Немецкий социолог и философ Юрген Хабермас в работе «К реконструкции исторического материализма» (1976) выделяет в развитии человечества четыре стадии: 1) неолитические общества, 2) ранние культуры, 3) развитые культуры и 4) современные общества.
Известный английский философ, социолог и этнолог Эрнест Геллнер (1925 — 1995) в книге «Нации и национализм» (русск. перевод: М., 1991), выделил в истории человечества три основные стадии: 1) доаграрную, когда люди жили охотой и собирательством, 2) аграрную, и 3) индустриальную. Характеризуя аграрные общества, он подчеркивает, что если не все из них, то большинство было облачено в государственную форму. Таким образом, говоря об аграрных обществах, он имеет в виду в основном лишь цивилизованные.169 Геллнер Э. Нации и национализм. М., 1991. С. 31.
2.8.4. Концепции индустриального общества
Если новые эволюционисты из числа этнологов, говоря о развитии человеческого общества в целом, практически более или менее детально рассматривали лишь первобытное и предклассовое общества и в какой-то степени раннее классовое, то совершенно противоположным был подход создателей концепций вначале индустриального, а затем постиндустриального общества. Они тоже говорил об истории человечества в целом, но в центре внимания создателей концепции индустриального общества было не столько прошлое, сколько настоящее, в центре же внимания творцов концепции постиндустриального — не столько даже настоящее, сколько будущее.
Первым концепцию индустриального общества выдвинул французский ученый Жан Фурастье (1907—1990) в книге «Великая надежда XX века» (1949). В истории человечества он выделил две основные стадии: период традиционного общества (от неолита до 1750—1800 гг.) и период индустриального общества (от 1750—1800 гг. до настоящего времени). Термин «традиционное общество» был заимствован им у немецкого социолога М. Вебера, термин «индустриальное общество» — у А. Сен-Симона.
Основное внимание Ж. Фурастье уделяет индустриальному обществу, которое, по его мнению, кардинально отличается от традиционного. Индустриальное общество, в отличие от традиционного, — динамично развивающееся, прогрессирующее общество. Источник его развития — технический прогресс. И этот прогресс меняет не только производство, но и все общество в целом. Он обеспечивает не только значительное общее повышение уровня жизни, но и выравнивание доходов всех слоев общества. В результате в индустриальном обществе исчезают неимущие классы. Технический прогресс сам по себе решает все социальные проблемы, что делает не нужным социальную революцию. Указанная работа Ж. Фурастье дышит оптимизмом.
Но хотя эта и ряд последующих работ Ж. Фурастье нашли читателей, но в целом идея индустриального общества долгое время не получала широкого распространения. Она стала пользоваться известностью лишь после появления работ другого французского мыслителя — Раймона Арона (1905 — 1983), которому, по крайней мере в нашей литературе, нередко приписывается ее авторство. Свою концепцию индустриального общества он развивал в лекциях, которые читал в Сорбонне в 1955—1956 гг., а затем в книге «Восемнадцать лекций об индустриальном обществе» (1962) и ряде последующих трудов.
Р. Арон, как и Ж. Фурастье, выделял два основных стадиальных типа человеческого общества: традиционное (аграрное) и индустриальное (рациональное). Для первого из них характерно доминирование земледелия и животноводства, натуральное хозяйства, существование сословий, авторитарный способ правления, для второго — господство промышленного производства, рынок, равенство граждан перед законом и демократия. Переход от традиционного общества к индустриальному был огромным прогрессом во всех отношениях. Как и Ж. Фурастье, Р. Арон придавал огромное значение развитию техники, которое, по его мнению, должно обеспечить решение всех социальных проблем. Весь настрой работ Р. Арона данного периода был крайне оптимистическим.
Следующий шаг был связан с осознанием того, что индустриальное общество в его капиталистическом варианте даже на самой поздней стадии его развития раздираемо противоречиями, которое оно не способно разрешить. Оптимизма у создателей концепций индустриального общества поубавилось. Более того, некоторые из них впали в пессимизм и вообще усомнились в возможности социального прогресса, что нашло свое яркое выражение в названии новой книги Р. Арона «Разочарование в прогрессе: Диалектика современного общества» (1969).
2.8.5. Возникновение и упадок концепций постиндустриального общества
Размышляя на проблемами современности, Ж. Фурастье пришел к выводу, что промышленная экспансия нового времени со всеми ее социальными, демографическими и психологическими пертурбациями всего лишь кратковременный период в истории человечества, причем период переходный. За индустриальным обществом должно последовать общество качественно нового типа — постиндустриальное. Такое понимание настоящего и будущего человечества было изложено Ж. Фурастье в книге «Открытое письмо четырем миллиардам людей» (1970).
