Герман Гортер - Исторический материализм

8

Из этого наши противники делают тот вывод, будто мы всегда по отношению к капиталистам все считаем позволенным. Это неверно. Как сказано выше, только при том у слови и, если этим оказывается содействие истинному благу нашего класса. Обман, ложь, разрушение машин и собственности, насилие часто вредны для нашего класса. Применение таких средств в таком случае стояло бы в прямом противоречии с моралью, которая повелевает нам действовать в интересах нашего класса.

Нередко говорят, что, когда мы так решительно указываем на существование классовой морали и признаем это, мы тем самым вредим своей агитации, потому что наши противники умеют использовать это против нас и раздувают против нас предрассудки непросвещенной массы. Однако, кто говорит это, тот забывает ту силу, какую придает революционному классу теоретическая истина.

На основании собственного агитаторского опыта я могу рекомендовать для применения следующее. Если противник [обвиняет нас в том, что мы признаем существование классовой морали, — о проповеди классовой морали не может быть речи, — то следует потребовать, чтобы он привел определенные случаи, когда наш класс лгал, обманывал и т. д. Обыкновенно противник сумеет привести очень немного; если он сошлется на случай, когда был выкраден тайный документ, надо будет изложить слушателям весь данный случай. Если эти слушатели — рабочие, созревшие для нашей агитации, в них немедленно заговорит чувство солидарности с товарищами, унаследованное от предков, и заставит их почувствовать, что мы были правы.

Отразив таким образом нападение противника, надо самому перейти к наступление. После того, как окончилась неудачей попытка привести примеры дурной классовой морали у нас, следует указать на примеры направленной против нас, против угнетенного класса, дурной классовой морали капиталистов, предпринимательских союзов, буржуазной печати, политиков. Дальше, следует провести сравнение между нашей классовой моралью, которая стремится к защите угнетенных, и их классовой моралью, которая стремится к их подавлению; надо сравнить капиталистическое общество, которое приносит с собою такую мораль, с бесклассовым социалистическим обществом, в котором все человечество составит одно солидарное братство. Тогда–то мы посмотрим, какое действие произведет это на рабочих! Тогда опять станет ясно, что только теоретическая истина ведет нас к победе.

Еще и теперь дикари, к которым проникает товарное производство, «обращаются» к монотеизму.

Только итальянские города остались католическими, — тоже вследствие экономических причин. Господство папы знаменовало господство Италии над христианским миром.

При общих размерах этой работы, конечно, нет возможности останавливаться на всех философских системах.

Карл Маркс, Наемный труд и капитал.

Карл Маркс и Фридрих Энгельс, Коммунистический манифест.

Маркс показал, как производственные отношения изменяют содержание мышления. Что касается самого мышления, то буржуазные философы и богословы объявили, что оно происходит от бога. Таким образом и после Марксовской критики содержания мышления все еще оставалась в мире мышления необъясненная часть, которой буржуазия могла пользоваться для превознесения себя самой и принижения пролетариата Иосиф Дицген подверг исследованию эту часть. В то время как Маркс подошел к делу с материальной стороны, он подошел к нему с другой, идеальнойъ стороны. Между тем как Маркс раскрыл, «то делает общественная материя с духом, Дицген показал, что делает сам дух. Но мы часто слышим, как буржуазия говорит: «Тем не менее сущности вещей никто не может понять; сущность вещей лежит выше или вне познания». Таким образом хотят спасти сверхъестественное. Дицген показал, что непонятное для буржуазии коренится не в сущности вещей, а в ее понимании. Буржуазия, буржуазные философы и богословы не понимают, что такое понимание. Дицген ясно показал рабочим, что такое понимание, и таким образом Маркс и Дицген выяснили все отношение мышления и общественного бытия: один исследовал изменения в мышлении, другой — сущность мышления.

Сам Маркс почерпнул свое знание общества из классовой «борьбы пролетариата, которую он собственными глазами наблюдал в Англии и Франции. Дицген образовал свои знания духа из марксовского познания общества. По работам Маркса он познакомился с историческим материализмом и сумел благодаря этому притти к своей ясной теории духа. Следовательно, оба почерпнули свои знания из классовой борьбы пролетариата. Своим трудом, своими требованиями и своими действиями пролетариат дал им опыт, и они сформулировали учение, теорию. Можно сказать, что они сторицею возвратили пролетариату то, что он им дал.