необходима истории, и потому должна быть открыта![211]»
Единственный аспект проблемы, вызывающий у Брюсова неприятие, — это платоновская хронология: «Если бы у науки была твердая хронологическая база, если бы нам была известна хотя бы только та эпоха, к которой должно приурочивать «гибель Атлантиды», — мы уже могли бы придать имеющимся у нас фактам систематичность и многое, о чем теперь говорим лишь гада-тельно, обосновать с полною точностью. Напротив, одним из наибольших затруднений для того, чтобы принять влияние Атлантиды как исторический факт, остается невыясненность того времени, когда они могли иметь место. […] Атлантида отодвинута в доисторическое прошлое. Между ранней древностью и древностью атлантов зияет пропасть в несколько тысячелетий, которую необходимо заполнить, чтобы установить связь между двумя мирами»[212].
Брюсов полагал, что до тех пор, пока ученые не могут обследовать глубины Атлантического океана, они должны обратить свое внимание на западные берега Пиренейского полуострова, на юго-западное побережье Африки, на области Центральной Америки, в общем, на те страны, на которые, по его мнению, влияние атлантической цивилизации могло сказываться особенно сильно. Брюсов был настолько уверен в своей концепции, что накануне Первой мировой войны даже собирался ехать в Африку на поиски следов колоний атлантов. «В недрах земли, — пишет он, — ждут кирки исследователя разнообразнейшие произведения атлантских мастеров и ремесленников, конечно, расходившиеся по всей земле; дары, которые посылались атлантскими владыками дружественным царям, вещи, вывезенные купцами и любопытными путешественниками, какие-нибудь надписи, которыми атланты ознаменовывали свои заморские походы, даже, может быть, атлантские рукописи… Археологам предстоит искать всего этого с напряженнейшей энергией»[213].
Суть концепции Брюсова сводится к тому, что «в отдаленнейшую эпоху древности, которую пока мы еще не можем определить в цифрах», Аталантида — континент, расположенный в Атлантическом океане и населенный расой краснокожих людей, был «центром культурной жизни на земле». Но в шестом или пятом тысячелетии до н. э. в результате какого-то гигантского катаклизма Атлантида гибнет. Однако не исчезают семена ее культуры, посеянные среди народов, находившихся в подчинении у атлантов. На их основе расцветают цивилизации майя в Центральной Америке, египетская в долине Нила и эгейская в бассейне и на побережье Эгейского моря.
Брюсов (как потом и Н. Ф. Жиров) ни минуты не сомневался в том, что загадка Атлантиды будет раскрыта уже в самое ближайшее время. «Мы твердо верим, — искренне пишет он, — что история ныне стоит на дороге величайших открытий. Атлантида, эта «гипотеза» сегодняшнего дня, должна стать историческим фактом завтра»[214].
Но увы. Наступило не только завтра. Прошло уже более ста лет, с тех пор как были написаны эти слова. Глубины океана давно исследованы, а Атлантида так и не стала «историческим фактом», навсегда, по-видимому, оставшись «гипотезой вчерашнего дня».
Д. С. Мережковский
Фотопортрет работы М. П. Дмитриева.
Нижний Новгород, 1890–1900 гг.
Из послереволюционных работ об Атлантиде можно упомянуть вышедшее в 1930 г. историософское сочинение Дмитрия Сергеевича Мережковского (1865–1941) «Атлантида — Европа. Тайна Запада». Тема Атлантиды для русской иммиграции была неслучайной: для них трагическая гибель Российской империи — это вселенская катастрофа, а сама Россия — новая Атлантида. Мережковский пишет об Атлантиде не как о мифе, а как о предупреждении человечества о грядущей гибели. Это «вечное предупреждение человечеству, как сбывшийся однажды Апокалипсис»[215].
Н. Ф. Жиров
Музей Атлантиды им. Н. Ф. Жирова, Москва
Конечно же, наиболее ярким и заметным явлением среди не только отечественных, но и зарубежных публикаций, посвященных Атлантиде, стало исследование доктора химических наук Николая Феодосьевича Жирова (1903–1970) «Атлантида: основные проблемы атлантологии», опубликованное в 1964 г.[216] Этот труд заслуживает всяческой похвалы. Его автор собрал такое количество материала по Атлантиде, которое до него не удавалось собрать никому. Жиров выступил не просто как апологет существования Атлантиды: он объявил атлантологию особой научной дисциплиной и ввел понятие научная атлантология, дистанцировав таким образом развиваемое им направление от различных теософских концепций и фантастических домыслов. Книга Жирова до сих пор не имеет себе равных по охвату фактического материала самого различного характера и по-прежнему считается настольной для тех, «кто всюду ищет Атлантиду». Учитывая значение концепции Жирова и роль его исследования для последующих поколений апологетов платоновской легенды, мы уделили ниже отдельное внимание разбору положений, выдвинутых ученым.
В 1983 г. в журнале «Морской флот» была напечатана статья «Геракловы столпы Атлантиды»[217]. Ее автор — океанолог Вячеслав Владимирович Орлёнок — полагает, что Геракловыми столпами следует считать не гибралтарские скалы, а те, что находятся в Тунисском проливе. Ссылаясь на Эратосфена, исследователь обращает внимание на то, что во времена Троянской войны Тунисский пролив был несудоходен, причиной чему был более низкий уровень воды в Средиземном море; поэтому западная и восточная части последнего были изолированы. Из этого следует, что флот атлантов мог действовать только в восточном Средиземноморье, и значит, Атлантида могла находиться только в его пределах. Орлёнок помещает легендарный остров в Эгейское море. Согласно его гипотезе, 3,5 тыс. лет назад на месте Кикладского архипелага существовал единый массив суши. Однако в результате извержения Санторинского вулкана он частично ушел под воду, образовав в ходе последующего подъема уровня воды в море архипелаг. Невозможность судоходства в этом районе, отмечаемая Платоном, объясняется многометровым слоем вулканического пепла.
Вряд ли есть смысл всерьез рассуждать о «волне атлантомании», захлестнувшей российское общество в нынешнем столетии[218], тем не менее, можно со всей уверенностью сказать, что интерес к Атлантиде в нашей стране не угас, несмотря на все произошедшие в ней социально-политические изменения (а может быть, и благодаря им). За десятилетия, минувшие с момента выхода книги Н. Ф. Жирова, изучение проблематики Атлантиды не прекратилось: выдвигались различные гипотезы, воплощавшиеся в многочисленных публикациях различного объема и научной значимости. Но все эти труды по-прежнему были плодом творчества отдельных энтузиастов, а большой комплексный труд, на появление которого рассчитывал Жиров и который придал бы атлантологии статус научной дисциплины, так и не увидел свет.
Зато в России образовалась особая организация, занимающаяся поисками Атлантиды или поисками доказательств ее существования и гибели. Изначально это был «Московский клуб тайн», оформившийся 1990-х гг. Президентом «Клуба» был избран писатель-фантаст, журналист Владимир Иванович Щербаков (19382004), а вице-президентом — член Союза журналистов Москвы Александр Александрович Воронин (1954–2012). Клуб занимался не только Атлантидой, но и другими мифическими цивилизациями, чье существование не признается исторической наукой. С 1999 по 2002 г. клуб выпускал свой печатный орган — альманах «Атлантида: проблемы, поиски, гипотезы», в котором публиковались исследования атлантологического характера[219].
16 июня
