Буквально через два дня после письма Ленина Каменеву 28 сентября 1922 г. Раковский, находившийся тогда на отдыхе в Крыму, пишет большое письмо Сталину, где излагает свои замечания по проекту резолюции о взаимоотношениях РСФСР с независимыми республиками, отмечая в нем неясности и противоречия. Прежде всего, он коснулся подчинения российским правительственным органам правительственных органов других республик. Он прямо писал о необходимости поставить на прочные начала отношения РСФСР с независимыми республиками. Эту необходимость он видел в проявлениях новой экономической политики, освободившей мелкобуржуазную капиталистическую стихию, стремящуюся к захватам, вообще характерным для капитализма. Это привело к борьбе за захват предприятий между центральными и местными органами. В этой связи усилилась необходимость урегулирования отношений между центром и местами с целью более правильного распределения всех благ страны между трудовыми массами всей федерации.
Второй довод Раковского в пользу необходимого урегулирования – это международное положение. В момент, вступления в политические и хозяйственные отношения с капиталистическим миром, необходимо большее, чем когда-либо единство руководства. И третий, заключался, по его мнению, в необходимости доведения до конца строительства советской государственной формы и прекращения составления коротких схематических договоров, часто пересматриваемых и даже отменяемых. Далее Раковский переходит к критике Резолюции, принятой комиссией, которая, по его мнению, тоже будет нуждаться, причем в ближайшее время, в новом пересмотре.
По мнению Раковского проект не выработал правильных принципов построения действительной федерации.
«Его проведение, – писал далее Раковский, – т. е. формальное упразднение независимых республик, явится источником затруднений как за границей, так и внутри федерации. Он умаляет революционно-освободительную роль пролетарской России». По Раковскому эта новая политика по отношению к республикам будет рассматриваться как нэп, перенесенный в область национальных отношений и это при заметном обострении национальных чувств, в условиях, когда сам пролетариат поддался общей мелкобуржуазной стихии. Эта новая политика, как считал Раковский, ударит и по планам хозяйственного возрождения, поскольку и так хозяйственная инициатива независимых республик чрезвычайно сужена.
В международном плане, если резолюция будет проведена в жизнь, по мнению Раковского, она сможет только укрепить противников Советской власти из буржуазного и соглашательского лагерей. Наличие восточных независимых советских республик предоставляет возможность революционного проникновения на Восток. «Посредством независимой Советской Украины – Советская федерация имела возможность совершать такое же революционное проникновение в Галицию, Буковину, Бессарабию. Без всякой серьезной надобности мы сами себя лишаем этого оружия и наоборот даем польской и румынской буржуазии новое оружие для борьбы с нами и усиления своей национальной политики. Причем, продолжал дальше Раковский, «по отношению к Украине Польша выступит в роли защитницы ее независимости, признанной Рижским договором».
По мнению Раковского все эти возникающие затруднения во взаимоотношениях между советскими республиками можно было бы устранить соответствующими изменениями в их конституции. И заключая свое обширное письмо, Раковский подчеркивал: «Самый главный вопрос остается – вопрос о выработке строго централизованной, но федеральной системы управления, в которой правильно были бы защищены интересы республики и последние пользовались бы определенной автономией». Раковский считал заключение комиссии неокончательным и предлагал вопрос поставить снова и разрешить во всем его объеме в соответствии с постановлениями партийных съездов.[238] На следующий день, 29 сентября Раковский посылает из Гурзуфа и письмо Мануильскому, подчеркивая свое несогласие с решением комиссии по взаимоотношениям РСФСР с независимыми республиками. Он усматривает в ее решении вред для укрепления партии и Советской власти на всех окраинах и, в случае, если Политбюро ЦК КП (б) У разделяет его точку зрения, считал целесообразным, чтобы Петровский и Фрунзе выехав в Москву, отстаивали эту точку зрения.[239]
Раковский, таким образом, не был противником централизма, он его явно осознавал, но никак не мог поддержать ликвидацию формальной независимости советских республик, выдвигая основания как внутреннего, так и внешнего порядка. Он, видимо, еще не знал предложений Ленина, но их мнения сошлись, прежде всего, в вопросе непризнания плана автономизации.
