«Конечно, в качестве врача, я обязан строго оберегать вверенную мне тайну вашего состояния, пока оно не посягает на интересы других. Но если вы после моих объяснений все же не остановитесь перед тем, чтобы погубить навеки девушку, надеясь на то, что врачебная тайна обязывает меня молчать, то я принесу в жертву долг врача социальному долгу. И отныне я приму все меры, чтобы помешать осуществлению такого несчастного поступка».
Так, но никак не иначе, представляю я себе долг уважающего себя врача. Аналогичный случай имел у меня место с одним молодым чахоточным человеком. Высказав ему мое категорическое мнение в ответ на его намерение жениться, я получил довольно дерзкий ответ, но тут же, не смутившись, предупредил, что все меры будут мною приняты, чтобы помешать этому браку. Этот молодой человек в конце концов женился на другой, которая хотя и была предупреждена мною, но была им увлечена. Я, во всяком случае, сделал свое дело.
Таким же образом, я думаю, должен поступить всякий врач, имея дело с больными, у которых невылеченный хронический триппер, душевно-больными, склонными к конституциональным половым извращениям и т. д.
В прежние времена урнингов старались излечить при помощи женитьбы, так как считали гомосексуализм приобретенным пороком, и нет недостатка и теперь в таких ничего не смыслящих врачах, которые советуют это делать. Есть урнинги, имеющие даже детей, хотя они относятся с отвращением к той женщине, которая имела несчастье выйти за них замуж, и продолжают сношения с мужчинами. Функции жены и сводятся к обязанностям старшей прислуги, которая должна родить пару детей. Будучи посвященным в перспективу такого брака, врач, разумеется, обязан принять по отношению к урнингу такие же меры угрожающего характера, какие нами приведены были выше.
Могут иметь место еще и такие случаи, когда субъект чувствует лишь некоторые недостатки свои, при наличности которых все же хотел бы жениться. При таком положении дела, получив самое искреннее признание, врач должен сказать следующее: «Хорошо. Вы могли бы сочетаться браком при таких-то и таких-то обстоятельствах, ио во всем откровенно сознавшись вашей невесте (или жениху), так как в противном случае ваш брак, построенный на лжи, будет несчастным. Беру на себя поговорить с вашей невестой (или женихом)». Получая чаще разрешение на это, врач может сделать много добра и, во всяком случае, уменьшить количество несчастных браков. При этом для каждого частного случая может решаться вопрос относительно того, будет ли брак бездетным или нет.
Ко мне часто являлись одновременно жених с невестой с целью откровенно изложить те или иные обстоятельства и посоветоваться относительно возможности брака. При таких условиях, конечно, значительно легче ориентироваться врачу, и остается только пожелать, чтобы такой способ стал бы практиковаться как можно чаще.
Мы коснемся здесь еще вопроса об искусственном выкидыше, но лишь вкратце, так как о нем сказано было в главе XIII В (уголовное право). В этом случае врачу необходимо считаться с целым рядом обстоятельств. Он должен взвесить и социальную сторону дела, причем появление на свет ребенка не всегда должно им отстаиваться, даже если последнему суждено стать калекой. Во всяком случае, должны быть приняты во внимание не только интересы матери, но и плода. Сохранение жизни появившегося на свет калеки необходимо, но, поскольку это доступно, лучше не давать ему рождаться. Правда, что лишь после рождения возможно определять качество плода, но тогда уже жизнь даже самого уродливого младенца находится под прикрытием закона, и приходится делать все доступное.
Лечение половых болезней. В главе VIII мы уже сказали, что избежание венерических заражений будет единственным и наиболее верным средством их лечения. Но как же их избегнуть? Во-первых, не прибегать к услугам проституции; во-вторых, воздерживаться от алкоголя; в-третьих, соблюдать большую чистоту при половом акте и тотчас же после него (обмывание); в-четвертых, подвергнуть предварительному осмотру партнера; в-пятых, применять кондом (для избежания венерических заражений наиболее верным средством являются каучуковые кондомы, так как они легко могут быть промываемы и совершенно непроницаемы. Все же можно применять и цекальные кондомы, но не чаще, чем по одному разу каждый, опуская их в раствор сулемы); в-шестых, не целоваться с подозрительными индивидуумами; в-седьмых, прижигать иодом каждое возбудившее подозрение место (ссадины, пустулы и т. д.). Всякий мужчина, у которого крайняя плоть недостаточно открыта, должен удалить ее оперативным путем (операция удаления фимоза). Женщдны должны перед самым совершением полового акта или тотчас же после него делать себе впрыскивания, в случаях появившегося подозрения, из тепловатого раствора (1: 1000) сулемы. (Для проституток, которые ежедневно имеют сношения со многими, это может, при частом повторении, повлечь за собою опасные последствия). Крайняя плоть мужчины представляет собою место, где задерживаются ураты. Поэтому обрезанные значительно реже подвергаются заражению, чем необрезанные. Мочеиспускание после совершения полового акта служит также к промыванию мочевого канала.
