class="empty-line"/>
Томми
О, обязательно. Ради этого даже заведу соцсети. Первый пост будет о том, насколько это отвратительно. Вы, девочки, так усердно работаете.
Я
Лесть поможет тебе во всём.
Томми
Даже оказаться между твоих бедер сегодня вечером?
Я
Не наглей, Томми.
Томми
Мне нравится, когда ты строга со мной. Это подталкивает меня трахать тебя сильнее.
— Джен, — говорит Холт у меня за спиной. — Только не говори мне, что теперь, когда все магазины закрыты, у нас не будет десерта на Рождество.
Кладу телефон на складной столик, который мы сегодня используем в качестве импровизированного обеденного столика, поднимаюсь со стула и подхожу, чтобы сесть на один из барных стульев на моей крошечной кухни.
Мой брат выглядит счастливым, здоровым и в лучшей форме, чем я видела его за долгое время, может быть, даже когда-либо. Я надеюсь, что это радостное настроение никуда не исчезнет после того, как я скажу ему, что десерт у нас есть, и что его принесёт его любимый человек.
— У нас есть десерт, — отвечаю я.
Он оглядывается по сторонам, почесывая затылок. Как и Томми, Холт в моей квартире выглядит немного комично. Как великан, передвигающийся по кукольному дому. В моей небольшой квартире всё такое крошечное, а Холт огромен во всех возможных смыслах. Как полузащитник, он также должен быть проворным и мозгом команды — тем, кто принимает решения.
— Это волшебный десерт, который сам появится внезапно, или мне что-нибудь сообразить? У тебя впервые нормальная еда в холодильнике, так что я мог бы что-нибудь придумать.
Я улыбаюсь, поднося бокал к губам. Единственная причина, по которой у меня сейчас есть нормальная еда, парень, который вот-вот должен прийти.
Я делаю глоток и ставлю стакан обратно на стойку, мгновенно принимая решение, что сейчас самое подходящее время рассказать Холту о Томми. Ждать, пока он войдет в дверь, возможно, не самый лучший вариант.
Я прочищаю горло. –
Вообще-то, могу я с тобой кое о чем поговорить?
Холт игриво прищуривается, глядя на меня, расстегивая ещё одну пуговицу на своей белой рубашке.
— Если ты про отопление, то конечно. Здесь жарко.
Соскальзывая со стула и хватая бокал с вином, я подхожу к дивану и сажусь, поджимая одну ногу под себя.
— Мой жадный домовладелец наконец заменил печь. Не хотел, чтобы его засудили за то, что он заморозил своих жильцов до смерти.
Холт издает смешок и плюхается на кресло слева от меня.
— Нет. Вместо этого он их сварит вместе с гостями.
Быстро взглянув на часы, я понимаю, что Томми может появиться в любую секунду. Учитывая то, как он водит, и то, что сегодня на дорогах почти нет машин, ему не потребуется полчаса, чтобы добраться сюда, максимум пятнадцать минут.
Я поднимаю глаза на Холта, который занят тем, что печатает что-то на своём телефоне, прежде чем положить его на кофейный столик перед собой и уделить мне всё своё внимание.
— Я знаю, ты шутил насчет волшебного появления десерта, но... — я заправляю прядь волос за ухо, ерзая. — Он действительно появится. С минуты на минуту.
Холт вопросительно склоняет голову набок.
— Мой парень принесет его, чтобы поесть с нами.
Я чувствую, как меня бросает в жар, когда у Холта отвисает челюсть.
— Ты не говорила мне, что встречаешься с кем-то, Джен.
Он выглядит слегка обиженным, а это последнее, чего я хотела. Он расстроится ещё больше, когда узнает, кто мой таинственный парень.
— Я хотела подождать, когда смогу рассказать тебе лично.
Холт как будто складывает всё воедино за то время, которое мне требуется, чтобы сделать глоток вина. Он должен знать, что Томми в конце концов так и не обменяли, хотя он ни разу ничего не упомянул мне с тех пор, как написал мне об этом. И конечно он удивлен тем, что я храню секреты. Мы никогда этого не делаем. Нет, если только мы не подозреваем, что другому может не понравиться то, что мы собираемс сказать.
Когда раздаётся сигнал моего умного дверного звонка, я искренне думаю, что худшего момента и быть не могло.
Холт вскакивает со стула и идет в коридор, преодолевая расстояние до входной двери в три больших шага.
Он отодвигает засов и распахивает дверь, практически срывая её с петель.
Словно в решающем поединке, Томми стоит по другую сторону двери, держа в руках орехово-кленовый пирог, который он обещал мне испечь, ведь это мой самый любимый десерт на свете.
Я спешу догнать Холта, пока Томми делает шаг назад.
Темно-карие глаза Холта становятся черными от ярости.
— Какого чёрта он здесь делает, Дженна? — он переключает своё внимание на пирог в руках Томми. — И почему он здесь с нашим любимым десертом?
Закрыв лицо руками, я медленно выдыхаю.
— Холт, это Томми. Мой парень.
— Я знаю, кто он, — выпаливает Холт. — В прошлый раз, когда мы встречались, он оскорбил мою сестру за то, что она велела ему убираться, и чуть не сломал мне челюсть.
Отступая, Томми делает ещё один маленький шаг назад и поднимает перед собой руку.
— Я пришел сюда сегодня, чтобы поговорить. Я хочу расставить все точки над i между нами.
Плечи Холта опускаются. Он поворачивает голову, чтобы посмотреть на меня, и на его лице мелькает тень боли.
— Почему ты связалась с этим мудаком? Ты заслуживаешь намного большего, чем он.
Для того Томми, которого я встретила впервые, слова Холта, продиктованные исключительно заботой обо мне и желанием меня защитить, стали бы красной тряпкой, они бы разозлили его. Но когда я поднимаю взгляд на Томми, то вижу боль на его лице, и моё сердце уходит в пятки.
— Может, хотя бы зайдём внутрь, чтобы не устраивать сцену на лестничной площадке? — предлагаю я. — Все соседи сегодня дома, и они, вероятно, уже слушают.
Холт скрещивает руки на груди, вызывающе приподнимая бровь.
— Единственный, кто здесь не умеет держать себя в руках, это он, — он кивает головой в сторону Томми.
Я кладу руку Холту на плечо. Он так привык защищать меня, хотя в данный момент в этом нет необходимости. И всё же я не могу его винить. Я бы поступила точно так же, если бы речь шла о девушке, которая в прошлом причиняла боль ему и мне.
— Выслушай его, Холт. Пожалуйста.
Когда он отходит в сторону, я вздыхаю с облегчением. Холт засовывает руки в карманы, и Томми делает пару шагов в мою квартиру, закрывая за собой дверь. Он не отводит от меня взгляда, и когда
