Одна клетка на двоих - Светлана Багрянцева

Плов оказался очень даже вкусным, но следуя своему правилу, Тимур вскинул на неё недовольное лицо и пробурчал:

— Ты сама-то это ела?

— Конечно, а что?

— Не досолила, я не привык есть преснятину, — строго промолвил Тимур.

Дания молча поставила перед ним солонку, затем налила чай и собралась уходить.

— А куда это ты собралась!? Ничего не хочешь мне объяснить!? — холодно бросил он ей в след, слегка повышая голос.

— А я что-то должна объяснять? — голос испуганно дрогнул.

— Конечно, расскажи-ка мне, милая жёнушка, как тебе в голову пришло, наябедничать моей матери?

— Я не ябедничала, она спросила, а я ответила. Просто я врать не умею! — возмутилась девушка.

— Смелая стала!? — Тимур поднялся со своего места и поравнялся с ней. Девушка доставала макушкой ему до плеча, поэтому, чтобы заглянуть ей в глаза, он поднял её голову, за подбородок.

— Я тебя поздравляю, родители ждут нас в гости послезавтра. Ах да, забыл, и внуков тоже ждут, — ехидно улыбнулся он, глядя ей прямо в глаза.

Дания задрожала, как лист на ветру.

— Если вы не хотите меня, так подайте тогда на развод, — тихо вымолвила она дрожащими губами.

— Я не могу подать на развод, за это можешь моего папочку поблагодарить. Он мне такой ультиматум поставил, что мне некуда деваться, — Тимур заметил, что по какой то причине она его очень боится и решил напугать ещё больше.

— И потом, кто сказал, что я тебя не хочу? — задал вопрос он, приближая свое лицо как будто хотел поцеловать.

Её глаза расширились от ужаса и она пискнула:

— Но я вас не хочу.

— Тогда подай на развод сама. Я буду не против.

Его губы почти касались её, а девушка стояла не шевелясь. Потом она как будто набравшись смелости резко толкнула мужчину в грудь. Тимур чуть не упал.

— Я тоже не могу подать на развод, — выпалила Дания и побежала прочь

— Стой, как это не можешь? А ну ка объясни? — он пошёл следом за ней.

— Я не буду об этом говорить! — крикнула девушка, закрывая дверь своей спальни.

«Блин, что она этим хотела сказать?» Тимур от злости стукнул кулаком по косяку её двери. Сейчас он злился не только на неё, но и на себя, потому что понял, он действительно хотел её поцеловать. «Мы как-будто заперты в одной клетке, властной рукой моего отца. Ну нет, я найду способ выйти из неё и поможет мне Ольга.»

Глава 8

Перед сном Дания всё же позвонила матери. Гулия сказала, что несколько раз пыталась сама позвонить, но муж запрещал. Девушка на все вопросы отвечала, что всё хорошо и у неё отличная жизнь.

— У тебя голос дрожит. Ты можешь попытаться обмануть других, но сердце матери не обманешь... — грустно произнесла женщина.

Дания попыталась возразить, сказав, что это от волнения и скуки по ней. В итоге спать легла девушка ещё больше взволнованная и долго не могла уснуть. Она прислушивалась к шорохам за дверью, боясь, что муж придёт и предъявит свои права. Но к счастью Тимур так и не появился.

Утром, как только прозвенел будильник, девушка встала и первым делом пошла в душ, затем принялась за приготовление завтрака. На сковороде жарились аппетитные оладьи, по маминому рецепту она добавила в тесто щепотку корицы. Настроение было приподнятым, вчера они со свекровью привезли столько всего, что теперь без проблем можно будет творить кулинарные шедевры.

Вкусные ароматы распространились по дому, будоража аппетит и мешая спать.

— Какого ляда так рано? — буркнул мужчина, ворочаясь на постели, он посмотрел на часы, восемь часов утра.

Обычно в выходные Тимур любил подольше поспать, но эта пигалица видимо решила его доконать. Он накрыл голову пледом и снова попытался уснуть, но во первых: под пледом стало душно, а во вторых: он с детства обожал запах корицы. Сетуя на несправедливости семейной жизни, Тимур поплёлся умываться. Сегодня к тому же заболела повреждённая нога и пришлось даже по дому передвигаться с тростью.

Дания услышала характерный стук и обернулась.

— Чего ты так рано? Сегодня выходной, могла бы и поспать. Я обычно встаю в девять, — проворчал муж, заходя на кухню.

— Я привыкла вставать рано. Отец нам спуску не давал. Говорил, что как только дашь слабину и тебе тут же на шею залезут.

— Строгий он у вас значит? — Тимур сел на стул и вытянул ногу вперёд: — Будь добра, в левом шкафчике упаковка таблеток, принеси и стакан воды налей. Нога беспокоит сегодня.

Дания быстро выполнила просьбу, затем поставила на стол оладьи и сметану.

— Приятного аппетита, — девушка собралась пройти мимо него в свою комнату, но её схватили за руку.

— Ты куда, а кофе?

— Хорошо, — она быстро высвободилась и снова подошла к плите.

— А сама почему не поешь?

— Спасибо, я уже ела.

— Вот значит как, не хочешь со мной за один стол садиться? Ну что-ж, пора пересмотреть правила твоего поведения в этом доме. С сегодняшнего дня обедать, завтракать и ужинать будешь вместе со мной, — строгим голосом произнёс мужчина.

— Хорошо, — обречённо вздохнула Дания.

— У тебя что других слов нет! — он посмотрел на неё исподлобья, а потом также хмуро буркнул: — Иди уже, не мозоль глаза.

В десять часов как обычно по субботам пришла убираться Ольга. Тимур открыл ей калитку и проводил в дом.

— Ого, пахнет чем-то вкусным! — удивилась женщина.

— Оладьи, хочешь, пойдём на кухню? — Тимур обнял её за талию и повел.

— Вкусно, ты научился готовить? — спросила Ольга, съев один оладушек.

— Как бы не так... — усмехнулся мужчина, расстёгивая её блузку.

Руки Тимура забрались под бюстгальтер, сминая её грудь. «Ни одна женщина не выдержит измены мужа на её глазах, тем более через пару дней после свадьбы. Она разозлиться и уйдет к родителям», — подумал мужчина, целуя шею любовницы. Они стояли напротив дверей, а через маленький коридор прямо напротив были двери комнаты, где жила его жена.

Дания услышала разговор и решила на всякий случай надев платок, выйти из комнаты. Она сделала пару шагов, по направлению к кухне и остановилась с круглыми от изумления глазами. Картина представшая её взору повергла девушку в шок. Прямо напротив стояла симпатичная женщина с короткой стрижкой, её блузка была расстегнута, а мужские руки бесстыже ласкали грудь.

— Оля, я хочу тебя прямо сейчас, пойдём в постель, пожалуйста, — простонал Тимур возбужденно.

Ольга открыла прикрытые от страсти веки и увидела застывшую, как статуя хрупкую девочку в платке.

— Тимур не при ребенке, — Ольга стала нервно