Он наблюдает за моими действиями серьезным взглядом, а потом кладет ладонь на затылок и подталкивает к себе, целуя. Я снова чувствую это: жар его тела и пчелы в моём животе.
— Ты что, сбежать от меня собралась, Вишенка? — шепчет, водя носом по моей щеке. Я киваю, а потом отрицательно машу головой, прячу лицо, касаясь губами мужской шеи. Я не знаю ответа, потому что Марк даёт мне выбор. А я не хочу выбора, но и признаться ему не могу, — Что же за мысли занимают твой разум, сладкая? — проходится губами от скулы до щеки, — Ты сплошное искушение… — он отрывается от меня и глубоко вдыхает пару раз, — Дай свой телефон.
Передаю ему мобильник, и через пару минут нашу тишину пронзает звонок.
— Теперь не отвертишься, — притягивает, закусывая мочку уха, а после ещё раз целует мои губы. — А теперь иди. Иди, иначе я поднимусь в твою квартиру.
— Думаешь, я буду препятствовать тебе? — мой голос, охрипший и словно чужой.
— Не искушай судьбу, сладкая. — Проводит рукой по моей спине, прощаясь.
Я забираю чемодан, сумку и, не оборачиваясь, шествую к подъезду. Я знаю, что он смотрит. Чувствую. И больше не выдерживаю. Ставлю вещи, оборачиваюсь и бегу к нему. Марк сразу же подхватывает меня на руки и вгрызается в губы.
Возбуждение накатывает волнами, пчёлы беснуются, а мы не можем оторваться друг от друга. Но только что я решила, что он не войдет в мою квартиру сегодня. Хочу, чтобы он вернулся, поэтому поднимусь к себе одна. Знаю, что это плохая идея, но ничего не могу с собой поделать.
— Пожалуй, я воспользуюсь беспрепятственным проникновением в твою квартиру.
— Не искушай судьбу, сладкий, — чмокаю его в губы и ухожу, виляя задницей, которую не видно под курткой.
— Дьяволица, — доносится до меня. И надеюсь, это не воображение.
Интересно, а водителю понравилось кино?
Глава 12
Я просыпаюсь от звонка. Илья. Черт. И хоть я осознаю, что веду себя как страус, пряча голову в песок, желание принять вызов и разыгрывать радушие это знание не придаёт. Я хочу продлить чувство эйфории, которое нашла с Марком, поэтому сбрасываю звонок. Смелею.
Скажу, что спала и сбросила по инерции. Отметив, что на сердце кошки из-за этого не скребут, иду делать себе кофе.
Сегодня последний день каникул, так что сейчас релакс, а завтра универ.
Релакс выходит довольно-таки условным, потому что через пару часов в чате университетской группы в соц. сети вижу настоятельный совет старосты Кати повторить предмет финансовый аудит с припиской, что это не её личная прихоть. И это становится напоминанием, что отдых закончился. Участников беседы я видела лишь мельком, когда пару раз забегала в деканат по поводу академ. разницы.
Сессию, с отличием сданную в родном ВУЗе, легко тут защитали. Но это не значит, что родители покивают головой. Мне кровь из носа нужно будет подтверждать свои знания. Отцу хватит и одной четверки, чтобы не только голову мне оторвать, но и вернуть обратно в Чернигов. Поэтому вооружившись полученными в библиотеке книгами, чистой и прошлой тетрадями, я беру ноутбук и располагаюсь на своей маленькой, но уютной кухне. У нас пару первых месяцев занимали только лекции с несложным домашним заданием, практические были после. Тут, возможно, по-другому? Предмет я знаю довольно неплохо, все свои оценки заработала сама и честно, но, если преподаватель отнесется предвзято к моему переводу… М-да, эти полгода мне придётся изрядно попотеть, чтобы всех убедить в незаурядности моего мозга.
Повторение дисциплины -- дело не слишком уж увлекательное, но в моей ситуации просто необходимое. Собственная лень подбивает пойти поваляться под сериал, но здравомыслие удерживает, и я убеждаю себя в том, что моё завтра пройдет намного легче, если заставить мозги работать в направлении учебы сегодня, а не в первый же день в незнакомом месте. Особенно, если это подчеркнул преподаватель.
