надежды, что его задержали и он зайдет в любую секунду.
На следующее утро я сидела на прогретой солнцем террасе, свесив ноги через край, сжимая телефон как спасательный круг. Боль заполнила пространство между ударами сердца. Мне было знакомо это чувство. Оно поглощало меня каждый раз, когда я искала своих родителей на трибунах во время соревнований по плаванию, но находила пустые места. Оно разъедало меня, когда Джереми предпочел выбирать жену в Йеле, а не переезжать со мной в Джорджтаун после того, как я изменила все в своей жизни ради него. Это чувство, словно ледяная вода, накрыло меня, когда мама и папа предпочли продолжить путешествие вместо того, чтобы вернуться домой после авиакатастрофы. Я была в таком положении слишком много раз, чтобы сосчитать — оставалась ждать того, кого любила, и только потом понимала, что никогда не была для него приоритетом. Я боролась с этим, мое больное сердце обещало циничной голове, что Нейт так не поступит, но проходили часы, и правда стала очевидной.
Он не приедет.
Я не выдержала и позвонила Серене.
— Что ты делаешь, звоня мне во время своего любовного отпуска, — спросила она. — Кстати, Тайби передает тебе привет.
— Его здесь нет, — мой голос прозвучал так же ровно, как и мои чувства.
— Нейта?
— Его здесь нет, — повторила я, заставляя себя произносить слова. — Кто-нибудь приходил? Кто-нибудь... в форме? — мой язык спотыкался о слова. Это было единственное объяснение, которое я могла придумать.
— Нет, Иззи. Здесь никого не было, — сказала она, ее голос смягчился. — Ты в порядке?
— Нет, — у меня слезились глаза и щипало в носу, когда я сдерживала поток слез. Может, он в командировке? Но ведь он всегда передавал мне какое-то закодированное предупреждение в смс или звонке. А я не знаю никого из его друзей. Я не могу вспомнить ни одного человека, которому я могла бы позвонить и спросить... Я так мало знала о его реальной жизни, что это было неловко. Серена была права. У него может быть целая семья, о которой я ничего не знаю. Он держал меня на задворках своей жизни, никогда не впуская в нее. Но никто и глазом не повел, когда я стояла рядом с ним на похоронах. Может, новая девушка? Новая... жена?
— О, милая. Мне так жаль.
— Что мне делать? Остаться — это глупо, а уехать — значит... — я не могла заставить себя произнести это вслух.
— Возвращайся домой или оставайся и впитывай солнечный свет, какой только сможешь. — Так рассудительно. Так похоже на Серену.
— Я не хочу быть здесь без него.
— Тогда у тебя есть ответ.
Я начала плакать, не останавливаясь. Я напугала персонал курорта, когда выезжала из отеля, а потом испугала стюардесс, когда слезы не прекращались на рейсах, которые я меняла. Слезы текли, текли и текли, пока я пересекала часовые пояса, даты и то, что казалось годами. Люди смотрели и предлагали салфетки, что только усиливало мои слезы.
Когда я вошла в свою квартиру, мои глаза были опухшими, горячими и чесались, а когда я увидела Серену, слезы полились снова. Казалось, что у меня нескончаемый запас слез.
Она крепко обняла меня, и начала укачивать, как будто мы снова были маленькими.
— Все хорошо, — прошептала она, когда я зарыдала у нее на плече.
— Я должна отпустить его, не так ли? — слова были прерывистыми и бессвязными.
— Неважно, сделал он это случайно или нарочно... Я не могу продолжать жить так, Серена. Я должна отпустить его.
— Мне так жаль... — ее руки сжались вокруг меня.
Мы с Нейтом так долго ждали своего шанса, что упустили его.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ
ИЗЗИ
Кабул, Афганистан
Август 2021 г.
Как он мог.
Он не видел нужды в том, чтобы жениться на той, кто хотя бы присутствует?
— И это стало базой для твоих стандартов? — недоумение на лице Нейта было почти смехотворным.
— Ты шутишь, да? — чертовски хорошо, что у меня ничего не было в руках, иначе я могла бы швырнуть в него что-то. — Интересно, кто установил эту планку? — я склонила голову набок. — Если ты считаешь, что мои стандарты поведения низки, то тебе достаточно посмотреть в зеркало, чтобы понять, почему это так. Из всех, кто был в моей жизни, ты был единственным человеком, которому я доверяла, думала, что ты появишься в нужный момент, а ты исчез.
Он поднял руки и
