Должен был, иначе предам Энджи, а этого я сделать не могу, потому что прямо сейчас моя память пытается злорадно и с издёвкой вернуть мертвое чувство!
Однако Ми На не остановилась. Она медленно села на диван рядом, попытавшись провести рукой, которая держала мою, вверх, чтобы заставить ощутить, что она реальна.
— Я так долгo жила только тобой. Я никогда не забывала о тебе, даже брата попросила бросить службу и охранять тебя. А всё потому, что ты и Сан Ми — это всё, что у меня есть. Прoшу...
Во мне дрожала каждая часть тела. Казалось, что я заболел и у меня горячка. Именно поэтому поднял руку и со страхом в глазах приложил к её лицу. Нежно провел по щеке, по губам и увидел это — что-то блеснуло в её глазах, пробежало, словно победная тень облечения.
— У меня чувства к другой женщине, Ми На. И эти чувства слишком сильные, чтобы предать их лишь из-за того, что я больше не ощущаю себя виноватым в твoей смерти. Ты тоже должна меня простить, потому чтo я не могу даже смотреть на тебя. Вместо любви, я ощущаю страх.
Она отшатнулась от меня, словно я ударил её, дал пощёчину. Я видел это, как и то, несколько стремительно её глаза наливались слезами.
— Сан Ми... Она хочет, чтобы мы...
— Прости, но эти манипуляции не помогут. Я бы мог это сделать, более того какая-то часть меня, буквально орёт, чтобы я обнял тебя, но... Это невозможно, потому что моё тело воспринимает тебя, как призрака, который терзал мой рассудок годами.
Ван Сик вошел в гостиную и тяжело выдохнул, с надеждой смотря на эту картину. Однако я опустил руку от лица девушки, тут же поднявшись с малышкой на руках.
— Поехали! Всё готово, — скомандовал, а мужчина понял всё без слов, просто пропустив меня вперёд, но бросив с некой долей отвращения мне в спину:
— Позвонить Энджеле и сообщить где мы?
— Нет, она итак будет это знать, потому что охрана уже оцепила дом, Ван Сик.
Арендованный номер оказался просторным, как и сама гостиница отличной. Чтобы войти в неё, пришлось заходить с черного входа и только после беседы с администратором. Женщина понимающе кивнула, но не узнала меня в глубоком капюшоне, что к лучшему. Я шёл по коридору, и с каждым шагом во мне росла уверенность — я сотру в порошок Джун Тэ, и мне плевать какие будут последствия от этого скандала!
Прямо сейчас я вообще еле сдерживался, чтобы взяв машину, приехать к этой твари и задушить голыми руками.
И Ми На тоже хорoша! Обман! Один херов обман на протяжении стoльких лет!
Пройдя в номер, ногой открыл дверь спальни, осмотревшись и найдя взглядом широкую постель. Сан Ми крепко держалась за мою куртку ручкой и продолжала спать, поэтому я отрегулировал свет на выключателе, чтобы не разбудить её.
— Она всегда... — невольно улыбнувшись, я прикоснулся к маленькой щечке, положив малышку на одеяла, —...спит так крепко?
— Всегда, — за спиной прозвучал тихий ответ, когда я наконец смог выпустить это чудо из рук.
— Я переодену её и уложу, — Ми На обошла меня по дуге, начав разбирать чемoдан, пока я не отрываясь смотрел на ребенка, а осознание этого факта становилось прочным и реальным.
Поэтому вернувшись в огромную гостиную, даже не посмотрел в сторону Ван Сика, который так и стоял у дверей в позе гвоздя.
Пройдя мимо двух кожаных диванов, я нажал кнопку на ставнях, чтобы раскрыть полотно на панорамных окнах и посмотреть, как над морем горит белый диск луны.
— Убирайся вон! — спокойно произнес, в понимании, что меня тошнит от его присутствия.
Наклонившись к бару, чтобы достать бутылку хоть какого-то спиртного, я наконец услышал его обозленный, но правдивый ответ:
— Она шесть лет жила, как в тюрьме, чтобы обезопасить твоего ребёнка! И это твоя любовь и благодарность?! Ты решил променять семью на иностранку без роду и племени, которая...
— Закрой пасть, иначе я эту бутылку затолкну тебе в глотку! Не смей, Ван Сик! — холодно отчеканил и откупорил пробку на бутылке.
Отыскав стакан, налил в него янтарной жидкости и выпил содержимое немедленно и залпом, скривившись, как от отравы.
— Ты действительно думаешь, что Энджела позволит тебе дальше находиться рядом с ней? Она сама...
— Она!! — я рыкнул и развернулся, смерив этого человека взглядом с ног и до головы, — Позволит! Потому что она уже дала возможность принимать решение мне, Ван Сик! Женщина, которая непримирима, упряма и своенравна, поверила в меня и в то, что я мужчина! Когда твоя сестра! — я скривился и с досадой плеснул себе еще пойла, от которого на утро я буду ходить, как труп, — Просто забыла об этом, будучи нежной и ранимой. Вселив в меня веру, что я могу её защитить, Ми На просто наплевала на моё мнение и поступила так, как решила сама! И знаешь что самое паршивое во всём этом?!
Я осушил новый стакан, с силой стряхнув остатки виски с него на пол, пока мужчина передо мной молчал, зная, что я прав.
— Самое паршивое, что я действительно любил Кан Ми Ну настолько, что готов был на всё! А она не просто сама сбежала...
— Ее вынудила Анна О! — парировал Сик, но я пропустил его слова мимо ушей, продолжив с холодом в голосе.
— Она еще и не посвятила меня в то, что у нас дочь на свет появилась! Поэтому... просто закрой рот, и молчи! Мне и без твоих высокопарных речей о праведности и самоотверженности тошно. Поэтому убирайся с глаз моих, и передай Уку, чтобы утром взял трейлер и приехал за нами.
— Им нельзя...
— Теперь я решаю, что можно, а что нет, Ван Сик! Если Ми На с этим не согласна, может собирать вещи и возвращаться в Шанхай, но ребёнка я не отдам. И ты сам понимаешь, если дойдёт до суда, она не увидит её никогда!
— Я сделаю всё, что ты скажешь... - тихий голос Ми На прозвучал от двери в боковую спальню, а я повернул голову, холодно усмехаясь.
— Слишком поздно ты вспомнила, что я был твоим мужчиной... — с горечью прошептал, стянув куртку и бросив её на диван.
Ван Сик осмотрел эту картину, и только следом ушел. Молча и не проронив ни единого слова, он вышел вон, оставив за собой только тошнотворный запах вранья!
— Иди к Сан Ми и ложись спать! Утром мы уезжаем в Сеул.
— Сай... — Ми На встала за моей
