А была ли вообще тайна? В те времена по Европе кочевало немало авантюристов и проходимцев, вроде Калиостро или Казановы. У них не было родины, дома, семьи. Эти «безродные космополиты» были талантливы, умели легко входить людям в доверие. От бесконечного повторения своего вранья они уже сами верили в то, что плели о себе другим. Голицын прав, когда пишет: «Увертливая душа самозванки, способная к продолжительной лжи и обману, ни на минуту не слышит голоса совести. Ни наказания, ни честь, ни стыд не останавливают ее от выполнения того, что связано с ее личной выгодой. Природная быстрота ума, ее практичность в некоторых делах, поступки, резко выделяющие ее среди других, свелись к тому, что она легко может возбудить к себе доверие и извлечь выгоду из добродушия своих знакомых»… А ведь это можно сказать о многих, в том числе о самой Екатерине II…
Первый раздел Польши. 1772
Польская проблема была для русского двора острейшей, и поляки-иммигранты искали разнообразные пути и средства борьбы с Россией. Не случайно они были в окружении «княжны Таракановой». Почти сразу же после вступления на престол Екатерине II пришлось заниматься польскими делами. В 1763 году умер польский король Август III, долгие годы шедший в фарватере русской политики. Россия не хотела уступать инициативу, считая Польшу «своей», и благодаря ее давлению королем стал бывший посол Речи Посполитой и прежний любовник Екатерины Станислав-Август Понятовский. Это позволило России сохранить в Польше архаичный, безвластный политический режим, который не позволял полякам укрепить свою государственность. В среде польской шляхты господствовало мнение, что «черные орлы» – символы Австрии, Пруссии и России – будут всегда ссориться из-за Польши и не оставят в покое польского «белого орла». Однако произошло наоборот, «черные орлы» сумели найти общий язык и начали попросту делить Речь Посполитую между собой. План раздела Польши придумали пруссаки еще в 1760-е годы, однако опасения России усилить тем самым Пруссию и Австрию долго не позволяли ей вступить в сговор против Речи Посполитой. В 1772 году это стало возможным. Двадцать пятого июля 1772 года Россия получила часть Речи Посполитой с населением более 1,3 млн человек. К России отошли польская Ливония, белорусские города Полоцк, Витебск и часть Минского воеводства. Малая Польша отошла к Австрии, Пруссия овладела Великой Польшей и Гданьским районом. Фактически Речь Посполитая (объединенное государство Польши и Литвы) перестала существовать. Русский посол в Варшаве давал указания польскому королю Станиславу-Августу. Это и был первый раздел Польши. В 1780 году русские войска окончательно разместились в Польше. Это произошло уже после нескольких лет вооруженной борьбы польских патриотов с русскими войсками. В боях с партизанами особенно проявился талант А. В. Суворова, несколько раз разбивавшего отряды восставших поляков и ставшего за это генералом.
Черноморская политика России с самого начала царствования Екатерины II отличалась напором и агрессивностью. Уже в 1764 году была создана Новороссийская губерния, в которую со всей Европы для освоения целинных степей приглашали переселенцев. Всем было ясно, что без Крыма эти территории не имеют удобного выхода к морю, что русская царица не потерпит привычные для крымских татар набеги на земли новообразованной губернии. Победа России в войне с Турцией в 1768—1774 годах резко изменила обстановку. Крым попал под влияние России. На полуострове среди татарской знати развернулась ожесточенная борьба сторонников и противников русской ориентации.
В 1776 году русские войска вторглись в Крым и посадили на ханский престол ставленника России хана Шагин-Гирея. Человек умный и образованный, он пытался провести в Крыму реформы европейского толка, но натолкнулся на сопротивление духовенства и народа. Началось восстание против Шагин-Гирея. В Крым вновь вступили русские войска, подавив мятеж. После долгих колебаний в 1779 году турки признали Шагин-Гирея крымским ханом, но ему так и не удалось удержаться на троне. После очередного мятежа в 1781 году Шагин-Гирей уехал в Россию, а в 1783 году Крым и Кубань благодаря дипломатическому таланту Потемкина и превосходящим силам русской армии без единого выстрела вошли в состав Российской империи. Аннексия Крыма и Кубани завершила процесс оформления новой огромной имперской области на юге страны. Он сопровождался массовым перемещением населения. Покровительствуемые властями христиане, как из Западной Европы, Центральной России, так и из других южных земель, переселялись в Причерноморье и в Крым. Оттуда же под давлением власти в турецкие владения бежали мусульмане. Военное и хозяйственное освоение Крыма (Тавриды) и всей Новороссии связано с именем Г. А. Потемкина.
И. Лампи. Портрет Г. А. Потемкина.