Крайне важно также предупредить всех людей своевременно, в молодые годы о той опасности, которую может представить для них заражение венерическими болезнями.
Мнения относительно лечения и течения сифилиса чрезвычайно расходятся. Между тем как большинство врачей еще и в настоящее время преклоняется пред ртутью и преподносит ей, без сомнения, слишком много лавров, — другие порицают применение этого препарата, видя в нем непосредственную причину сухотки спинного мозга и паралича. Замечательно, что у культурных народов упомянутые следствия сифилиса особенно резко проявляются у старых сифилитиков, у арабов же, например, это не имеет места, но зато последние чаще страдают сифилисом костей и кожи. Не объясняется ли это потреблением у нас в большем количестве алкоголя, большей умственной работой или лечением ртутью? Я приписываю это скорее влиянию алкоголя. В новейшее время лечение сифилиса успешно производится и без применения ртути, причем противники ртути утверждают, что характер сифилиса у нас в течение последних лет несколько изменился.
Что касается меня, то я могу, на основании долголетней практики, противопоставить всем догматическим утверждениям следующее:
1. Ртуть, вполне возможно, дает очень хорошие результаты в начале лечения болезни; при длительном же протекании сифилиса ртуть больше уже непригодна и, наоборот, дает даже обратные результаты. При лечении, так называемого метасифилиса (паралич, сухотка или табес), ртуть действует непосредственно вредно, отягчая состояние болезни.
2. Кажущееся излечение первичного сифилиса при помощи ртути или без нее ни в каком случае не препятствует появлению такого метасифилиса (даже через 20 и более лет).
3. Встречаются хотя преждевременные формы собственно мозгового сифилиса (сифилитические опухоли и заболевание сосудов), но действительный паралич и действительная сухотка спинного мозга являются исключительно продуктом первичного сифилиса (метасифилис). Имеются и псевдо-параличи и псевдо-табесы — формы несифилитического происхождения. Но это другие, гораздо реже встречающиеся болезни, которые можно отличать от метасифилиса путем микроскопического исследования.
4. У невинной, целомудренной девушки (которая случайно заразилась сифилисом внеполовым путем) и у детей, не страдающих наследственным сифилисом, паралич мозга и сухотка спинного мозга никогда не встречаются.
Здесь не входит в наши виды особенно распространяться, так как мы имеем дело с вопросом исключительно медицинского характера, но примем во внимание лишь некоторые общие пункты. Мы видели уже в главе X, что стыд обусловливает неудовлетворительность лечения венерических больных. Поэтому необходимо наибольшее обеспечение тайны и уважение к чувству стыдливости в этом случае со стороны врача. Больницы должны быть специально с такой целью и приспособлены в смысле возможности лечиться в них, не называя своего имени и не давая никаких указаний относительно себя. Больные венерическими болезнями, особенно женщины, потому, главным образом, и избегают лечения, что опасаются, чтобы их не опознали. Конечно, потерявшая свой стыд особа нисколько не считается с таким положением и если и стремится избежать больницы, то лишь из опасения потерять свой заработок, но более порядочные люди (и особенно женщины), очутившись в таком ужасном положении, со страхом представляют себе перспективу совместного пребывания в специальных отделениях больниц в обществе погибших созданий, не считающихся ни с наличностью стыда, ни с условиями приличия. Если тайна лечения, независима от средств больного, будет достигнута и обеспечена, число скрывающих свою болезнь уменьшится до крайнего минимума, что отразится, без сомнения, сокращающе и на числе заражений.
