Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 61
Японская империя крайне нуждалась в углеводородах, не имея собственных источников этого сырья. Практически всю нефть японцы получали из США. Летом 1941 года, чтобы подтолкнуть японцев вслед за Гитлером ударить по СССР, американцы заморозили японские активы в своих банках и наложили эмбарго на поставки нефти. В результате японская внешняя торговля сократилась на ¾, импорт нефти – на 9/10[120].
Японии предлагалась затяжная борьба с русскими за нефть, которую в тот момент добывали у нас на Кавказе, а не в Сибири. При этом до советских месторождений японцам было очень далеко, и пока они перемалывали русские дивизии, их империя полностью зависела бы от доброй воли англосаксов. Токио выбрал другой вариант – удар по Западу только для того, чтобы самостоятельно гарантировать поставки углеводородов для своей армии и экономики. Ведь выиграть войну у США и Великобритании Япония даже не рассчитывала. Достаточно сказать, что Перл-Харбор был единственной атакой японцев по собственно американской территории. Япония не собиралась высаживаться на американском континенте. Японцы захватили ближайшие нефтяные месторождения – как раз в Индонезии, и построили к середине 1942 года систему обороны своей империи. А дальше, грубо говоря, ждали, когда американцы настроят авианосцев и «приплывут». Так и случилось, США «приплыли», но помимо огромного военно-морского флота, они имели невероятное превосходство в воздухе и вдобавок атомную бомбу[121].
Зачем же Япония решилась на этот поистине самоубийственный шаг? В учебниках вы прочитаете о воинственном «японском империализме» и агрессивной политике страны восходящего солнца. На самом деле главная причина столь странной политики Японии – 100 % «нефтяная».
Так неужели за каждым военным конфликтом стоит нефть? А как же корейская война, вьетнамская, афганская? В момент противостояния СССР и США, помимо нефтяного фактора, огромную роль играл сам факт противостояния сверхдержав. Один из соперников не мог и не хотел допускать расширения зоны влияния другого и всячески препятствовал этому. При этом где-нибудь рядом с полыхающей войной обязательно находится какой-нибудь нефтяной источник, к которому неприятельская держава оказалась бы на шаг ближе.
Зато в новом мире, который сложился после краха СССР, в каждом конфликте принцип нефтяной «причины» соблюдается строго. Ведь теперь у Запада нет равного соперника в настоящем, а есть лишь потенциальная возможность его появления в будущем. Китай рвется вперед, но его можно задержать, замедлить. И для этого надо брать под контроль источники нефти и не давать это делать китайцам...
Последним примером «серьезной озабоченности» Запада соблюдением прав и свобод (во время написания этой книги) стали результаты выборов в Зимбабве. В конце марта - начале апреля 2008 года эта тема буквально не сходила с экранов западных телеканалов, забивая собой все остальные новости. «Мы уверены, что результаты этого голосования были сфальсифицированы», [122]— заявил Джордж Буш на пресс-конференции. Глубокую озабоченность выразил глава правительства Ее Величества.
Казалось бы, какое дело премьеру Великобритании или главе Соединенных Штатов Америки до того, кто и как одержал победу на выборах в стране, расположенной в южной части Африканского континента, между водопадом Виктория, реками Замбези и Лимпопо? Тем более что до недавнего времени Зимбабве и его диктатор были на хорошем счету у Запада. До тех пор, как пишет газета «Коммерсант», «пока в феврале 2000 года господин Мугабе не представил на референдум свой проект новой конституции»[123]. На самом деле все значительно прозаичнее. Именно в это время Зимбабве развернул свою политику на 180 градусов и начал активное сотрудничество с главным на сегодняшний день противником США. Этого оказалось достаточным, чтобы из разряда «демократических диктаторов» Роберт Мугабе скатился в разряд «душителей свободы».
Предлагаю вам безошибочную политическую «лакмусовую бумажку»: если США кого-то называют диктатором, пособником террористов и жалуются на отсутствие прав человека, значит, речь идет о нефти. Страна, в адрес которой выражают свою озабоченность американцы,
либо обладает огромными запасами углеводородов (Россия, Иран, Ирак);
либо начинает сотрудничать с Китаем.
Примером последнего может служить Венесуэла. Уж как Вашингтон не жалует эту страну и ее президента Уго Чавеса, в 2002 году организовали даже государственный переворот.[124] Ведь Венесуэла национализировала свою нефтяную отрасль, поставляет нефть в Китай и тем самым мешает США взять под контроль все источники сырья, откуда Пекин получает углеводороды. Более того, сотрудничество расширяется[125]. Весной 2008 года создано совместное предприятие в бассейне реки Ориноко, добытую нефть с которого будет поставлять на будущий нефтеперерабатывающий завод в Китае, о строительство которого Венесуэла и КНР также договорились.