Действующие лица
Светлейший князь Григорий Потемкин
Личность Григория Александровича Потемкина необычна, даже фантастична. Граф Сегюр писал о нем:
«Никогда еще ни при дворе, ни на поприще гражданском или военном не бывало царедворца более великолепного и дикого, министра более предприимчивого и менее трудолюбивого, полководца более храброго и вместе с тем нерешительного. …В нем, – продолжал французский дипломат, видевший, как Потемкин в халате и без штанов принимал польское посольство, – непостижимо смешаны были величие и мелочность, лень и деятельность, храбрость и робость, честолюбие и беззаботность… Этого человека можно сделать богатым и сильным, но нельзя было сделать счастливым; то, чем он обладал, ему надоедало, чего он достичь не мог – возбуждало его желание».
Традиции гедонического XVIII века, вся предыдущая история его жизни, оригинальный психологический тип личности и долгая, безграничная, развращающая даже самых строгих постников власть – это и, вероятно, многое другое определили экстравагантное поведение и шокирующие повадки Потемкина. Но справедливости ради скажем, что Потемкин вошел в русскую историю не как чудак, а как имперский деятель исполинского масштаба, не уступающий самому Петру Великому. Говорят, что Потемкин обратил на себя особое внимание Екатерины II умением невероятно смешно шевелить ушами и подражать голосам ближайших сподвижников императрицы. Это было уморительно видеть и слышать. Впрочем, тогда же Потемкин не только шевелил ушами, но и выполнял различные поручения царицы. Однако быть шутом при дворе честолюбивому Потемкину не нравилось, и он вдруг резко изменил свою судьбу… Так в его жизни бывало не раз. Гриц, как его звали дома, родился в 1739 году под Смоленском в бедной дворянской семье. После смерти отца и переезда семьи в Москву юноша стал проявлять необыкновенный интерес к наукам, засиживаясь за книгами по ночам. В итоге он успешно поступил в только что открытый Московский университет и после первого курса, в 1757 году, получил золотую медаль за успехи в учебе. В числе лучших студентов его отвезли в Петербург и представили императрице Елизавете как нового Ломоносова. Но вскоре юного гения с позором выгнали из университета за прогулы – наука ему вдруг смертельно наскучила. Он решил служить не Афине, а Марсу в Конной гвардии, поступил в полк и быстро достиг успехов в воинском деле. Семнадцатилетний вахмистр отличился в дни переворота 28 июня 1762 года, и о нем как смелом и деятельном унтер-офицере писала даже Екатерина. Был Потемкин и среди ропшинских убийц Петра III. За все это он получил от государыни щедрые награды, и вдруг, неожиданно для многих, стал помощником обер-прокурора Синода. Это был очередной поворот судьбы по воле самого человека. Потемкин решил попробовать себя на этом новом для себя поприще, ибо увлекся богословием и был в этих вопросах человеком весьма образованным.
Неизвестно, как бы дальше сложилась служба Потемкина в Синоде, но и богословие быстро приелась ему. И вот тут Потемкин вновь переломил судьбу через колено. Неожиданно он отпросился у императрицы на начавшуюся в 1768 году войну с турками, поступил в конницу, оказался на передовой, под турецкими пулями. Делал он это осознанно, ради карьеры и чтобы обратить на себя внимание императрицы. Потемкин хотел изменить свое, привычное в глазах императрицы, амплуа шутника и богослова-самоучки на занятие, более достойное его талантов, и этим самым добиться расположения Екатерины. Это Потемкину в полной мере и удалось: на войне он быстро сделал карьеру, отличился как храбрый кавалерийский генерал в сражениях этой войны. Вскоре императрица, которая тайно поддерживала с ним переписку, весной 1774 года вызвала его в столицу; он стал генерал-адъютантом.
Роман Екатерины и Потемкина был бурным и… недолгим. Вообще, в отношениях Екатерины и Потемкина есть своя тайна. Возможно, в 1775 году они тайно обвенчались, но после нескольких лет упоительной и горячей любви между супругами произошел разлад, и был заключен своеобразный «пакт о сотрудничестве», причем оба предоставили друг другу полную свободу. Сам же Потемкин не уступал Екатерине в любострастии и открыто возил с собой небольшой гарем из смазливых девиц и чужих жен. Потемкина и Екатерину связывала вещь «поважнее амуру», они составляли семью «тружеников империи». Оба тянули тяжкий воз имперских дел, занимались беспокойным российским «хозяйством». Именно это стало сутью их отношений, это нашло отражение в стиле и содержании писем Екатерины – рачительной хозяйки, «матери» к Потемкину – своему доброму хозяину, «батиньке», «папе»: «Между тобою и мною, мой друг, дело в кратких словах: ты мне служишь, а я признательна, вот и все тут… прикажит-ко, барин, когда тебе удобно будет, по степи на каждыя двадцать верст сделать сарай ли корчму».
