и Бухарией, откуда привозимы были также индийские товары. В то же время англичане, соревнуя счастливым открытием португальцев и преемников их голландцев в Восточной Индии, искали дороги в Китай и Индию чрез Ледовитое море и, пристав случайно к Никольскому монастырю при западном устье Двины, познакомились с Россией. Не упуская из виду главного предмета своего, они немедленно предложили царю Ивану Васильевичу, чтобы позволено им было производить торги чрез Россию с Бухарией, в той надежде, не откроют ли искомой дороги в Индию и Китай. Не только сие им позволено, но даны многие преимущества и между прочим право торговать беспошлинно, учреждать конторы и продавать товары оптом, где заблагорассудят, по удобности. По свидетельству Гайклута, тогда производились в России довольно важные торги с Бухарией, и ничто не было так обыкновенно, как принимать послов из Бухарин и опять туда посылать. Английский купец Дженкинсон, получив от царя Ивана Васильевича верющие грамоты к тамошним князьям и владельцам, отправился в 1558 году в виде российского посланника из Астрахани чрез Каспийское море в Мангишлак и оттуда сухопутно в Бухарию. Но опасение от киргизцев, трудность караванного путешествия и возвышение цен на товары, от дороговизны пошлин, подарков и других издержек, отвратили англичан от сей торговли. Они устремили виды свои на персидские торги вообще, и особенно на провинцию Ширванскую, по сопредельности оной с Каспийским морем, равно как в рассуждении знатности торгов, бывших тогда в главном ширванском городе Шемахе. В 1562 году тот же Дженкинсон отправился из Астрахани чрез Каспийское море к берегам Ширванским и оттуда сухим путем в Персию, чрез Ширван, Шемаху, Джеват, Ардевиль, Тавриз в Казбин, где находился тогда шах Тахмас. Шах отвергнул предложение их торговать с Персией беспосредственно; однако намерение их не вовсе осталось безуспешным: ибо ширванский Абдула-хан дал англичанам позволение торговать в земле его беспошлинно и отправил с Дженкинсоном посланника от себя к царю Ивану Васильевичу.
С того времени до 1572 года еще предприняты были англичанами четыре экспедиции чрез Каспийское море в Ширван и Казбин, где, наконец, получили они не только позволение торговать со всей Персией, но и жалованную грамоту о невзимании с них пошлин. Разбои на Волге и по Каспийскому морю были тогда дело обыкновенное. Казаки напали на судно, на коем находились английские факторы Дукет и Плумтре, и отняли у них судно со всем грузом, ценой от 30 до 40 тысяч фунтов стерлингов, который, однако, отыскан был астраханским воеводой и возвращен был англичанам. Со всем тем англичане получили знатную прибыль от торгов с Ширваном посредством беспошлинного провоза товаров чрез Россию. Они имели четыре конторы и магазины для складки товаров в Холмогорах, в Вологде, в Ярославле и главнейшую свою факторию в Москве, где выстроен был для них каменный дом под названием Посольский двор, который потом превращен был в типографию по указу царя Алексея Михайловича, негодовавшего на англичан за убиение короля их Карла I. Вымененные в Шемахе и в других персидских городах товары отправлялись из Астрахани Волгой до Ярославля, откуда развозились в прочие конторы, а остальные товары за продажей в России отпускались морем в Англию из Архангельска. Главные затруднения состояли в плавании по Волге и по Каспийскому морю, по причине морских разбойников.
Сей страх и отчасти неудовольствие царя Ивана Васильевича на английскую нацию, что не удалось ему сочетаться браком с Марией Гастингос, мнимой племянницей королевы Елисаветы, приостановили на несколько лет предприимчивость английской купеческой кампании, называемой российской. К тому же могли присовокупиться и другие основательнейшие причины неудовольствия по жалобам российских купцов, что англичане, вместо оптового торга, продавали товары мелочью по городам, равно как и по известиям, якобы англичане, торгующие в Дерпте, доброжелательствуют шведам, с коими Россия была в войне. Между тем послано было войско для истребления казацких скопищ, от поражения коих воспоследовало, по неожиданному случаю, завоевание Сибири. По восстановлении безопасности от разбоев, английский купец Христофор Бурруг предпринял в 1580 году новую и последнюю езду в Ширван, которая провинция занята была тогда турками, равно как Дербент и Баку. Встретившиеся в сей езде разные неудачи и несчастные приключения отвратили англичан от плавания по Каспийскому морю. О возобновлении оного предлагал английский посланник Фома Смит в 1604 году царю Борису Федоровичу Годунову; но по тогдашним обстоятельствам сие дело оставлено до удобнейшего случая. Посольское отправление кавалера Роберта Ширлея, которое, по объявлению Ганвая, было в 1626 году к шаху Аббасу Великому, сюда, кажется, не принадлежит, потому что тогда виды англичан клонились более к торгам по Персидскому заливу.
Между тем российские торги за Каспийское море с Персией, и наипаче с Ширваном, ежегодно умножались и были бы гораздо знатнее, если бы казаки не пресекали столь часто водяного и сухопутного сообщения. В сей общей беде российские купцы имели пред иностранными то важное преимущество, что горные черкесы находились тогда с двором российским в дружественных сношениях, каковые паче утвердились брачным союзом царя Ивана Васильевича с черкасской княжной Марией Темрюковной. Личные связи с черкесами доставляли им возможность пользоваться сухопутным сообщением чрез Дагестан, чего не могли делать чужеземцы, не подвергая себя явной опасности быть ограбленными. К тому же способствовали учиненные в царствование царя Федора Ивановича завоевания в Дагестане и построение крепости на реке Сунже, в Ендери, Тарку и на реке Койсу. Но в скором времени, в 1604 году, неудачными предприятиями царя Бориса Федоровича Годунова, крепости сии были уничтожены, и за оным последовали внутренние в России беспокойствия, продолжавшиеся до восшествия на престол царя Михаила Федоровича. Коль скоро возникла тишина, сей мудрый государь не укоснил прекратить грабительства казаков, обеспечить водяное и сухопутное сообщение с Астраханью и возобновить дружественные с Персией сношения, которые продолжаемы были со времен царя Федора Ивановича взаимными посольствами. И поелику торговля была главным предметом оных, в 1622 году заключен с шахом Аббасом I торговый трактат, силой коего утверждены россиянами некоторые преимущества относительно свободного отправления торговли.
Прилично здесь упомянуть о великолепном посольстве, отправленном под начальством Олеария из города Гамбурга чрез Россию в Персию от имени герцога Голстинского. Оно было в Шемахе в 1636 году.
Олеарий умалчивает о настоящих видах сего посольства; однако по некоторым догадкам Шардена заключить должно, что намерение было сделать подрыв голландской Ост-Индской компании вывозом всего персидского шелка чрез Россию в Гамбург. Достоверно то, что российскому двору обещано было платить ежегодно по 6 000 000 талеров за позволение торговать с Персией, и что Брюгеман, один из посланников, подавший мысль к столь малоосновательному предприятию, по
