как Алли пару раз кончит, а потом еще пару часиков вздремнуть. Идеальное утро.
— Что значит — ты не спала? — напряженно спросила Алли. — Что ты сказала? Да ладно… Нет, бред какой-то! Это не он.
Она села, и я убрал руку.
— Нет, я позвоню ему через несколько часов. Да потому что не все встают в пять!
Ее спина напряглась.
— Нет, не надо так делать. Почему ты ему не сказала? Ладно. Буду дома к девяти.
Она нажала отбой и положила телефон на тумбочку. Я приоткрыл один глаз:
— Расскажешь, в чем дело?
Она смотрела на меня, распахнув глаза:
— Энн нашла оригинал свидетельства о рождении Джунипер.
Глава двадцать седьмая. Алли
Све4уЯрко: Она заслужила то, что получила.
На стене тикали часы. Я сидела в кресле в гостиной, листая «Инстаграм»[12], и лайкала посты Рейган и Харлоу о подготовке к летнему интенсиву.
Рада за них. А я провела утро, оседлав Хадсона. У меня было два потрясающих оргазма. На второй раз я кончила, глядя, как полностью потерял контроль он — само собой, после того как я заставила его умолять. По-моему, это засчитывается за кардиотренировку.
Энн сидела рядом с Кенной на диване напротив меня. Она вывернулась, чтобы смотреть в окно, и пальцами отбивала быстрый ритм по мягкой спинке.
Мы с Кенной переглянулись, а затем Кенна провела пальцем по айпаду.
— Энн, ты бы нашла еще какой-нибудь способ снять напряжение, а то уже я психую.
Пальцы Энн замерли, но она не отвела взгляда.
— Просто нервничаю.
— Мы так и поняли, — заметила я.
Я поджала ноги под себя и потянулась за бутылкой воды, чтобы Кенна не дергала меня по поводу водного баланса.
— Могли бы мне почитать, — предложила Энн.
— Хочешь послушать о новой малоинвазивной процедуре восстановления вращательной манжеты плеча? Дает хорошие результаты в клинической практике. — сказала Кенна. — Я как раз про нее и читаю.
— А я думала, ты не хирург.
Энн наконец перестала изображать претцель и встала на колени лицом к окну.
— Не хирург. Я бы предпочла вылечить пациента целиком и не допускать вмешательства извне. Но это не значит, что я ничего не читаю по хирургии. — Кенна свайпнула и многозначительно посмотрела на столик рядом со мной. — От того, что ты сидишь и смотришь на банан, никакой пользы не будет.
Я закатила глаза и быстро очистила фрукт.
— А ты что читаешь, Алли? — спросила Энн. — Что хорошего?
— Похоже, Кэндис обручилась.
Я с улыбкой повернула телефон так, чтобы они увидели фото брюнетки, демонстрирующей кольцо. Энн бросила взгляд через плечо, но тут же повернулась обратно, словно, если она не будет наблюдать лично, машина не приедет.
— Вот ты и вернулась в соцсети! Рада за Кэндис, — кивнула Кенна. — Джиллиан классная и невероятно талантливая. В прошлом месяце я заходила в ее новую галерею, там было полно народу.
— Художница? Хм… А я всегда думала, что Кэндис выйдет за кого-то из труппы, — сказала Энн.
— Слышу голос вашей матери, — с упреком сказала Кенна и посмотрела на меня. — Некоторые выбирают жить не только в студии и находят партнера, который даст им, за что держаться в жизни после балета.
— Не начинай.
Листая одной рукой, я откусила банан.
— Кенна права, — пробормотала Энн. — Ты же знаешь: говорят, танцор умирает дважды.
В первый раз — уходя со сцены, во второй — уходя из жизни.
— Хорошо, что ты нарушила свое правило встречаться только с танцорами, Алли, и я рада снова видеть твою улыбку…
— Но?
Я откусила еще и открыла приложение «Секондз».
Сестра откинулась на спинку дивана и положила подбородок на ладони.
— Я хочу тебя защитить и ничего с этим поделать не могу. Я знаю, ты говорила, что в тот вечер Хадсон пришел на «Жизель», и тем самым он, конечно, отчасти выбрался из ямы, которую сам себе вырыл, когда мы были детьми, но…
— Но ты никогда полностью ему не доверяла.
Ничего нового я не услышала. Я зашла в новый анонимный профиль «Секондз», открыла страницу «СестрыРуссо4» и вытаращилась. С тех пор как я в мае приехала в Хэйвен-Коув, прибавилось еще двести тысяч подписчиков, и сорок тысяч из них — за последние два дня. Оставалось надеяться, что видео перестало вируситься.
— Все принимают дерьмовые решения, пока лобная доля не разовьется, — вмешалась Кенна, избавив меня от необходимости спорить. — Он не смог смотреть на травмы Алли и слинял на сборы. Да, в восемнадцать лет он был незрелым придурком, но он не безнадежен. Он же не подстраивал аварию… — Кенна оторвала взгляд от планшета. — Не подстраивал же? Там не было отпечатков второго комплекта шин, например?
— Нет, во всем была виновата Лина. Никогда не соблюдала гребаный скоростной режим. — Энн вздохнула. — Как и любое другое правило, раз уж на то пошло.
— Там были только мы, — подтвердила я. — Это я помню.
Я поискала на странице «СестрыРуссо4» и кликнула на первое видео, убавив громкость, чтобы никто не услышал. Ролик начинался с того, что Ева сняла тайком, — там я объясняла, почему мне пока не дается гран-жете, как, впрочем, и остальные прыжки. Потом она смонтировала досадные ошибки, которые я допускала в те выходные, а затем ПуантЗападногоПобережья прокомментировала все это, разгуливая по балетному театру в Калифорнии. С субтитрами, так что свое унижение я могла оставить при себе.
— Итак, давайте разберемся в последней драме «Метрополитена». Знала ли Алессандра, что ее снимают? Вряд ли. И все же это не меняет того факта, что она явно застряла в самом начале реабилитации. А судя по тому, что я слышала в «Метрополитене», на гала-концерте она всем откровенно лгала, что готова вернуться осенью. Я считаю, это поднимает некоторые серьезные этические вопросы.
Банан утратил вкус. Неправда. Я не лгала.
Лицо автора видео исказилось от отвращения.
— Слушайте, «Метрополитен» прекрасно придержал бы для нее место, скажи она, что ей требуется больше времени на реабилитацию, — это же Алессандра Руссо. Но лгать собственной труппе о травмах, когда программу всего осеннего сезона разрабатывали специально для нее, — это просто… как-то это непорядочно, понимаете? После этого ни одна уважаемая труппа даже не посмотрит в ее сторону. Я уже говорила: она донельзя претенциозна и высокомерна, но когда-то она была одной из великих, а теперь я разочарована. И ведь она была всеобщим кумиром, на нее молились… Напишите в комментариях, что думаете!
Я не просила на меня молиться. Несмотря на приступ тошноты, я дожевала банан, потому что энергия все равно нужна. А потом