В разработке проекта будущего устройства страны принял участие и ряд других руководящих партийных и советских работников. Представляет в этом отношение интерес и записка председателя ВЦИК М. И. Калинина посланная И. В. Сталину в самом начале октября 1922 г. Эта записка также содержала ряд поправок, но уже к другому, более позднему проекту. Примечательно, что в этой записке Калинин, обращаясь к Сталину, прямо писал: «В Вашем проекте совершенно нарушен демократический принцип, своими поправками я стремлюсь его восстановить. Надеюсь, что Вы как наркомнац меня поддержите». И далее «всероссийский староста» вносит несколько поправок, которые, по его мнению, помогут уменьшить расходы на новые аппараты власти и, вообще, как он там писал, они ближе соответствуют духу Советской власти. Но Калинин дал поправки уже к другому проекту, где были учтены замечания Ленина.
Этот новый проект резолюции тоже датируется периодом начала октября, точнее до 6 октября и уже в первом его пункте было записано: «Признать необходимым заключение договора между Украиной, Белоруссией, Федерацией Закавказских Республик и РСФСР об объединении их в „Союз Социалистических Советских Республик“ с оставлением за каждой из них права свободного выхода из состава „Союза“. Это был первый и важнейших пункт проекта постановления комиссии, предложившей, таким образом, и новое название будущего государства – Союз Социалистических Советских республик. Далее следовали предложения по организации государственных органов, в соответствии с которыми часть комиссариатов подлежала союзному подчинению, а часть республиканскому. Высшим органом Союза предложено было считать Союзный ЦИК, куда предлагалось включить представителей ЦИКов РСФСР, Закавказской федерации, Украины и Белоруссии пропорционально представляемого ими населения. Исполнительным органом Союзного ЦИКа предлагалось считать Союзный Совнарком, назначаемый Союзным ЦИКом. Проект этой резолюции подписали члены комиссии ЦК Сталин, Орджоникизде, Мясников, Молотов.[240]
6 октября 1922 г. Пленум ЦК РКП (б), который проходил с 5 по 8 октября, утвердил доклад комиссии «по вопросу о взаимоотношениях между РСФСР и независимыми республиками» с незначительной поправкой и постановил его считать как директиву ЦК. Ленин по состоянию здоровья участвовал лишь на его заседаниях 5 октября, 6-го, когда обсуждался вопрос о создании союза республик он не присутствовал. С целью выработки соответствующего советского законопроекта на основе директивы Пленума и последующего его проведения через съезд Советов, но с предварительным внесением его на утверждение ЦК, было решено создать новую комиссию. В нее делегировали И. В. Сталина, Л. Б. Каменева, Г. Л. Пятакова, А. И. Рыкова, Г. В. Чичерина, М. И. Калинина и представителей Украины, Грузии, Азербайджана, Армении и Белоруссии. На эту же комиссию была возложена задача подготовки и проведения соответствующих постановлений через ЦИКи независимых республик. Членами комиссии от указанных республик стали: от Украины – Х. Г. Раковский, от Белоруссии – АГ. Червяков, от Азербайджана – М. Д. Гусейнов и от Грузии – М. Г. Цхакая. Кроме того, в состав комиссии были включены от ВЦИК Т. В. Сапронов и А. С. Енукидзе, а также народный комиссар юстиции РСФСР – Д. И. Курский.[241]
В тот же самый день, 6 октября 1922 г. Пленум ЦК РКП (б) принял и специальное постановление «О взаимоотношениях РСФСР с независимыми Советскими Социалистическими Республиками». Это постановление дословно повторило проект резолюции комиссии начала октября того же года.[242] В целом же, решение Пленума имело решающее значение, поскольку он подтвердил принципы нового государства, заложенные Лениным. После решения Пленума стало ясным, что назад уже дороги нет. Республики по-прежнему назывались независимыми, и взаимоотношения между ними надлежало построить на основах равноправия. Однако тогда же, 6 октября В. ИЛенин, который из-за нездоровья не мог присутствовать на заседаниях Пленума, пишет краткую, но чрезвычайно содержательную записку Л. Б. Каменеву. Дословно там писалось следующее:
