Ознакомительная версия. Доступно 22 страниц из 141
жены, Луизы Брайант. Через несколько лет Луиза стала женой Уильяма Буллита. Эта преемственность дала повод подозревать Буллита в левых симпатиях.
В знак протеста против игнорирования привезенной им дипломатической информации Буллит ушел в отставку, направив президенту резкое письмо. Длинный список адресованных ему обвинений начинался с того, что «Россия, которая для нас обоих была лакмусовой бумагой доброй воли, даже не была понята». Буллит был убежден, что в результате игнорирования Соединенными Штатами России и слишком тесного взаимопонимания с Францией условия Версальского мира окажутся несправедливыми. Германия будет подвергнута ненужному унижению, а Лига Наций станет беспомощной и не сможет предотвратить новую войну.
В отставке Буллит стал редактором голливудской студии «Paramount Pictures» (возможно, именно он связал с ней Эйзенштейна, который работал в Голливуде в 1929 г.), подолгу жил в Европе. Он дружит со Скоттом Фицджеральдом, встречается в Париже с Хемингуэем. Сбежавшие от скуки на родине и более всего от сухого закона в «Праздник, который всегда с тобой», американцы вели веселую жизнь в дешевой послевоенной Европе. От этой жизни остались знаменитые романы («Ночь нежна» Фицджеральда более всего подходит к нашему случаю) и заурядные истории болезни. У Луизы Брайант развивается алкоголизм.
В 1926 году выходит собственный роман Буллита «Это не сделано». Дело происходит в родной Филадельфии; молодой герой борется с косными привычками своей среды, вопреки всему женится на любимой женщине и под конец должен спасать сына от ареста по подозрению в комммунистической деятельности… Роман особого успеха, кажется, не имел. Но тут жизнь Буллита делает новый невероятный поворот, который привел в конце концов к книге, благодаря которой его имя было вписано в историю.
С 1925 года Буллит в анализе у Зигмунда Фрейда. Нам неизвестна причина, по которой поехал в Вену этот блестящий светский человек. Возможно, такой причиной был алкоголизм жены. Другу он рассказывал, что, будучи отличным наездником, однажды чуть не упал с лошади и понял, что им владеет бессознательное желание самоубийства. О ходе анализа известно, к сожалению, мало. Постепенно, как это бывало у Фрейда, пациент превратился в ученика и младшего друга.
В течение десяти с лишним лет Буллит регулярно ездил в Вену и обсуждал с Фрейдом разные проблемы, личные и политические, В конце 1930 года больной Фрейд писал Цвейгу в ответ на очередное предложение написать книгу о Ницше и воле к власти: «Я не могу написать желтую книгу, которую Вы от меня хотите. Я слишком мало знаю о влечении людей к власти, потому что я прожил свою жизнь как теоретик… На самом деле я бы не хотел писать больше ничего, и все же я снова пишу Предисловие к чему-то такому, что сделано кем-то другим. Я не должен говорить, что это. И Вы никогда об этом не догадаетесь». Это было предисловие к книге «Томас Вудро Вильсон. Американский президент. Психологическое исследование», которую Буллит опубликовал за двумя подписями, Фрейда и своей собственной; подпись Фрейда была, естественно, первой.
Фрейд работал в соавторстве крайне редко, а в зрелые годы почти никогда. К тому же это едва ли не единственное исследование Фрейда, посвященное политическому деятелю. Историки и психоаналитики до сих пор спорят о качестве этой работы и о мере участия в ней Фрейда. По словам Буллита, в 1930 году он посетил Фрейда в Берлине; тот был болен, мрачен и говорил, что не проживет долго, что смерть его всем будет безразлична, потому что он уже написал все, что хотел, и его мозг пуст. Буллит рассказал Фрейду о замысле своей книги, в которой он хотел объединить свои штудии о Клемансо, Орландо, Ллойд Джордже, Ленине и Вильсоне. Фрейд поразил Буллита предложением писать главу о Вильсоне вместе. «Он стал интересоваться Вильсоном, как только узнал, что они оба родились в 1856 году». Глава разрослась в книгу, которая была закончена в первом варианте в 1932 году, а потом несколько раз дорабатывалась. Окончательный текст был согласован и подписан (каждая глава обоими авторами) в 1938 году, но не мог выйти в свет при жизни вдовы Вильсона.
Из самой книги и истории ее написания ясно, что Буллит, хоть и не был профессионалом-психоаналитиком, разделял аналитические и в достаточной степени понимал философские взгляды Фрейда, чтобы быть готовым к диалогу с ним. «Он был евреем, который пришел к агностицизму. Я всегда был верующим христианином. Мы часто не соглашались друг с другом, но никогда не ссорились», – писал Буллит в своем предисловии к книге. Политические их пристрастия в сложнейший период между двумя войнами сходились практически полностью. Фрейд и Буллит писали, в частности, что «отказ Вильсона сосредоточить свое „одноколейное мышление“ на России в конце концов оказался самым важным решением, принятым им в Париже». Безусловно, в течение многих лет Буллит был для Фрейда одним из самых авторитетных, если не основным, источников информации о том, что происходит в России.
В 1933 году, после выборов нового президента, Буллит вошел в администрацию Рузвельта и очень скоро был направлен послом в СССР. Джордж Кеннан, бывший в те годы сотрудником Буллита, вспоминал о нем так: «Мы гордились им, и у нас никогда не было повода стыдиться за него… Буллит, каким мы знали его в Москве, был очаровательным, блестящим, хорошо образованным, наделенным фантазией светским человеком, который в интеллектуальном плане мог быть на равных с кем угодно. Он решительно отказывался разрешить жизни вокруг него выродиться в скуку и тупость. Все мы, жившие в его окружении, выигрывали от блеска его духа, от его стойкой уверенности, что жизнь при любых обстоятельствах является одухотворенной, интересной и движется вперед». Жизнь посольства в те годы Кеннан характеризовал как «одинокий бастион американской жизни в океане советской злой воли».
Близко знавший Буллита Хенри Уоллес, впоследствии вице-президент США, в своих неопубликованных воспоминаниях, хранящихся в Архиве устной истории Колумбийского университета, характеризовал его как «необыкновенно притягательную личность». Согласно характеристике Уоллеса, это был человек, который невероятно много путешествовал по свету, знал толк в изысканных развлечениях и остроумной беседе и вместе с тем отличался глубокими убеждениями и редкой откровенностью. «Он имел огромный запас разных анекдотических историй… о его контактах с многими знаменитыми людьми за границей». Американский финансист Джеймс Варбург устраивал вместе с Буллитом в 1933 году экономическую конференцию в Лондоне. Его впечатления были таковы: «Буллит настоящий озорник; он любит ставить сцены, в которых выражает негодование, равное которому я редко видел, и выходит из них, заливаясь хохотом… Его совершенно не беспокоит успех конференции; его вообще не беспокоит ничто экономическое. Он один из
Ознакомительная версия. Доступно 22 страниц из 141
