Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 103
Бедным практически недоступны платные медицинские услуги, престижное (и чаще всего платное) высшее образование. Половина бедных констатирует, что плохо питается, до 80 % бедных не имеет нормальных условий для отдыха.
Подавляющее большинство бедных – это пенсионеры, рабочие, безработные. Обычно это исполнители, от которых на работе почти ничего не зависит. Более 40 % бедных считает, что их работа бесперспективна, более 70 % отмечает низкий уровень оплаты труда и нерегулярность выплат. Бедные куда меньше внимания уделяют своему профессиональному росту, только 8 % (против 27 % у богатых) посвящает часть свободного времени самообразованию.
Каждый третий из числа бедных практически смирился с такой жизнью и не верит, что в состоянии что-либо изменить. Только около 5 % бедных признали, что их жизнь в целом складывается хорошо (против 72 % у богатых). ИКСИ подытоживает: «Две трети бедных постоянно испытывают ощущение несправедливости всего происходящего вокруг, более половины часто ощущают, что так дальше жить нельзя – и одновременно собственную беспомощность из-за невозможности повлиять на происходящее».
Даже слепой и глухой будет шокирован российскими социальными контрастами: «Все, что есть отвратительного, бедного и грязного, в Москве отвратительнее, беднее и грязнее, чем можно себе представить». Одну из отечественных журналисток, как и всех европейцев, весьма удивляет факт, что «в России не существует никакой социальной поддержки». Она печалится: «Я сознаю, что живу в изобилии бок о бок с обнищавшими людьми». К сознанию несправедливости русский человек быстро привыкает. Как и к своей бедности. Незащищенности. Невостребованности. Тот, кому приходится бороться за выживание, не испытывает чувства солидарности с отверженными. Он считает их неудачниками, жертвами жестокого мира, недостаточно твердыми и не особенно упорными в борьбе с обстоятельствами.
На сайте «Эхо Москвы» радиослушателям был задан вопрос «Почему в России так много бедных?» На первом месте оказалась группа, из ответов представителей которой следовало, что в этом виноваты богатые; 54 % проголосовали за два варианта: «Потому что богатым не выгодно, чтобы бедных становилось меньше», а самый популярный ответ – «Потому что все экономические ресурсы страны оказались в руках у очень небольшой части населения»; 20 % проголосовавших обвиняют государство, которое проводит неверную политику, не выполняет своих обязательств. На третьем месте – группа тех, кто обвиняет самих бедных в том, что они такие несчастные. 16 % голосовавших выбрали варианты ответа: «Потому что бедные не предпринимают усилий, чтобы изменить свое положение», «Потому что бедные смирились со своим положением»; 9 % ответивших сказали, что, вне зависимости от экономической и политической ситуации, в России всегда будет много бедных.
Вот такие мы пессимисты. Впрочем, наш коллективный исторический опыт пока говорит о том, что мы правы.
Почитаем немного, что говорили о бедности русские классики. Одним из самых больших экспертов в этой области был А. Н. Островский. Вот горький монолог девушки Лизы из пьесы «В чудом пиру похмелье»: «Уж я не говорю об деньгах, не говорю о том, что за наши труды нам платят мало, хоть бы уважение-то нам за наш честный труд оказывали, так и этого нет. А всего мне обиднее, что смеются над папашей. Он, точно, немного странен, да ведь он всю жизнь провел за книгами, его можно извинить. И что в этом смешного, что человек ходит в старой шинели, в старой шляпе? А у нас такая сторона, чуть не в глаза хохочут. Конечно, это невежество, с образованием это пройдет, а все-таки тяжело. Вот вчера, как я шла из церкви, какие-то молодые купцы вслух смеялись над моим салопом. Где же я лучше возьму? Ты же приносишь людям пользу почти бескорыстно, тебя же презирают».
Еще одна бедная героиня – из «Пучины»: «Я девушка молодая, а взгляните, что на мне! Мне стыдно на улицу выйти. Я не хочу рядиться, мне хоть бедное платье, да чтоб оно было чисто, ново, по мне сшито. Я хороша собой, молода – это уж ведь мое; мне хочется, чтобы и люди видели, что я хорошенькая, а у меня сердце замирает, как я начну надевать эти лохмотья: я только себя уродую (плачет)».
