вернулся к нему.
— Чейз!
Он прижал меня к изголовью, улыбка погасла, а на лице и в глазах отразилась напряженность.
— Все, что ты даешь, Фэй, — он вжался в меня бедрами, — чисто, непорочно, и только, черт возьми, мое, и это прекрасно. Но в остальном… то, какая ты мокрая, какая ты узкая, как сходишь от меня с ума, как было только что. Детка. Бл*ть. Ты должна знать, что в сочетании со всем остальным, эта красота зашкаливает.
Хм. Мне это понравилось.
Офракенно сильно.
Я прикусила губу.
Его глаза опустились к моему рту, и его улыбка вернулась.
Затем я оказалась на спине в постели, он на мне, отдавая приказы.
— Я тебя отпущу. Ты приведешь себя в порядок, вернешься, и мы начнем второй раунд.
Мои брови взлетели вверх.
Второй раунд?
У нас никогда не было второго раунда.
— Серьезно?
— Завтра не на дежурство, — напомнил он.
— Ну да, в отличие от меня, — в свою очередь напомнила я ему.
По-прежнему улыбаясь, он тут же парировал:
— Да, но твоя работа начинается в девять тридцать. Ты можешь выспаться.
Это было правдой.
Я выдержала его взгляд.
Затем прошептала:
— Второй раунд, значит?
Его глаза засверкали, и он прошептал:
— О, да.
О.
Да.
— Хорошо, — выдохнула я, он наклонился, прикоснулся к моим губам, а затем откатился.
Я соскочила с кровати и направилась в ванную, чтобы подготовиться ко второму раунду.
И, да.
Серьезно.
Секс был потрясающим.
* * * * *
00:15 той же ночью
Я лежала в постели, прильнув к боку Чейза, он обнимал меня одной рукой, водя ею под моей ночнушкой от лопаток до пояса трусиков, моя ладонь покоилась на его животе, я прижималась щекой к его плечу, перекинув ногу поверх его бедер.
Прошла почти неделя с момента, как мы сблизились таким образом.
Он работал, я работала. Он бегал или плавал, или поднимал тяжести, я посещала спортзал. Ужинали мы вместе. Однажды, после ужина у меня дома, мы пошли выпить в бар «У Баббы». Он смотрел игру, я читала.
Однако он не смотрел ни один из моих сериалов и твердо отстаивал свою позицию в этом вопросе, даже когда я почти умоляла его посмотреть «Сверхъестественное», сказав, что Дин Винчестер, безусловно, его типаж. Хоть я и сдалась, но на следующей неделе решила попробовать еще раз. Дин и Сэм могли впадать в задушевные, мужские разговоры, и там были демоны, призраки и множество апокалиптических сюжетных линий. Но все же, я полагала, что сериал Чейзу может понравиться в основном потому, что братья ездили на офигенной «Импале». А все мужчины (или большинство из них, а особенно те, кто был мужчиной на сто процентов) любили машины.
Так или иначе, я записала серию с прошлой недели. А поскольку все свое время я проводила с Чейзом, если он не посмотрит ее со мной, тогда как я получу свою дозу Дина и Сэма?
Секс был регулярным (после снятия запрета, утром и вечером!) и становился все лучше и лучше (безумие какое-то). Под руководством Чейза я стала более уверенной в себе, и мы лучше узнали друг друга в постели и вне ее.
Это была еще одна великолепная неделя.
Невероятная. Поразительная. Удивительная.
Единственный минус — Малахия.
Он не появлялся всю неделю, и каждый день я спрашивала Чейза об успехах Дека.
Дек пока ничего не выяснил.
Чейз также расширил поиски, связавшись с близлежащими округами и каждой подведомственной им школой, чтобы узнать, числится ли у них мальчик по имени Малахия.
Ответ был отрицательным.
— Паренек — призрак, — пробормотал Чейз, и его тон красноречиво подчеркивал, что он не считает это хорошим.
Я тоже так думала. Как он мог не числиться ни в одной школе в пяти округах?
— Я беспокоюсь о Малахии, — пробормотала я в тишине ночи, и Чейз перестал водить рукой, крепко меня обняв.
— Я знаю, детка, — прошептал он.
— К этому времени у него должна закончиться еда.
— Дек найдет его.
Я приподнялась и посмотрела на него в темноте.
— Чейз…
Он поднял другую руку, и я почувствовала прикосновение к моей щеке.
— Фэй, детка, Дек найдет его. Мы ничего не можем сделать. Не сейчас. Засыпай. Завтра тебе на работу. Вечером мы встречаемся с твоей семьей. Дек в тупике. А он не любит чувствовать себя загнанным в тупик. Никем, и уж точно не девятилеткой. Сначала это была услуга, которую он мне оказывал. Теперь же она стала его миссией. Он не сдастся, Фэй, и найдет его.
Я затаила дыхание.
Он был прав. Мы ничего не могли сделать в пятницу после полуночи. На следующий день меня ждала работа, а вечером встреча с моей семьей.
Предполагалось, что это будет ужин для мамы, папы, Чейза и меня. Потом об этом узнала Лиза (папа и его болтливый язык). Теперь приедет она с детьми и Бойд, и это накануне вечеринки в честь дня рождения ее сына Джарота.
Не спрашивайте меня об имени Джарот. Я ей говорила, что мальчика будут дразнить и называть «морковкой», так и случилось (прим.: в оригинале имя «Jarot» рифмуется с «carrot» (морковь)). Ей нравилось это имя, а когда ей что-то нравилось, она вела себя как истинная Лиза, готовая на бесчисленные припадки, чтобы получить желаемое. Так что Бойд уступил, лишь бы она заткнулась. Он уступил, но, к счастью, потребовал права дать имя их второму сыну. Его назвали Роберт. Достаточно сказать, что Робби не дразнили на детской площадке.
С другой стороны, Робби был хулиганом.
Джарот вечно возился с Lego, и по его творениям Лиза, Бойд и папа были убеждены в том, что он станет архитектором.
Ему было почти девять.
Робби трижды отправляли домой из садика за то, что он бил детей по носу.
Ему было шесть.
Никто не говорил, кем, по их мнению, станет Робби, в основном потому, что оптимистичным выбором была бы следующая версия Великой Белой Надежды на боксерском ринге. Но с практической точки зрения ему светило стать телохранителем наркоторговца.
— О, ладно, — пробормотала я, а затем устроилась поудобнее.
Рука Чейза с моей щеки перекочевала в волосы, пропустив их сквозь пальцы, прежде чем исчезнуть, а его ладонь на моей спине возобновила поглаживания.
Я расслабилась.
— Мы найдем его, Фэй, — прозвучало тихо, но это было обещание.
Я придвинулась ближе.
Он понимал, что я волнуюсь, и ему это не нравилось.
Но я знала, что он тоже беспокоится. И хотя не хотела этого, мне нравилось, что он переживает за незнакомого ребенка.
— Хорошо, милый.
