Надо сказать, что Филипп извлек уроки из своих неудач, отказавшись от тяжёлых, неповоротливых кораблей в пользу более лёгких судов, оснащённых дальнобойными орудиями. Он построил новую гордость своего флота – двенадцать огромных галеонов под названием «Двенадцать Апостолов», оказавшихся намного эффективнее предыдущих. Через два года испанцы разгромили английских пиратов в Атлантическом океане и в течение 1590-х годов привезли в Испанию в три раза больше серебра, чем в предыдущее десятилетие.
Король Филипп не сдавался, по-прежнему веря, что Бог на его стороне, и продолжал войну с Англией до самой смерти. Несмотря на ухудшающееся здоровье (он страдал от малярийной лихорадки, подагры и артрита), он собирался отправить к берегам Англии еще одну Армаду. В апреле 1596 года испанцы захватили французский порт Кале, который находился всего в 20 милях от берегов Англии, а потому был идеальным местом для создания военно-морской базы. Французскому протестантскому королю Генриху IV Наварскому, также воевавшему с Филиппом, срочно понадобилась помощь, и он поставил Елизавете ультиматум – либо она ему поможет, либо он подпишет мирный договор с Испанией. А этого никак допустить было нельзя! И хотя Елизавета считала Францию своим вечным врагом, она все же предпочитала видеть Кале в руках французов, чем испанцев.
В результате был создан Тройной Союз между Англией, Францией и Республикой Объединенных Нидерландов, которые тоже конфликтовали с Испанией много лет. По этому договору Нидерланды отправили во Францию 4 тысячи солдат, а Елизавета – 2 тысячи. Правда, Генрих IV вскоре нарушил договор и за спиной своих союзников начал тайные переговоры с Испанией, которые через два года завершились подписанием мира.
А пока в испанском порту Кадиз Филипп собирал новую Армаду, англичане следовали своей обычной тактике – они собирались нанести превентивный удар и уничтожить испанские корабли еще до того, как те успеют покинуть порт. Но время было не совсем подходящее – английский флот находился в Вест-Индии, и Елизавете не хватало кораблей. И тогда она обратилась за помощью к своему голландскому союзнику – государственному деятелю Йохану ван Олденбарневелту, который для постройки нового флота послал в Англию военного адмирала. Также были усилены патрули в Ламанше и Северном Море, и введен запрет на продажу зерна в Испанию.
И вот совместный англо-голландский флот, состоящий из 120 кораблей, отправился в порт Кадиз, чтобы в очередной раз уничтожить Армаду в их собственном порту. Командующим экспедицией был назначен Роберт Деверё, граф Эссекс, давно уже рвавшийся себя проявить, а финансистом и организатором – Роберт Сесил, которого в день отправления Елизавета также сделала своим первым секретарем. Новое поколение очутилось у руля!
Воскресным утром 20 июня 1596 года, английские и голландские корабли напали на порт Кадиз, уничтожили почти весь испанский военный флот и оставили город на разграбление. И хотя испанцев застали совершенно врасплох, они успели отправить на дно гавани корабли с награбленными в Новом Свете сокровищами. Испания опять, в который раз, была унижена, а ее планы завоевания Англии отложены практически навсегда.
Как и во времена разгрома предыдущей Армады, Англия торжествовала и праздновала триумф, а граф Эссекс стал национальным героем, новым идолом, которого даже стали сравнивать с Юлием Цезарем. Во время благодарственного молебна в кафедральном соборе Святого Пола проповедник восхвалял Эссекса до небес, и прихожане встретили его слова бурными аплодисментами, что явилось для Елизаветы неожиданным и тревожным предзнаменованием. В этой войне могла быть только одна «Глориана» – она сама! Народная популярность была фундаментом всей елизаветинской монархии, и ее никак нельзя было разделять с подданными. Тем более с мужчиной, которого она сама возвысила. В связи с этим, она тут же запретила все празднования по поводу взятия Кадиза.
Более мудрый человек, будучи на месте Эссекса, постарался бы успокоить королеву и заверить ее, что она единственная «Глориана» во всей вселенной. Но его амбиции и тщеславие взяли верх, и вместо того, чтобы уйти в тень, он начал вести себя довольно вызывающе. Он даже заказал гравировку своего изображения в стиле римского императора, что могло рассматриваться как прямое притязание на королевскую власть. Мало того, Эссекс взял за привычку возражать королеве каждый раз, когда она чествовала одного из своих придворных. А когда она отказала ему в прошении начать еще одну экспедицию в Испанию, он зашел еще дальше и начал собирать народную поддержку.
