подвале хранятся художественные ценности. Таким он увидел хранилище в 1939 году:
Комната «Е» была тускло освещенной и душно-горячей. Поскольку не было стеллажей для подвески картин, они бессистемными группами были прислонены к бетонным стенам. Комната была слишком маленькой, и самые большие картины, все еще не распакованные, тянулись вдоль подвального коридора.
Только в 1967 году в университете провели первое серьезное обследование состояния икон. Их почистили и отреставрировали. В 1970 году открылся университетский музей, и собрание Дэвиса обрело свой дом54. Вскоре вышел и первый каталог иконного собрания музея. Самого Дэвиса уже не было в живых. В настоящее время (осень 2022 года) десять икон из подаренных Дэвисом, включая триптих из собрания Боткина, а также иконы «Сошествие во ад», предположительно из фондов Новодевичьего монастыря, «Сошествие во ад» из Вознесенского монастыря Московского Кремля, «Рождество Христово» в басменном окладе, «Богоявление/Крещение» и «Сошествие Св. Духа» из праздничного чина, выданного на продажу из ГТГ, входят в постоянную экспозицию музея.
Практически все иконы, которые при продаже Дэвису считались работами XV–XVII веков, в Музее Чейзен расстались со своими датировками и в настоящее время представлены как работы XIX – начала ХX века. Триптих из собрания Боткина является единственным исключением. Сотрудники музея считают его работой XVI века. К столь резкой переатрибуции большинства икон из коллекции Дэвиса следует относиться с осторожностью.
Прежде всего следует сказать, что переатрибуция была сделана в 1983 году по следам книги Тетерятникова «Иконы и фальшивки» и под сильным влиянием скандала, который она вызвала. Тетерятников публично заявлял, что готовит новую книгу, где собирался объявить коллекцию Дэвиса собранием подделок. Кроме того, в Музее Чейзен не было и нет экспертов по иконописи. В 1983 году экспертизу проводил реставратор Мэнуэл Теодор (Manuel Theodore) из Walters Art Gallery в Балтиморе. По заявлению сотрудников Музея Чейзен, главной причиной изменения датировки стали результаты анализа пигментов. Однако Мэнуэл Теодор не был экспертом в области иконописи. Откуда именно он брал образцы пигментов, из авторского слоя или более поздних записей, неизвестно. Специальных публикаций по исследованию «иконного материала» – живописи и дерева – на Западе в то время не было. В начале 1980‐х годов западные специалисты, проводившие экспертизу, признавались в том, что брали образцы пигментов не из авторского слоя, а из более поздних записей, то ли по причине незнания специфики бытования икон, то ли потому, что не могли точно разделить слои живописи. Поэтому результаты их анализа могли показать наличие в живописи пигментов, производство которых началось в более позднее время.
Недавние публикации не только оспаривают датировки икон Дэвиса, принятые в Музее Чейзен, но и свидетельствуют о значительном расхождении мнений, объективной сложности атрибуции икон и крайней субъективности суждений. В этом отношении показательна история атрибуции четырех икон из праздничного чина, который был передан из Третьяковской галереи в «Антиквариат» в 1935 году (прилож. 3 № 16, 17, 24, 26). Согласно акту выдачи, работники ГТГ датировали эти иконы XVI веком. В наши дни в Музее Чейзен все они представлены как новодел конца XIX – начала ХX века, выполненный в стиле XVI века. Согласно атрибуции Музея Чейзен, речь не идет о том, что более ранняя авторская живопись подверглась поздним записям и реставрации: сотрудники музея считают, что иконы были полностью написаны на рубеже XIX–XX веков. Вместе с тем в книге «Проданные сокровища России», опубликованной в 2000 году, икона «Распятие» из этого праздничного чина представлена как произведение первой половины XVII века, икона «Крещение» из того же чина – как работа XVII века, а икона «Сошествие Св. Духа», происходящая из того же праздничного чина, вообще считается работой XV века. В отличие от сотрудников Музея Чейзен авторы соответствующего раздела книги «Проданные сокровища России» говорят не о новоделе, а об антикварной реставрации, которую прошли эти иконы.
Аналогичная ситуация и с датировкой икон из собрания Дэвиса «Богоматерь» и «Св. Иоанн Предтеча», происходящих из одного деисусного чина. Этикетка Мосторга, сохранившаяся на обороте одной из этих икон, свидетельствует, что их продавали как произведения XVI–XVII веков. В наши дни в Музее Чейзен иконы считаются работами XIX века, выполненными в стиле XVI века. Но в книге «Проданные сокровища России» читаем, что эти иконы «созданы в Иконной палате Московского Кремля (будущей Оружейной), где в XVII веке работали лучшие русские иконописцы».
То же издание оспаривает и датировку иконы «Св. Иоанн Златоуст». «Антиквариат» продал эту икону Дэвису как произведение XVI–XVII веков, в Музее Чейзен ее считают работой XIX века в стиле XVI века, а авторы книги «Проданные сокровища России» датируют концом XVII века. То же и с атрибуцией иконы «Сошествие во ад» из Вознесенского монастыря Московского Кремля. В Музее Чейзен она представлена как работа конца XIX – начала ХX века, выполненная в стиле конца XVI века, а в книге «Проданные сокровища России» считается произведением конца XVI века. Подобное расхождение суждений – новодел или старая икона, искаженная антикварной реставрацией, – существует и по поводу икон из собрания Дэвиса «Рождество Христово» и «Богоматерь Знамение».
Следует также упомянуть, что иконы «Св. Иоанн Златоуст» и «Св. Василий Кесарийский», доставшиеся жене Дэвиса, которые относятся к тому же деисусному чину, что и икона «Св. Георгий, епископ Митиленский» из собрания Дэвиса, на современном сайте Музея Хиллвуд представлены как работы XVI века, тогда как в Музее Чейзен икона «Св. Георгий, епископ Митиленский» считается произведением середины XIX – начала XX века в стиле XVI века. Напомню, что все три иконы вместе прошли одним и тем же маршрутом – ГИМ, Третьяковская галерея, «Антиквариат». В инвентарной книге ГИМ они датированы XV веком.
Если согласиться с современными датировками Музея Чейзен, которые были приняты в начале 1980‐х годов в атмосфере скандальных разоблачений Тетерятникова при ограниченности знаний и несовершенстве методов анализа иконной живописи на Западе, то следует признать, что практически все иконы Дэвиса являются произведениями XIX–XX веков либо как новоделы, имитирующие древние века, либо как полностью переписанные старые иконы, либо как собственно образцы иконописи XIX–XX веков. Если же серьезно относиться к тем датировкам, с которыми иконы Дэвиса покинули Исторический музей и Третьяковскую галерею, а также учитывать мнение авторов книги «Проданные сокровища России», то следует признать, что многие иконы из коллекции Дэвиса действительно относились к XV–XVII векам, но, попав в «Антиквариат» в процессе подготовки к продаже, подверглись антикварной реставрации, которая исказила их облик. Для окончательного заключения необходима независимая экспертиза икон в Музее Чейзен современными средствами лабораторного и искусствоведческого анализа.
Часть 6.
