они и не признаются. Это — мой дворец на воде, воплощение того, что я когда-то описывала Сиерре: белоснежные стены, безупречная элегантность, слияние традиций Востока и Запада.
— Готова?
Я поднимаю голову и замираю от удивления, когда в зал входят мои будущие братья.
Мой взгляд расширяется.
Мы с Лексом заранее подобрали цвета для церемонии, но они… они одеты в оттенок моего наряда. Бледно-желтый. Хотя должны были выбрать более насыщенный горчичный — знак принадлежности к его семье.
И тут я вижу, что они несут.
Доли.
Традиционные носилки для невесты. Белоснежные, усыпанные живыми цветами всевозможных оттенков желтого.
— Нам сказали, что честь нести невесту к жениху выпадает ее братьям, — ухмыляется Арес. — Так что… мы здесь.
Я чувствую, как глаза наполняются слезами.
Девочки тут же принимаются суетиться вокруг меня.
— Только не плачь, — просит Фэй, ее голос дрожит от эмоций.
— Даже не думай испортить макияж, — предостерегающе щурится Вэл, расправляя шлейф моего бордового свадебного лехенга, расшитого сложными цветочными узорами и усыпанного бриллиантами. Это еще один шедевр Рейвен. — Мы потратили часы на твое преображение, и если ты заставишь Лекса ждать еще дольше, боюсь, он сам придет за тобой.
Селеста понимающе кивает и ловит сорвавшуюся с моего подбородка слезинку. Мама и Сиерра тем временем отдают последние указания братьям. Я все еще не могу поверить, что это происходит. Это свадьба моей мечты. Я окружена любовью.
В глубине души я боялась, что повторное замужество будет казаться странным… ведь рядом не будет людей, которых я считаю своей семьей. Но я ошибалась. Они не оставят меня. Даже на несколько часов.
Мама бережно усаживает меня в доли, заботливо поправляет мой свадебный вуаль-дупатту. Ее глаза сияют от гордости. Этот день — ее мечта не меньше, чем моя. Я счастлива, что смогла подарить ей это: свадьбу, которая полностью соответствует ее традициям, такую, какой она всегда ее представляла.
— Мы пойдем вперед, — говорит мама, прекрасно зная, что ей следовало бы находиться рядом с отцом в зале церемонии. — Фэй будет играть для тебя на пианино, когда ты войдешь. Это будет красиво.
Я улыбаюсь, видя ее радость, вспоминая, какой тревожной она была в день нашей первой свадьбы.
— Я люблю тебя, мам, — говорю я, голос переполнен эмоциями.
Она нежно касается тыльной стороной пальцев моего виска и счастливо вздыхает.
— А я тебя, моя девочка.
Потом разворачивается и вместе с девочками уходит вперед.
— Мы готовы, когда ты будешь готова, малышка, — говорит Дион.
Я киваю.
Арес, Дион, Лука и Зейн берутся за носилки.
И вот… меня поднимают в воздух.
Я ахаю, а они лишь улыбаются, их глаза полны той же гордости, что я только что видела у мамы.
Мое сердце вот-вот разорвется от счастья.
— Мне не терпится увидеть лицо Лекса, когда он тебя увидит, — ухмыляется Лука. — Но, если честно, мне не меньше хочется посмотреть на тебя, когда ты увидишь его. Он чертовски хорош.
Я краснею, не в силах сдержаться, а Арес улыбается мне с такой теплотой… Эти мужчины. Они искренне счастливы за нас с Лексом. И все это до сих пор кажется мне сказкой. Сказкой, в которой мне посчастливилось назвать их своей семьей.
Все гости поднимаются со своих мест, и я широко улыбаюсь, когда вижу перед собой множество знакомых лиц. Адам и Халима, брат Вэл, Сайлас и Аланна, Лея и Адриан, Ария и Грейсон, Амара и Ноа, Арчер и Серенити… Их так много. Все, кого мы любим, собрались здесь, и мое сердце взлетает к небесам.
Сегодня — настоящий праздник любви. Не только между мной и Лексом, но и между всеми, кто пришел разделить этот день с нами. Я никогда не чувствовала себя такой благословенной, такой благодарной.
Братья опускают меня на землю с осторожностью и почтением.
Я поднимаю взгляд и вижу, как отец протягивает мне правую руку, в глазах стоят слезы. Он улыбается — так же, как чувствую себя я сейчас: ошеломленный нахлынувшими эмоциями, но счастливый. Он держит мою ладонь крепко, сжав чуть сильнее, чем обычно, когда ведет меня к алтарю — чудесному сооружению, сплетенному почти целиком из живых цветов. В центре пылает священный огонь.
Лекс встает, рядом с ним — священник, выбранный мамой.
Я смотрю на него широко раскрытыми глазами.
Он потрясающий.
Золотая и бордовая курта сидит на нем идеально, подчеркивая его силу и благородство. В животе порхают бешеные бабочки, когда я ловлю его взгляд — он смотрит на меня так, будто не верит, что это реально.
Во время нашей первой церемонии он выглядел завороженным. Но сейчас? Сейчас в его глазах то выражение, о котором я всегда мечтала.
Когда-то я спросила его, женился бы он на мне еще раз. И вот… Это именно тот момент, который я тогда представила.
Лекс протягивает мне руку. Отец всхлипывает, прежде чем накрыть мою ладонь его, передавая меня ему. Мама бережно проводит ладонью по его руке, когда он медлит, не желая отпускать.
Лекс уверенно встречает взгляд моего отца.
— Вы никогда ее не потеряете, — говорит он твердо. — Вы просто приобрели сына.
Я сжимаю губы, пытаясь сдержать слезы, и киваю отцу. Он обожает Лекса не меньше, чем меня, поэтому я думала, что сегодня ему будет легче, чем в первый раз. Но, похоже, отпустить меня второй раз оказалось не менее тяжело. Мама выливает воду на наши руки, и церемония начинается.
Лекс и я садимся рядом, и тут появляется Сиерра, ее руки дрожат, когда она связывает мою дупатту с его шарфом. Она тоже сдерживает слезы. Я сжимаю ее пальцы перед тем, как она отходит назад, становясь рядом со всеми, кто следит за каждым мгновением.
Лекс слушает каждое слово священника с предельной внимательностью. Я знаю — он уже изучил все наизусть. Но он все равно запоминает каждый ритуал, каждую деталь. Я же просто смотрю на него, не в силах оторваться, и думаю: чем же я заслужила такое счастье?
Он не перестает стараться. Каждый день он учится, растет, делает все, чтобы быть лучшим партнером. Но даже не понимает, что уже стал мужчиной моей мечты.
Под конец церемонии Лекс берет красную пудру — синдур — и поднимает руку к моему пробору. Над нами поднимают вуаль, на несколько секунд укрывая нас от чужих взглядов, давая нам мгновение уединения.
— Помнишь, как в первый раз, когда