Где-то ближе к семи мне снова звонит Илья. На этот раз по скайпу. Мысли о проверке от себя отгоняю. Можно было бы решить, что я помешана на теме контроля, но собственным ушам пока доверяю, так что папиному прихвостню не ответить снова не могу:
— Привет, как ты? — говорю, как можно приветливее и поправляю волосы в попытке успокоиться.
— Вау, ты взяла трубку. Рад тебя видеть, Таисия. Правда, хотел для начала услышать утром, но ты не удостоила меня такой честью. — И сразу претензия.
Я знаю, что он папин прихвостень, но также знаю, что любит меня. Неужели это действительно такой грех — не перезвонить? И дело даже не в том, что я не перезвонила. Мы не виделись довольно долго, и первое, что он говорит мне — это не искреннее «я скучал» с улыбкой, а фыркающая фраза. Почему? Или правда, у всех так?
— Я спала, сбросила по инерции, а потом села за учебу. В группе посоветовали повторить предмет, — не хочу выяснять отношения. Я просто хочу закончить разговор.
— Ты должна сначала думать обо мне, а потом уже о предмете, — серьезно заявляет Илья, а у меня даже глаза распахиваются.
— Мой отец поспорил бы с тобой, — парирую, — Ты ведь знаешь уговор с родителями: учеба — наше все.
— Никак не могу понять зачем тебе учиться, если после замужества ты все-равно будешь заниматься детьми, — кривит он губы в пренебрежительном жесте.
— Рано или поздно я выйду из декрета и тогда пойду работать по профессии, — аккуратно вставляю свои мысли. Этот разговор — минное поле, а я на нём — сапёр.
— Прекрати, — фыркает за тем ноутбуком Илья, и как только камеру не оплевал, — а кто будет жрать готовить, шмотки стирать, обувь чистить да детей уму разуму учить?
— Домработница, — вспыхиваю я.
— А жена тогда на что? — уже вовсю веселиться Илья, явно считая меня отсталой недотепой.
—Жена для…, — не успокаиваюсь я, но договорить мне не дают.
— Прекрати, Тайка, — терпеть не могу это «Тайка» и он знает. — Жена нужна для комфорта. Приходишь домой, а там убрано, постирано, пахнет вкусно. Комфортно, короче. Вот для этого жена нужна.
— А муж тогда для чего нужен? — вздыхаю я, а спрашиваю чисто для праформы. Его ведь все-равно не переубедить.
— Муж деньги зарабатывает, детей наказывает и за женой следит, чтобы вела себя... нормально, короче себя вела! Запомни, Тайка, мужчина — единица, а женщина — ноль. Вот если единица стоит перед нулём, то это десятка, а если ноль перед единицей, то это ничего. Вот на своих родителей посмотри, идеально твой батя женился и живут люди по сей день. И всё устраивает. Он занимался работой и карьеру построил, потому что голову себе не ломал как там твоя мать и кто на неё косо — криво смотрит, в целях безопасности, конечно, а она не выкабенивалась и занималась тем, чем должна заниматься женщина — семьей. И все довольны. Вот мне такой вариант идеально подходит.
Следующие минут десять мы обсуждаем его каникулы, празднование Нового года и мою поездку с задержкой рейса. Но всё это время я не тут, а в том нашем разговоре.
Я-то думала, я осмелела — хохма. Нет уж, осмелел Илья, а это значит, что он знает что-то, чего не знаю я, потому что раньше такого откровения о моей реализации, точнее, её отсутствия, себе не позволял.
Да, он всегда был грубоватым, местами неотёсанным, но никогда ещё так пренебрежительно не распоряжался моим будущим. Он ведь и странный такой, властный, потому что любит меня… Так мама говорит… Постоянно… И я мирюсь с этой любовью… А что мне остается?
Когда он потребовал секс, я смирилась, потому что деваться было некуда, но план обдумывать начала уже тогда. Мой отец дал ему карт-бланш, и я об этом знала, однако перевод в Киевский ВУЗ и строгое отношение отца к учебе считала гарантией не только окончания университета, но и работы в будущем. Что бы я могла себя обеспечить в случае чего и вообще… Я думала, Илья знает и принимает эти, как мне казалось, если не мои, то отцовские условия. А я слишком много, оказывается, себе надумала!
