Дата «входа в Ханаан», по библеистам, около 1240 г. до н. э. Безусловно, это ложная дата. Сами евреи не обладали ни письменностью, ни навыками хронологии, чтобы зафиксировать свой приход в «обетованную землю». Для местных жителей, находящихся на более высоком культурном уровне, приход очередного табора «марту», «людей смерти» не был событием, которые отмечают в хрониках. Привязка к периоду властвования какого-либо египетского фараона или ассирийского царя неуместна, так как даты их правления и зачастую сами эти личности весьма условны. Археологически приход племен козопасов, вооруженных палками и не имеющих никаких ремесленнических навыков, зафиксировать невозможно. А следовательно, о датах прихода евреев в Ханаан говорить также невозможно. Фактически это могло случиться между 1200 и 500 гг. до н. э. Но мы будем придерживаться привычной хронологии, так как реальную историю определяет не количество цифр, а реальное событие, изменившее ход вещей.
Смерть волхва-руса Моисея изменила ход событий. По замыслу египетских жрецов-волхвов посланный ими пастырь (и его соратники) должен был довести «избранных» ими людей до Ханаана, разместить их там, поселить в определенной «черте оседлости» между процветающими городами-княжествами русов-индоевропейцев и их сыновних народов. Поселить мирно, дать время врасти в ханаано-филистимляно-хеттскую цивилизацию, окультуриться, получить начала языка, письменности, образования, трудовых навыков – причем именно в «черте оседлости», чтобы эти роды русоевреев сохранили свою «избранность» и свои этнические признаки, не растворились в индоевропейской среде.
Моисей-Месх-Меш, великий учитель, проповедник, пастырь, вождь, один из величайших людей всех времен и народов, осуществивший практически неосуществимое, умер на пороге Ханаана. Судьба его соратников, русов Египта, сопровождавших «избранных» и помогавших ему, нам неизвестна. Но, разумеется, один Моисей с такой паствой совладать бы не смог, у него были помощники, был свой «аппарат». Но время Моисея и его соратников прошло.
Власть над «избранным народом» оказалась в руках Иисуса Навина (Ешуа бен-Нуна), Исы сына Нуна. Все родословия Иисуса Навина можно оставить за пределами нашего исследования, они необъективны, они из области литературы. Фактически нам доподлинно может быть известно следующее: Навин был одним из гибридных семитов, русоевреев, прошедших селекцию в Египте и на Синае. Он, как все прочие евреи, был абсолютно готов к выполнению заложенной в него (них) программы. Под руководством учителя, осуществляющего «связь с Богом». Но он не был готов к самостоятельной деятельности. Или, что вполне возможно, он пересмотрел на свой лад завещание умирающего Моисея. Еще вероятнее другое. Иисус Навин не обладал авторитетом Моисея. Мирный проход в «черту оседлости» не усилил бы этого авторитета. Навину нужна была хоть какая-то победа, успех. И он решился на проведение «боевой операции».
Причем решился не сразу. Племена-колена Ревена, Гада и Менаша[70] к тому времени уже перешли реку Явок и мирно жили на малозаселенных пастбищах Ханаана в Гиладе, между городами-княжествами. Если бы их примеру последовали и прочие племена евреев, история получила бы иное направление и «избранность» не была бы утрачена (но мы бы не имели ни Христа, ни идеи «мученичества» и «всетерпения»). Иисус Навин, в котором, по всей видимости, сильно «играли» гены «людей смерти», кочевых протосемитов, изменил ход истории.
Но не сразу. Ханаан-Палестина (земли нынешнего Израиля-Палестины) в те времена была заселена ханаанеями, иевуситами, филистимлянами, хеттами… Что это были за народы? Ханаанеи и иевуситы, по библейской традиции, еще приписывались к потомкам Хама. Но фактически это были индоевропейцы в фазе вычленения из суперэтноса русов сыновних индоевропейских этносов. Они имели некоторую хамитскую примесь, полученную за счет поглощения негроидных племен Ближнего Востока, а также незначительную арменоидно-кавказоидную примесь. Но, несмотря на данные «примеси» или этнопризнаки, ханаанеи (по найденным артефактам и т. д.) вполне определенно находились в ареале соблюдения практически всех этнокультурно-языковых традиций суперэтноса русов-индоевропейцев. Они жили городами-княжествами, земледельческими селениями-городищами, обрабатывали землю, разводили крупный рогатый скот и свиней (то, чего не умели делать семиты), строили дворцы, храмы-святилища, поклонялись Роду во всех его ипостасях от Вола-Бела-Ваала-Велеса до Лады-Роды-АстаРоды и «доброго предка-домового». Хетты были сыновним этносом суперэтноса, образовавшимся в Анатолии при вхождении в состав коренных русов кавказоидных русов-индоевропейцев и частично переселившимся в Ханаан-Палестину. В индоевропейском происхождении хеттов нет сомнений даже у самых ярых апологетов «семитизации» Ближнего Востока. Нет сомнений и по поводу филистимлян (это книжно-литературное название, библейский этноним «пелиштим-пелистим»). Филистимляне-«пелистим», как и прочие «народы моря», есть известные нам пелазги (правильно «пеласки-беляски», то есть «белые»). Филистимляне-пеласги – это «белые» русы Эгеиды (Пелопоннес, часть Аттики, Киклады, Троада). Значительная часть «белых» русов, пеласгов осела в Ханаане-Палестине в районах Газы, Аскалона, Асота, Екрона, Гефа, Лахиса и севернее, по восточному побережью Средиземного моря. Русы-филистимляне-палестанцы[71] так же жили городами-княжествами и вполне мирно уживались с родственными племенами ханаанеев, хеттов, иевуситов и других русов-индоевропейцев или гибридных русов Ханаана от пустыни Негевы до Финикии-Венетии.