Конфликт между Елизаветой и Эссексом достиг своей кульминации, когда при дворе обсуждалась кандидатура лорда-представителя в Ирландии. Елизавета презрительно отбросила все доводы графа, который мечтал получить эту должность, и когда тот в знак протеста осмелился встать к ней спиной, она в раздражении ударила его ладонью по уху. В ответ граф с горячей поспешностью выхватил меч из ножен. Нужно напомнить, что за посягательство на кого-либо в пределах двора обычно отрубали правую руку, а посягательство на королеву могло означать только одно – государственную измену. Но перед тем, как могло случиться непоправимое, между ними встал лорд Адмирал. Графу ничего не оставалось делать, как покинуть двор и отправиться в свой загородный дом, оставив Елизавету в глубоких размышлениях по поводу того, как она могла создать у себя под боком такого монстра…
9-летняя война с Ирландией
Вскоре в англо-испанскую войну включилась и Ирландия. Хотя остров был частью Британского королевства, Елизавете пришлось столкнуться с крайне враждебными католиками, игнорировавшими королевскую власть и участвовавшими в заговорах с ее врагами. Они давно уже возмущались оккупацией их страны протестантской Англией, но каждый раз королевские войска жестоко подавляли их восстания, используя тактику выжженной земли и убивая мужчин, женщин и детей. Например, во время восстания в Мунстере в 1582 году погибло от голодомора около 30 тысяч ирландцев. И хотя Елизавета давала указания своим командующим, чтобы они хорошо обращались с «этой грубой и варварской нацией», но когда насилие и кровопролитие признавались необходимой мерой, она не проявляла ни капли сожаления. Ее политика в этом королевстве сводилась к тому, чтобы дарить земли своим придворным и мешать повстанцам предоставить Испании военные базы для нападения на Англию.
Но когда в 1594 году короли независимых ольстерских королевств Тирона (Хью О'Нил) и Тирконнелла (Ред Хью О'Доннелл) восстали против английских оккупационных войск, началась настоящая война, получившая название «девятилетней войны». Вначале, правда, Хью О'Нил был на стороне англичан – в надежде получить должность лорда-президента Ольстера. Но Елизавета не доверяла ему – он мог узурпировать власть и стать слишком независимым, и поэтому назначила на эту должность маршала английской армии в Ирландии Генри Багенала. Тогда Хью О'Нил решил присоединиться к остальным ольстерским лордам, и в 1595 году они подняли открытое восстание, атаковав английский форт на реке Блэкуотер. Параллельно лорды заручились поддержкой испанского короля Филиппа II, написав ему письмо с предложением быть его вассалами, на что тот с готовностью ответил согласием.
Чтобы отомстить за разгром Кадиза, Филипп приказал помочь ирландским повстанцам в борьбе против английской короны и немедленно нанести контрудар. Открывая второй фронт, он надеялся, что английскому командованию придется перебросить часть войск из Франции и Нидерландов, тем самым ослабив там свои позиции. Но главным событием на этом этапе была вторая испанская Армада, целью которой была очередная попытка завоевать Англию или Ирландию.
Армада, на этот раз под командованием конкистадора Мартина де Падилья, была отправлена в октябре 1596 года из портов Лиссабона, Виго и Севильи. Но даже родные испанские берега мешали грандиозным планам Филиппа! Возле мыса Кинистерре корабли опять попали в сильный шторм, который разбросал их в разные стороны и нанес огромный ущерб – 38 утерянных кораблей и 5 тысяч погибших моряков. Остатки флота вернулись домой, и ирландская экспедиция была отложена на неопределенное время. Эти материальные и финансовые потери окончательно добили Испанское королевство. Филиппу больше нечем было покрывать кредиты, и той осенью он объявил третье по счету банкротство своей страны.
Но даже несмотря на это, он не оставил планы завоевания Англии или Ирландии, и потому занял деньги из своих итальянских вкладов. Осенью следующего, 1597 года, к английским берегам была отправлена третья Армада. И опять шторм! Только нескольким кораблям удалось добраться до английских берегов и даже высадить войска в Корнуолле и Уэльсе. Но этого было далеко не достаточно, чтобы завоевать Англию, и главнокомандующий Мартин де Падилья приказал вернуться кораблям в Испанию.
