теперь новая вокалистка! – вскричала Вика, изо всех сил вцепившись в гриф гитары. – Уходи, Артем! Оставь меня!
– Вика…
– Я хочу остаться одна. Уходи!
Мне не оставалось ничего другого, как послушать ее. Едва я прикрыл дверь за собой, как раздался оглушительный треск, а затем крик, полный отчаяния. И снова треск. Я уже знал, что она делает. Боже, нет.
Я тут же распахнул дверь спальни и увидел, как Вика на грани срыва бьет гитарой по паркету. Она продолжала это делать снова и снова, пока от гитары не остались одни обломки. Я понимал, что в каждый удар девушка вкладывала всю скопившуюся боль и обиду. Жаль, хороший инструмент, но Вике, видимо, нужно было выпустить пар.
– Я не могу играть! – закричала она. – У меня не получается!
Я преодолел разделявшее нас пространство и порывисто обнял Вику, крепко прижимая к себе. Она задрожала в моих объятиях и тихо заплакала. Я принялся гладить ее по спине плавными движениями, мечтая забрать всю боль себе.
– Они сказали, что дальше без меня, – раздался надломленный голос Вики. – Эту песню будет петь другая девушка, похожая на меня. Так решил продюсер, а ребята его поддержали. Я им больше не нужна.
– А твой парень… Тим… Он… Где он? Почему он не рядом с тобой?
– Он бросил меня практически сразу, когда я была еще в больнице.
– Ублюдок, – процедил я сквозь зубы и почувствовал, как внутри меня что-то перевернулось.
У меня возникло двоякое ощущение. С одной стороны, мне хотелось убить этого труса за то, что он причинил Вике столько страданий, оставив одну в трудной ситуации, а с другой – я был рад, что его не было сейчас рядом с ней.
– Пусть катится, – раздался новый всхлип. – Я его уже давно не любила.
Она его не любила?! Давно?!
Эти слова ударили как гром среди ясного неба. Я замер, продолжая прижимать ее к себе, словно пытался защитить от всего мира. Неожиданное признание Вики принесло облегчение.
– Да, – прошептала она. – Оказывается, я уже долгое время думала, что люблю его, но на самом деле это была просто привычка. Из-за того, что мы играли в одной группе, он всегда был рядом, и я не представляла, что может быть иначе.
– Тогда, может быть, это и к лучшему, – сказал я, пряча внутри ураган эмоций. – Ты заслуживаешь счастья, Виктория. И если он не может дать тебе это, то, возможно, он не тот человек, который тебе нужен. Он даже не представляет, какое сокровище потерял.
– Спасибо, – пробормотала она и неловко отстранилась от меня. – Какое же я сокровище? Я никому такая не нужна.
Мне так хотелось привлечь Вику обратно к себе и сказать, как сильно она нужна мне и как я люблю ее. Что мои чувства к ней после трагедии ни на йоту не изменились, наоборот, даже стали сильнее. Я пытался бежать от любви, но теперь не хотел этого. Она нужна мне. А я… я нужен ей.
– Иди ко мне. – Набравшись решимости, я вновь обнял Вику и погладил по волосам. – Ты нужна мне. – Я озвучил свои мысли. Не хотел держать их в себе в тот момент, когда она чувствовала себя сломленной. – Ты нужна мне, – повторил я.
Вика
Ощущать тепло человеческого тела в мраке было подобно яркому свету.
Мне было так хорошо в объятиях Артема, и притяжение между нами казалось таким мощным, что я не могла ему сопротивляться. Я словно впала в приятный кратковременный транс. Его руки гладили меня по волосам. Эти прикосновения были нежными и заботливыми, и я ощутила, как напряжение покидает мое тело. Я оказалась в безопасности и комфорте и позволила себе наслаждаться моментом, чувствуя, как его рука скользит по моим волосам и плечам. Это было приятно, я не хотела, чтобы это заканчивалось.
– Ты сильная, Вика, – произнес он тихо.
– Нет, я не такая.
– Такая. Ты сильная, и я в это верю. Ты тоже должна верить в себя.
Я положила руку ему на грудь и ощутила, как под пальцами быстро бьется сердце. Артем был взволнован, как и я.
– Почему ты здесь?
– Твой отец попросил меня об этом.
– А на самом деле почему ты здесь?
– Потому что мы с тобой друзья, а друзья всегда поддерживают друг друга в тяжелых ситуациях.
Я вспомнила, как мы ну прямо совсем по-дружески целовались в клубе. Что же мы за друзья такие?!
– Значит, мне никак не избавиться от твоего назойливого общества? – спросила я, наконец неловко отстранившись от него. Хотела вложить порцию обычного ехидства, но прозвучало слишком серьезно.
– Никак, – подтвердил он.
– И ты будешь жить в этом доме?
– Да.
– И будешь моей нянькой?
– Я не хочу быть нянькой, – возразил Артем. – И не буду. У меня другая задача.
– Какая же?
– Стать лучом света в твоей темноте. Осветить твой путь. Не дать тебе потухнуть. Сейчас я вижу, что твой огонь погас. Но мы сделаем все, чтобы его возродить. И знаешь, с чего мы начнем?
– С чего же?
– Не поверишь, но начнем мы с обществознания!
– О чем ты? – удивилась Вика.
– О твоем обучении в университете. У нас с тобой одна специальность, и я помогу выучить материал, чтобы ты могла сдать зачеты.
Артем
Это было еще одной важной просьбой тренера, с которой он обратился ко мне. Узнав, что я учусь на том же факультете, пусть и не регулярно, он попросил помочь Вике подготовиться к предстоящим экзаменам. Она должна была продолжать жить, несмотря ни на что, и я был готов сделать все возможное, чтобы ее поддержать. Хотя я и сам с трудом сдавал экзамены, успевая лишь поверхностно освоить программу в перерывах между тренировками и матчами, сейчас у нас обоих было достаточно времени для подготовки, и мы могли бы разделить эту ответственность и готовиться к зачетам вместе.
Вике эта идея пришлась совсем не по нраву. Она и слышать не хотела ни про какой университет, тем более появляться там для сдачи зачетов.
– Сегодня я всего лишь озвучил план, – сказал я. – Так и быть, отложим изучение предмета до следующей недели, потому что сегодня у наших матч. Будет трансляция, мы с тобой ее не пропустим.
– Трансляция. – Вика горько усмехнулась. – Ты забыл, что я не смогу смотреть ее.
– А мы не будем смотреть. Мы будем слушать. – Я осторожно коснулся ее предплечья. – Иначе для чего комментаторы так стараются не упустить каждую мелочь.
Я заметил, как ее губы задрожали. Она хотела что-то сказать, но решила промолчать.
* * *
– Эх,