А вот бедняк Корпелов из пьесы «Трудовой хлеб» отвечает на реплику «Ах, как он беден! Боже мой, как он беден!»: «Всякому свое, милый stultus: нам ум, а тебе деньги; к нам люди ходят ума занять, а к тебе – денег». Деньги противопоставляются не только уму, но и внутреннему благородству: «Ты думаешь, что кто беден, тот и попрошайка, что всякому можно подавать милостыню. Ошибся, милый... Да я... я... я не хочу быть богатым, мне так лучше. Ты вот и с деньгами, да не умел сберечь благородства; а я мерз, зяб, голодал, а все-таки джентльмен перед тобой. Приди ко мне, я и приму тебя учтивее и угощу честней своим трудовым хлебом! А если тебе нужда будет, так последним поделюсь. Прощай». Вот она, гордая отповедь честного бедняка. И все же есть у Островского и еще более горькие истины о нищете. «А что есть хуже бедности?» – «Просить, побираться, вот что хуже бедности». – «А это, милостивый государь не хуже бедности, это сама бедность-то и есть. Сначала просить, а потом воровать».
С проблемой бедности драматург был знаком не понаслышке: как ни удивительно, Островский едва сводил концы с концами. Он был одним из самых низкооплачиваемых литераторов своего времени. Прочтите этот крик души: «Везде драматическое искусство считается высоким искусством, везде участь талантливого драматического писателя завидна, а у нас известный драматический писатель, с успехом трудившийся всю жизнь, должен чувствовать только позднее и бесплодное раскаянье в том, что в молодости слепо поверил своему призванию и пренебрег другими, более выгодными занятиями, – и выносить укоры совести за то, что бросил детей в жертву нищете...»
Достоевский в «Бедных людях», «Униженных и оскорбленных», «Преступлении и наказании» писал о мешающей человеческому достоинству нищете, с которой был обручен. Тесные комнаты. Поношенная одежда. Насмешки грубых людей. Самое ужасное в бедности, по мнению русских писателей, то, что она входит в противоречие с человеческой гордостью, отчего возникают отчаянные и бесполезные попытки бедность скрыть, закамуфлировать свою беду. «Оно, знаете ли, родная моя, чаю не пить как-то стыдно; здесь все народ достаточный, так и стыдно. Ради чужих и пьешь его, Варенька, для вида, для тона; а по мне все равно, я не прихотлив», – уверяет герой «Бедных людей» Макар Девушкин.
Наше время в этом смысле принесло некоторые изменения. Бедные люди, по крайней мере, считают, что имеют право на громкие жалобы и возмущение. Если человек мало зарабатывает, это вовсе не означает, что он плохонький профессионал, часто случается и наоборот. К сожалению, наши работодатели недооценивают работников. Сейчас прозвучит мысль, очень правильная с точки зрения этики и сомнительная в аспекте социальной морали: «Зарабатывать мало не унизительно – позор падает на гада-эксплуататора». Пусть хоть некоторым успокоением для нас для всех прозвучат ободряющие – для всех нас небогатых русских, которых большинство, – слова Клеопатры Львовны Мамаевой из пьесы Островского «На всякого мудреца довольно простоты»: «Если вы видите, что умный человек дурно одет, едет на плохом извозчике, это вас не поражает, не колет вам глаз. Это так и надо, это идет к умному человеку».
Иначе говоря, если ты шикарно одет, едешь на боярском «бентли»... Кому это идет?
Солидные финансовые дядечки
Наше представление о бизнесмене, олигархе, купце основывается на стереотипах. Русская пословица гласит: «От трудов праведных не наживешь палат каменных». Данное утверждение разделяется почти всеми нами: бизнесмены – мошенники по определению. Когда мы видим по телевизору олигарха, первая мысль: «Негодяй, мошенник, скалдырник». У американцев отношение к миллионерам и миллиардерам радикально другое: «Сколько ума, воли и фантазии понадобилось человеку, чтобы заработать такие нечеловеческие деньги!»
Все это, конечно, наивно, но объяснимо. Ну не любит русский человек олигархов. По опросу общественного мнения, на уровне ассоциаций понятие «олигарх» у подавляющего большинства населения (85 %) вызывает негативное отношение.
Это древнегреческое слово вошло в наш обиход не так уж давно. Термин «олигарх» стали использовать в России со второй половины 1990-х для обозначения узкого круга политически влиятельных крупнейших предпринимателей. В их число зачисляли глав крупнейших финансово-промышленных групп страны.
Из выступления президента Торгово-промышленной палаты РФ Евгения Примакова на заседании «Меркурий-клуба» 14 января 2008 года: «У нас олигархами становились те крупные бизнесмены, кто рвался к власти, внедрял своих людей на различные государственные посты, создавал и поддерживал коррупционную практику чиновничества». Чудовищно разбогатев в результате грабительских условий приватизации, эта группа в период президентства Ельцина, сращиваясь с госаппаратом, заняла особое положение в стране.
Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 103
