могу, что будет, когда он узнает. Но предполагаю, что не обрадуется.
— А вдруг они снова наладят отношения? Если это было недопониманием, то почему нет, Насть? — подруга всплеснула руками и чуть не сбила стоящий рядом стакан.
— Ну, надеюсь так и будет. Кстати, как у тебя дела с Вадиком?
— Да все хорошо. Сегодня едем к его родителям, они там званый ужин устраивают.
— Здорово, я рада, что ты нашла свою половинку.
— А я-то как рада, он у меня и правда хороший. Твой тоже. Не, Насть, ты знаешь, я очень переживала, что ты совершишь ошибку, за которую потом будешь расплачиваться. Потому что когда ты понимаешь, что нашла своего человека, нужно не отталкивать его, а вцепиться в него руками, ногами, зубами, сердцем. Чем угодно, чтобы не упустить и не остаться в конце с разбитым сердцем. Так что дерзай, Настя, дерзай и ничего не бойся. Если Егор будет в бешенстве, ты одна не останешься. — Света сжала в знак поддержки кулачки, и я поняла, что в выборе друзей я точно не ошиблась.
Глава 28
Дэн не собирался уходить сегодня с пар. Но после того, как услышал о том, что Настя изменила свое решение, о том, что теперь по-настоящему с ним встречается, о том, что… Он не мог находиться с ней радом. Ему будто не хватало кислорода, грудь сжималась, и каждый вздох давался с трудом. Дэн вышел из здания университета и прислонился спиной к холодной стене. На территории практически никого не было, и он прикрыл глаза, прислушиваясь к своему дыханию.
— Дэн, Дэн, с тобой все хорошо? — перед ним стояла напуганная Катя и трясла его за плечо.
— Что ты тут делаешь? — он мягко убрал ее руку.
— На пары шла, вижу, ты тут стоишь, еле держишься. Может, в медпункт?
— Никуда мне не надо. — Он отодвинул ее в сторону и пошел к выходу.
— Подожди, я с тобой. — Несмотря на то что Катя старалась идти вровень с ним, Дэн всегда ходил быстрее, и она на своих высоких каблуках, хоть и устойчивых, старалась не отставать.
— Опоздаешь на пары.
— Я не хочу оставлять тебя одного. — Она чуть не запуталась в собственных ногах и рефлекторно схватилась за его руку. Дэн обернулся и, опустив взгляд на неудобную, по всей видимости, обувь, замедлил шаг.
— Спасибо, — сказала Катя, понимая, что хоть он и возмущался, но дал понять, что уходить ей вовсе не обязательно.
— Я ничего не делал.
— Ага, я знаю. — Дэн ухмыльнулся и продолжил идти.
— Зачем ты за мной пошла?
— Когда у человека разбито сердце, он не должен оставаться один. — Катя сказала это так, будто в этом не было ничего необычного.
— А почему ты думаешь, что оно разбито. Может, у меня просто в универе проблемы?
— Ты глаза свои видел? Они могут быть только у того, кто страдает от безответной любви.
— Говоришь как будто про себя.
Катя ничего не ответила.
— Прости, я, не подумав, ляпнул. — Он взял ее за руку, и они вместе шли по осенним тротуарам, усыпанные красноватыми листьями. — Не нужно было со мной идти. Если ты знаешь, насколько это может быть больно, зачем рвешь себе душу?
Она пожала плечами, снова не дав никакого ответа. Катя была человеком-солнцем, которое могло согреть других, но в небе оно было слишком одиноко, чтобы кто-то мог согреть его.
— А куда мы идем?
— Не знаю, просто куда глаза глядят.
— Хорошо.
— Ты всегда со всем соглашаешься?
— Нет, я тоже могу спорить и отстаивать свою точку зрения, но сейчас не вижу смысла это делать. — Катя по дороге останавливалась, чтобы собрать букет из самых красивых, по ее мнению, листочков. Дэну было приятно наблюдать за тем, как эта девушка могла находить прекрасное в самых обычных мелочах, мимо которых другие люди прошли бы и даже не заметили.
— А у тебя есть мечта, Дэн? — спросила Катя, но глядя не на него, а в небо.
— Да, стать партнером отца и помогать ему в бизнесе. Потом, наверное, семью завести, не знаю. А почему ты спросила?
— Просто у тебя такие глаза мечтательные были, вот и не удержалась. Но, думаю, в данный момент ты мечтаешь совсем о другом.
— И о чем же? — Дэн резко остановился, Катя даже сначала не поняла, что идет одна.
— Ты чего остановился? — она подошла к нему.
— Так о чем я мечтаю?
— Ни о чем, пойдем уже, — Катя хотела уйти, но Дэн остановил ее за руку и притянул к себе. — Ты это чего?
— Сказала «а», говори и «б», Кать. О чем я мечтаю? — его хватка не была сильной настолько, чтобы причинить боль, но и не была слабой, что она могла легко вырваться.
— Почему тебе это так важно?
— Просто скажи. Хочу услышать, действительно ли это так очевидно. — Катя мысленно металась, озвучивать ли ему то, что она увидела, или лучше не стоит? Но Дэну было бесполезно говорить неправду, он на нее все равно не поведется.
— Мне показалось, что ты все это время думал о… о… — она все никак не могла озвучить очевидное.
— Ну. Скажи мне, Кать, — его голос был спокойным, но твердым.
— Зачем?
— Просто. Хочу это услышать.
— Мне показалось, что ты все это время думал о Насте. Доволен? Думал о Насте, о том, чтобы сейчас она была с тобой, а не я. Я не знаю, что между вами произошло, но у тебя на лице все написано.
Дэн молчал. Его почему-то стало совестно, оттого что он заставил ее все это сказать. Он ведь знал, что эта девушка к нему испытывала, и все равно никак не мог остановиться. Будто ему самому было так больно, и он хотел, чтобы Катя, пережив этот выпад, стала сильнее настолько, насколько это может быть возможно.
— Извини, — тихо сказал он и отпустил руку. — Катя, я…
— Дэн, я пойду. — Такой серьезной он ее еще не видел. — Не вышла у нас прогулка, — в ее кармане зазвонил телефон.
Достав его из куртки, она слегка побледнела, когда взглянула на экран.
— Все хорошо? Катя? — голос его был настороженным.
— Алло, да, пап. Нет, я… Просто мне нужно было, — Катя не смогла договорить ни одну свою начатую фразу и теперь слушала, но глаза ее были стеклянными. — Поняла, скоро буду.
Она убрала телефон и уже собиралась уйти.
— Катя, что случилось? Я могу помочь?
— Нет, не можешь, Дэн. Пока.
Он смотрел ей вслед и понимал, что именно сейчас он хочет ее догнать и
