возможность быть со мной, что не имеет совершенно никакого смысла. Просто разовая связь. Не более того.
— Возьми себя в руки, — шепчу я под нос.
Вздыхая, я встаю с кровати и беру сменную одежду. Схватив пару спортивных штанов и футболку, я голышом иду в ванную, которая, к слову, размером не больше спальни, и закрываю дверь. Даже не смотря на тепло, исходящее от батарей на стенах, прохлада снаружи просачивается внутрь, охлаждая плитку на полу, отчего все мое тело покрывается мурашками. Включив душ, я регулирую температуру до тех пор, пока пространство не заполняют клубы пара, а затем встаю под обжигающие струи.
Не могу точно сказать, сколько времени пробыл в душе, пока скрип открывающейся двери не заставляет меня повернуться в сторону источника звука. Прищурившись, я пытаюсь разглядеть хоть что-то через запотевшее стекло.
Хантер стоит в комнате и его присутствие напрочь сбивает меня с толку…
— Что ты здесь делаешь? Мне казалось, ты ушел.
Дверь кабинки открывается, и он каким-то образом втискивает свое гигантское спортивное тело позади меня.
— Подвинься вперед. Я ужасно замерз.
Делая именно так, как он говорит, я оборачиваюсь через плечо и повторяю свой вопрос.
Он бросает на меня странный взгляд.
— Я выбежал за кофе и выпечкой. Разве ты не видел мою записку?
— Э-э, нет, — лепечу я, все еще пытаясь понять, почему Хантер залез ко мне в душевую кабину. Но гадать долго мне не приходится, потому что… он скользит руками по моим бедрам, и нежно целует в шею. Я чувствую спиной его твердеющий член, когда он протягивает руку вперед, хватая с полочки гель для душа.
— Не волнуйся, я позаимствовал твои ключи, чтобы не оставлять дверь открытой, — продолжает он, намыливая руки.
— Ты взял мои ключи, — тупо повторяю я, но отвлекаюсь, когда он проводит руками по моей коже. — И только что захватил душевую кабину.
— Именно. Нужен был кофеин и еще я проголодался. Подумал, что ты, возможно тоже, — он обхватывает мой член, который обеими руками за присутствие Хантера рядом. Одобрительно помычав, он поглаживает меня, и из моего горла вырывается стон. — А потом я увидел, что ты пошел в душ и подумал, что присоединиться к тебе будет отличной идеей. Боже, как же невероятно ты ощущаешься… — он продолжает медленно двигать рукой вверх-вниз по моей длине, заставляя забыть о том, что я вообще-то бешусь из-за того факта, что он всегда делает то, что хочет. Еще один стон срывается с губ, и Хантер стонет в ответ. — Мне нравятся звуки, которые ты издаешь. Кончишь для меня, Финн?
Позлюсь на него позже.
— Хантер... — дальнейшие слова застревают в горле, потому что свободную руку он кладет на мою задницу, дразня чувствительную кожу, но не проникая внутрь. Его прикосновения сводят с ума. Гортанные звуки вырываются из глубины груди, пока он продолжает мучать меня своими умелыми пальцами. Все тело движется в заданном Хантером ритме. Прежде чем меня накрывает порыв попросить его остановиться, яйца напрягаются. — Сейчас кончу, — бормочу я сквозь рваное дыхание.
Он шепчет проклятья и, усилив хватку, проталкивает кончик пальца внутрь меня. Легкий укол боли – все, чего мне не доставало, и, откинув голову назад к его груди, я кончаю.
— Так блядски горячо, — шепчет он мне в шею, пока я пытаюсь прийти в себя. И когда я поворачиваюсь, чтобы отплатить ему тем же, он отталкивает мои руки. — Чуть позже, позволь мне сначала вымыть тебя.
Позволить ему вымыть меня? Разве он обязан?
Я решаю не спрашивать, потому что солгу, если скажу, что мне не нравятся ощущения, когда он полностью сосредоточен на моем теле.
Как только он решает, что я достаточно чистый, то шлепает меня по заднице, и я дергаюсь от внезапной небольшой боли. У меня даже нет сил разозлиться, поэтому я поворачиваюсь и, прислонившись к стене, наблюдаю, как Хантер намыливает свое мускулистое тело. Я слишком устал, чтобы притворяться, что мне не хочется смотреть.
— Если не перестанешь пялиться, то снова возбудишься, и мы никогда отсюда не выйдем, — произносит он с улыбкой, от которой на щеках появляются ямочки.
Самоуверенный ублюдок.
Я закатываю глаза, и он выключает воду. У Хантера довольно длинные руки, поэтому ему достаточно просто потянуться, чтобы снять два полотенца с крючка рядом с кабинкой. Мы оба вытираемся, и я прохожу в свою комнату за одеждой, в то время как Хантер выходит из спальни на кухню в одном лишь полотенце, повязанном вокруг бедер.
Одевшись, я иду следом за ним и вижу, что он развалился на диване, скрестив лодыжки на черном кофейном столике. Там же стоит стаканчик с кофе, и Хантер как раз закидывает в рот большой кусочек чего-то похожего на черничный кекс.
— Ты сегодня устроил бойкот одежде? — спрашиваю я, взяв со стойки кофе и булочку. До сих пор не понимаю, почему он все еще ошивается здесь, ведь мы договаривались только на одну ночь.
— Моя одежда вся грязная, да и к тому же, что ты тут не видел, — отвечает он и тянется за пультом, включая телевизор, висящий над искусственным камином. Не так я представлял себе день после того, как пригласил его к себе. Хантер в курсе, как работают связи на одну ночь? Я решаю не спрашивать, потому что на самом деле не хочу слышать ответ.
Почему я еще не вышвырнул его за дверь?
Я усаживаюсь на противоположный конец дивана, но Хантеру, похоже, эта идея явно не по душе. Он тут же хватает меня за талию, притягивая вплотную к своей груди.
— Так-то лучше, — бормочет он с набитым кексом ртом.
— Что ты творишь? — спрашиваю я, потому что не уверен, смогу ли когда-нибудь понять мотивы его поступков.
— Ем и смотрю телевизор. На сегодня у меня нет никаких планов, поэтому я подумал, что провести день таким образом было бы не так уж и плохо, — отвечает он, сосредоточившись на поиске нужного канала, а я просто смотрю на него в замешательстве.
— Хочешь сказать, ты планируешь провести здесь весь день? — я реально не понимаю, что происходит.
Он качает головой и, наконец, поворачивает голову ко мне.
— Нет, нужно будет сбегать домой за сменной одеждой. А ты подумай, что хочешь на ужин, пока меня не будет.