К этому времени такого рода идея созрела не только у него, но и у значительного числа исследователей. Еще в 1959 г. понятие постиндустриального общества было использовано американским социологом Даниелем Белл ом в лекциях, затем в оставшейся неопубликованной работе «Постиндустриальное общество: Предположительный взгляд на Соединенные Штаты в 1885 и последующие годы» (1962) и, наконец, в «Введении» к книге Германа Кана и Энтони Вейнера «2000 год. Рамки для размышлений о следующих тридцати трех годах» (1967). Джордж Литгейм в книге «Новая Европа: Сегодня и завтра» (1963) говорил о «постбуржуазном обществе», Кеннет Боулдинг в работе «Значение двадцатого столетия: Великий переход» (1964) о «постцивилизационном обществе», Ральф Дарендорф в статье «Недавние изменения в классовой структуре современной Европы» (1964) об «обществе классовых услуг» («theserviceclasssociety»), Г. Кан и Э. Вейнер в книге «2000 год» (1967) о «постиндустриальном обществе», «пост-масс-консьюмерном обществе» («thepost-massconsumptionsociety») «обществе изобилия» («theaffluentsociety») «отчужденно-изобильном обществе» («thealienated-affluentsociety»), «постэкономическом обществе», Виктор Фукс в работе «Сервисная экономика» (1968) о «сервисной революции», Амитаи Этциони в труде «Активное общество» (1968) о наступлении постмодерной эпохи.
В 1969 вышла работа Алена Турена «Постиндустриальное общество». В том же году, что и названная выше работа Ж. Фурастье, т.е. в 1970, появились книги Олвина Тоффлера «Футурошок» (русск. перевод: СПб., 1997), Збигнева Бжезинского «Между двух веков. Роль Америки в технотронную эру» и Пола Халмоса «Общество личных услуг» («ThePersonalServiceSociety»). В 1971 г. вышла книги Мюррея Букчина «Анархизм после исчезновения дефицита (scarcity) », в которой отстаивалась идея «пост-дефицитного общества» («thepost-scarcitysociety»), и Питера Фердинанда Драккера «Идея прерывности. Руководство для понимания нашего изменяющегося общества», где говорилось об «общество знания» («theknowledgesociety»).
Наконец, в 1973 г. увидела свет работа Даниела Белла «Грядущее постиндустриальное общество» (русск. перевод: М., 1999). Этому автору в нашей литературе чаще всего и отдается приоритет в создании концепции постиндустриализма. Затем концепция постиндустриального общества стала разрабатываться большим числом людей самых различных профессий от философов, социологов, экономистов до журналистов. Из множества работ можно упомянуть книги Теодора Роззака «Где кончается страна пустых трат. Политика и возвышение в постиндустриальном обществе» (1972; 1973), Ивана Иллича «Орудия для праздности» («ToolsforConviviality») (1973), в которой пропагандируется идея «праздничного (пиршественного) общества» («theconvivialsociety»), Йонеджи Масуды «Информационное общество как постиндустриальное общество» (1983).
И почти всех поборников концепции постиндустриального общества подтолкнуло к созданию того или иного ее варианта осознание кризиса того общества, которое все они именуют индустриальным. «Индустриальное общество, — пишет, например, А. Турен, — находится в состоянии кризиса... Вызов брошен всей системе ценностей... Кризис поражает не только институты, но также наши мотивации и наше социальное поведение. Это действительно кризис цивилизации в целом, а не дисфункция лишь какой-либо определенной области социальной организации. Какова природа этого кризиса? Мы движемся прочь за рамки индустриального общества, но куда?.. Переживаем ли мы период упадка или же являемся свидетелями конца роста, длившегося несколько веков?.. Либо мы, возможно, движемся к обществу, отличающемся большей способностью к самоизменению, чем индустриальное общество, и которое условно может быть названо постиндустриальным обществом? Нет сомнения, что угроза упадка существует. Привыкшие быть в достатке, наши общества пресыщены и раздражительны, озабочены самосохранением и обладанием и, возможно, скатываются к будущему вырождению подобно Восточной Римской империи или более поздней Византии».170 Турен А. От обмена к коммуникации: рождение программированного общества // Новая технократическая волна на Западе. М., 1986. С. 410-411.
