Михаил Леонтьев - Внутренний враг. Пораженческая «элита» губит Россию

26

Еще один тревожный звоночек. В № 3 Главная тема, январь, 2005. В. Найшуль говорит на «круглом столе»: «Так что давайте не будем спешить, вспомним, что Иосиф Виссарионович завел Ботанический сад в 1944 году». Да ведь еще уютненько как — «Иосиф Виссарионович»! Ну, пример мудрости.

Конспектов того спецкурса, увы мне, не сохранилось, поэтому я буду ссылаться на научно-популярную книгу Владимира Борисовича «Иван Грозный» («Московский рабочий», 1989).

Немного лирики. Упомянутый спецкурс возник спонтанно. Вообще-то Владимир Борисович нам должен был по Павлу курс читать. (И год перед этим так и читал, мне, на мое счастье, повезло попасть в академку. Так что Кобрина я два года слушала, да еще не одно и то ж…) Но дойдя до Грозного, он помолчал немного и сказал: «Слушайте, ну вы ведь уже взрослые. Что по билетам надо, вы и сами в учебниках найдете. Давайте я лучше вам буду дальше только Грозного читать, разберетесь как следует». Славно же было на этих лекциях в дореволюционной высокой аудитории! Шли они первой парой, с восьми утра. Зная, что зачеты В.Б. ставит не глядя, те, кому было не надо, предпочитали поспать. «Хорошо работать без посторонних, правда?» — говорил Кобрин, довольно потирая руки.

Кстати для М. Юрьева. Как мы видим, чтобы сопричесться к оным служивым, вовсе не обязательно быть «русским и православным». Подобные сбродообразования всегда тяготеют к интернационализму. Опричники всех времен — люди без роду-племени, отбросы. В этом контексте особенно хорошо звучат фантазии об «особых церковных таинствах» для опричников будущего. Эти «особые таинства» можно было б назвать ересью, когда б они не были ерундой. Есть предметы, на которые христианам фантазировать не стоит.

Либералы пытаются заранее сговориться с людоедами, чтоб съели не их, выговорить себе уютные резервации — в этом, собственно, суть деятельности всех Ковалевых-Политковских.

Небольшая неувязка у И. Лавровского. Бонапартизм он осуждает, а чингисханизм отчего-то приветствует. Меж тем, если различье меж ними и есть, то в пользу Бонапарта.

Некий колоночник, колумнист, недавно с желчью писал: вот-де, небось к следующим книжным ярмаркам наваяют писателишки волюмов про старенького тщедушного драчуна с косицей. Цитирую приблизительно. Ужас-то какой. Надо думать лучше, чтобы ваяли только Пелевин-Акунин-Сорокин-Толстая-Петрушевская. Конъюнктура, она в любом случае и есть конъюнктура, только время может отделить ее от подлинной литературы. Но куда полезней для общества, чтоб мода была на ненавидимого колоночником драчуна с косицей, чем на чернушные клоунады. И так всю перестройку литбесы отгибались.

М. Цветаева. Лебединый стан.

http/www.polit.ru/news/2004/06/06/putpas.html.

Главная тема, № 4.

То есть И. Сталин (выделено мною. — ЛЯ).

И. Лавровский. Странострой, С. 124.

http://www. hungary-m.com/index.php?mode=news&cid=750.

Свягц. Жан-Марк Рулло. О духовном кризисе Запада, в сб. Экон: Крестовый поход. М., 1992. С. 8.

Это различие особенно показательно на том примере, что наши императоры называли города не в свою честь, но в честь своих святых покровителей. Главный идол — Сталин — с мелкими идолами свиты называли города исключительно поклонения себе ради…

Именно он, а не Ленин, определил лицо советского государства, это государство теряло его черты, близясь к концу, как старик к концу жизни теряет черты юноши, каким он когда-то был. Но, оторванное от Сталина, это государство не смогло дальше жить.

В. Кобрин. Иван Грозный. М., Московский рабочий, 1989. С. 137.

Часто говорят, мол, рабский труд непродуктивен. Мне-то казалось, что на результаты «непродуктивного» рабского труда туристы спустя тысячелетия едут любоваться в Египет. Рядом с пирамидами Беломорканал — пустячок.

Мы знаем, что происходит сейчас в Эстонии.

А, собственно, почему академика Вавилова можно отдать живьем на съедение крысам, а И. Лавровского — нельзя? На каком таком основании?

М. Цветаева. Лебединый стан.

Если Господь не сохранит Града, зря бдит, кто стережет его (лат.) — Пс. 126:1.

О. Петрова. Битва при Ившеме, рукопись.