Напомним, что всех индоевропейцев, помимо языка и этно-культурных признаков, роднил производящий способ хозяйствования. Они производили достаточно много, чтобы жить в процветающих городах и селениях, чтобы не воевать друг с другом. Они имели храмы, дворцы, библиотеки, бани, армию, флот (особенно пеласги-филистимляне), крепости с башнями, развитое производство и ремесленничество. Они были вооружены разнообразным бронзовым и железным оружием… Это была высокая по тем временам цивилизация. Цивилизация, способная отразить любую внешнюю агрессию. Но не способная остановить инфильтрацию мигрантов, проникновение таковых внутрь сложившегося общества.
По сравнению с этой цивилизацией племена-таборы евреев, ведомых Иисусом Навином, были просто первобытными дикарями, вооруженными палками и камнями. Вожди таборов жили под козьими шкурами (по Торе-Пятикнижию, «в шатрах»), остальные под деревьями и открытым небом. Евреи не знали ни письма, ни земледелия, ни ремесел… Культурная и военная пропасть между ними и индоевропейцами был большей, чем в наше время пропасть между палестинскими мальчишками, бросающими камни в танки, и израильтянами, сидящими в этих танках. Камни и танки. Камни, палки, пращи… и железные мечи, копья, доспехи, витязи-дружинники, каменные стены, башни, боевые колесницы…
Но у ханаанеев и хеттов был большой минус. Они вырождались и слабели в результате инфильтрации в их социум пришлецов из Аравийских степей. Филистимляне-пеласги были тверже и сильнее, чем и вызывали лютую «ветхозаветную» ненависть.
А у пришедших в Ханаан двенадцати племен евреев был огромный плюс. Они истово и непреклонно верили в свою «избранность», в то, что эту землю им заповедовал их бог, они были «запрограммированы» только на победу… на победу над пришлыми кочевыми семитами. Но «программа» дала сбой. Иисус Навин и его окружение решили, что «черты оседлости» и мирного решения вопроса недостаточно, что требуется военное решение проблемы – немедленное, без постепенного врастания в цивилизацию ханаанеев. Иисусу Навину нужна была победа. И только победа. И потому его выбор пал на Иерихон-Ярихо. Некогда великий и могучий город, окруженный высокими стенами и башнями, пребывал в состоянии разрухи и упадка. Инфильтрация кочевников, смешение с «людьми смерти», запущение земледелия привели Иерихон еще до 1200–1000 гг. до н. э. к краху. К тому же он находился в стороне от торговых путей того времени. Полуразрушенный, покинутый дееспособными жителями, без обороноспособного гарнизона… и тем не менее Иерихон был пределом мечтаний для кочевого табора. Для дикарей, живущих под открытым небом, пасущих тощих мелких коз, любой город был «мегаполисом» и фантастической добычей. Иисус Навин не решился на прямой штурм. Несколько недель по ночам подкапывали стену (подкоп подтвержден археологически). Наконец стена рухнула (якобы от рева «священных» козьих рогов-труб, по Торе). Боеспособные мужчины под водительством Навина ворвались в город с палками, камнями, каменными ножами. И без того вымирающее население было перебито беспощадно. Пленных не брали, перебили даже собак и кошек (по Торе-Пятикнижию). Последнее многим исследователям кажется бессмысленной жестокостью. Но объясняется довольно-таки просто: протосемиты, в том числе и предки евреев (и ранние евреи), вообще не имели прирученных собак и кошек (они сумели доместифицировать только коз и овец), эти животные воспринимались ими как бесполезные едоки, которых надо кормить, когда самим еды не хватает… Поэтому избивали их люто и беспощадно. Привычку держать прирученных кошек и собак евреи переняли у индоевропейцев лишь много веков спустя, и то это строго осуждалось «ортодоксами».
