Валерий Гитин - Всемирная история без комплексов и стереотипов. Том 1

Или его английский коллега Уот Тайлер, заваривший кровавую кашу в 1381 году?

История не знает ни одного крестьянского восстания, которое бы увенчалось победой. Казалось бы, печальный французский опыт, за ним английский, немецкий и чешский способны подвести к определенным выводам относительно бесперспективности попыток бесплатного пользования землей, освобождения от налогов и т.д., однако этот опыт не остановил упорного стремления всегда учиться на собственных ошибках, вернее, не учиться, а попросту их повторять, не задумываясь о последствиях.

Конечно, восстание восстанию рознь, и там, где целью восстания бывает не попытка извращения естественного положения вещей, а восстановление именно такого порядка, то его результаты свидетельствуют о существовании вселенской справедливости, которая всегда восторжествует над хаосом.

КСТАТИ:

«Только слабые совершают преступления: сильному и счастливому они не нужны».

Вольтер

Таким было восстание ректора Пражского университета Яна Гуса (1371—1415 гг.) против беспредела, творимого в Чехии католическим духовенством, против его вопиющей коррупции, торговли индульгенциями, распущенности и т.д. Церковники сожгли его на костре, но вызванное Гусом движение всех слоев чешского населения если не изменило в корне сложившегося положения вещей, то, несомненно, привело к гармонизации общества. Церковь допустила великое множество тяжких ошибок, самой зловещей из которых было размежевание христианства в 1054 году. Учитывая последствия этого размежевания, которые не замедлили сказаться уже в эпоху Средневековья и продолжают сказываться по настоящее время, можно без колебаний назвать эту ошибку преступлением, причем с заранее обдуманным намерением.

Очень важно, чтобы наказание было абсолютно адекватно преступлению, без учета вероятной слабости преступника, иначе оно попросту не имеет смысла.

Думается, средневековый человек именно таким и воспринимал Божьи наказания за свои грехи, и когда на него сваливались вражеские нашествия, наводнения, землетрясения или эпидемии чумы, он не роптал, не проклинал злую судьбу и не искал козлов отпущения. Как правило, конечно. Дураки, они ведь в каждой эпохе — дураки…

Ю. Ш. фон Карольсфельд. Агнец открывает книгу

КСТАТИ:

«Дураков не куют, не отливают, они производятся сами».

Даниил Заточник

Но, по правде говоря, дураки в эпоху Средневековья играли гораздо более скромные роли, чем в другие, более демократичные времена, когда судьбы войны и мира решало большинство, значительная часть которого — не самые умные, мягко говоря…

Именно в Средние века, в эпоху жестко насаждаемого суеверия и агрессивного мракобесия, был заложен фундамент реформации духовной жизни, основа всех грядущих перемен в структуре человеческих отношений. Как сказано в Писании, в начале было слово…

А потом уже те, кто его произносили.

И прочие материальные реалии бытия.

Как бы там ни было, но Средние века символизируют движение от ночи к рассвету, а это направление представляется гораздо более заманчивым, чем обратное.

КСТАТИ:

«Когда нет радости, тогда надежда на будущую радость — тоже радость».

Уильям Шекспир

Правда, смотря, что именно считать радостью.

P.S. Английский король Иоанн Безземельный в 1215 году подписал Великую Хартию Вольностей, которая и по сей день заменяет Англии конституцию. И ничего, все нормально. Вот это прорыв в будущее! А то: конституция, конституция… Чушь все это, господа. Кто хочет работать, ищет возможности, а кто не хочет — предлоги…