реально произошедшем событии и не могут быть использованы для его реконструкции. Например, в мифе о Талосе видят не просто плод фантазии, а образное изображение извержения вулкана, погубившего крито-минойскую цивилизацию. Но подобное заключение невозможно было бы сделать, если бы археологи не обнаружили следы произошедшего катаклизма. Лишь после этого фигура Талоса в глазах ученых оказалась наиболее подходящим воплощением воспоминания, которое (по их мнению) древние должны были сохранить о вулкане Тиры. Только вот представляется сомнительным, чтобы Платон мог прийти к аналогичному выводу в связи с отсутствием какого-либо отражения данного события в коллективной памяти эллинов.
Весьма характерный пример искажения фактов в процессе устной передачи дает нам греческая историческая[274] традиция, связанная с Троянской войной. В архиве хеттских царей, найденном во время раскопок в Хаттусе, были обнаружены несколько писем, адресованных царю Муватталису (ок. 1306–1282 г. до н. э.). В одном из них Алаксандус (Alakšanduš), правитель города Вилусы (Wiluša), просит помощи в борьбе с другими претендентами на власть. Алаксандус получил от хеттов помощь и признал себя вассалом хеттского царя[275]. В названии «Вилуcа» (Вилусия) легко угадывается искаженное (В)илиос или (В)илион — второе название гомеровской Трои, а в имени Алаксандус — Александр — второе имя Париса. Эти параллели представляются тем более очевидными, что среди богов Вилусы присутствует Аппалиунас, которого ассоциируют с Аполлоном, выступавшем в «Илиаде» в качестве покровителя и защитника Трои[276].
В документах дворцового архива, кроме того, было обнаружено также название Труиса (Троиса, Тарувиса, Тарвиса). Этот город (или область) входил в состав страны Ассува[277], занимавшей, как предполагается, северо-западную часть Малой Азии. Труису можно было бы смело связать с гомеровской Троей, однако рядом с этим топонимом в хеттском документе стоит Вилусия. Таким образом получается, что Троя-Илион в действительности была двумя разными городами (областями), расположенными в непосредственной близости друг от друга[278].
В хеттских документах встречается также еще одно знаковое название — Аххиява, которое носит сильное государство, состоявшее с хеттами в очень непростых отношениях. В этом названии видят указание на греков-ахейцев, и «Аххиява», по всей видимости, следует понимать как «Страна ахейцев». Точное местоположения Аххиявы неизвестно. Вероятно, где-то по соседству с Хеттской державой. Большинство ученых считает, что Аххиява располагалась либо в Малой Азии, либо на одном из островов Эгейского моря[279].
События, отраженные в хеттском архиве, происходили совсем недавно (ок. 1300 г. до н. э.) по сравнению с теми, о которых повествует Платон. Хеттское царство — одна из великих держав той эпохи, которая не только боролась с Египтом за первенство на Ближнем Востоке, но и была для ахейцев ближайшим соседом. И какие тайные знания сохранили эллины об этом государстве? Есть ли в их сказаниях и мифах намек на его существование, который позволил бы современному исследователю уверенно указать на него как на отголосок информации, сохраненной устной традицией? Уже Гомер ничего не знал о Хеттском государстве, и лишь отдельные названия и имена указывают на (предполагаемую) связь «Илиады» с реальной историей. А во времена Платона греки считали, что Троя входила в состав Ассирийской державы[280].
А что вообще знали греки о том периоде, который они называли «героическим веком» и события которого не были зафиксированы ни одним синхронным письменным источником? Общая хронологическая шкала истории этого времени была хорошо известна эллинам. Но их знания основывались на поэмах Гомера, различных циклах мифов, а также местных преданиях и легендах. Эти источники не дают целостной картины, весьма трудны для интерпретации, а крупицы реального в них растворяются без остатка в океане вымысла[281].
Эллинам практически ничего не было известно о собственном прошлом, а о многих других народах, которые жили по соседству с ними, они не сохранили никаких воспоминаний. Они не имели никакого представления не только о Хеттском царстве, но и о других ближневосточных государствах. Все, что они знали о царствах Месопотамии, — это смутные представления о былом величии Ассирии и Вавилона. О прошлом Лидии, Финикии или Египта греки не знали почти ничего до того момента, как познакомились с «Историей» Геродота. А ведь все эти страны находились не за Геракловыми столпами и если исчезли с политической карты, то не за 9000 лет до встречи Солона с саисскими священниками.
Обманутые надежды
Атлантида дала простор воображению и породила самые разнообразные гипотезы. Их защитники и хулители не прекращают вести сражения друг с другом. И вряд ли когда-либо в этом ожесточенном споре будет поставлена окончательная точка, поскольку главная проблема любой из гипотез об Атлантиде состоит в том, что какую бы из них мы ни стали рассматривать, проверить ее невозможно… За исключением тех, которые отводят Атлантиде место там, где ей и полагалось быть по мысли Платона — в Атлантическом океане. Здесь все представляется не таким уж сложным, и в принципе, чтобы доказать, что атлантическая Атлантида — это выдумка, не потребовалось ни тщательного исследования океанского дна, ни наблюдений за миграцией угрей или установления времени возникновения Гольфстрима.
Мы уже отмечали, что «страна гадиритов», находившаяся на Пиренейском полуострове, изначально входила в состав Атлантиды как государства. Именно здесь исследователи, которые призывают во всем доверять Платону, должны были бы начать поиски развалин сказочных городов. По крайней мере, чисто теоретически шансов у них для этого гораздо больше, чем найти что-то на дне океана. Именно здесь могла быть переписана история человечества, а атлантология приобрела бы статус научной дисциплины. Тот, кому посчастливилось бы открыть на территории «страны гадиритов» следы древней неизвестной цивилизации, получил бы признание не меньшее, чем Шлиман или Эванс. Но увы, А. Шультен, как было сказано выше, не нашел ни Тартесс, ни тем более каких-либо указаний на атлантского царя Гадира. Отсутствие руин городов и других следов деятельности атлантов там, где таковые должны быть (согласно нашему первоисточнику), — это важный повод усомниться в историчности атлантической Атлантиды. Но может быть, Шультен искал не в тех слоях, и ему следовало бы копнуть поглубже? Впрочем, вряд ли ученый такого масштаба мог допустить, что некое государство существовало уже в Х тыс. до н. э. Так что шансы еще есть, и те, кто верит Платону, могут попробовать[282].
Второй повод для сомнений напрашивается сам собой: погружение под воду большого острова за одни сутки — явление с геологической точки зрения невозможное. Понимая это, Жиров растягивает гибель Атлантиды на несколько тысячелетий, но это ничего не объясняет: случалось, что обширные участки суши или целые острова уходили под воду, но такое происходило