Похожая ситуация складывается и в Африке. Именно это является истинной причиной пристального внимания «цивилизованного мира» к правам человека в этом регионе планеты. Американцам и впрямь есть о чем беспокоиться: африканский континент превращается в важную сырьевую базу для растущей экономики Китая. Товарооборот КНР с Африкой вырос до $50 млрд в 2006 году и обещает удвоиться в ближайшие годы.[126] Зимбабве стало играть в сближении с Китаем не последнюю роль. Крупнейшая в этой африканской стране газета «Геральд» в опубликованной 6 ноября 2007 года статье под заголовком «Зимбабве больше нельзя опозды-вать на этот рейс» подчеркнула, что «в настоящее время Зимбабве должен приложить более активные усилия, чтобы привлечь к себе внимания Китая. Нашей стране больше нельзя опоздывать на этот китайский пароход (экономического развития)» [127].
Как говорится, комментарии излишни. Сами результаты выборов Вашингтону и Лондону глубоко безразличны, как и судьба всего зимбабвийского народа. Но нынешний правитель Зимбабве Роберт Мугабе делает ставку на Китай, а поэтому его победа на выборах Запад никак устраивать не может.
Вы еще верите в искреннее стремление США и их партнеров принести на берега Лимпопо свет истинной демократии? Тогда добавим, что в недрах этой африканской страны разведаны запасы асбеста, железной руды, каменного угля, серебра, фосфоритов и других полезных ископаемых. Зимбабве является третьим в Африке после ЮАР и Ганы производителем золота, а его запасы платины – крупнейшие в мире.
Вот теперь все понятно, все встало на свои места. Причина странного интереса Запада к результатам выборов в богом забытом краю ясна. Это опять старая добрая борьба за контроль над стратегическими ресурсами.
А как же нефть, вокруг которой крутится вся мировая политика? Ведь ее в Зимбабве нет. Да, нефти нет, зато есть крупное месторождение природного газа в Лупане. Это во-первых. Во-вторых, платина является также весьма лакомым «кусочком». Это один из самых тяжелых (плотность 21,5 г/см ) и самых редких металлов. Раньше львиная доля этого металла шла на производство ювелирных украшений, а сегодня основная область применения платины и ее сплавов – промышленное производство. Это автомобилестроение (катализаторы дожига выхлопных газов), электротехника (платина тугоплавкий и химически стойкий металл), нефтехимический и органический синтез (получение бензинов с высоким октановым числом, разнообразные реакции гидрирования, изомеризации, циклизации, окисления органических соединений), синтез аммиака. Платина – конструкционный материал стекловаренных печей для производства высококачественного оптического стекла. Из платины и ее сплавов изготавливаются фильеры для получения стекловолокна, высокотемпературные термопары и термометры сопротивления, электроды в электролизных аппаратах, лабораторная посуда и оборудование, кислото- и жароупорная аппаратура химических заводов. И при всем при этом годовая добыча этого стратегического металла во всем.мире не превыщает 100 тонн в год. Ясно, что контроль над крупнейшими запасами платины дорогого стоит.
И наконец, в условиях постоянных попыток Запада перекрыть китайской экономике нефтяной краник любой новый источник получения углеводородов весьма важен для Пекина. На сегодняшний день на Африку приходится 25-28 % всего объема импорта нефти в Китай. К 2045 году Пекин ставит задачу увеличить этот показатель до 45 %. Углеводороды текут к китайцам из Судана, Габона, Анголы и Нигерии[128]. Есть нефть и в Экваториальной Гвинее, но власть в этой стране принадлежит авторитарному президенту со сложно произносимым именем Обианг Нгема Мбасого. Однако в отличие от лидера Зимбабве этот африканский царек «правильный». Почему? Потому что с 1991 года консорциум именно американских компаний начал добычу нефти в стране. Как только китайская экспансия на черный континент стала нарастать, Запад, конечно же, начал выражать озабоченность «медленными темпами демократизации» Экваториальной Гвинеи, а США в 1996 году закрыли в стране свое дипломатическое представительство. Обианг Нгема Мбасого намек понял правильно, поэтому нефть Китаю Экваториальная Гвинея не продает. И случилось чудо: несмотря на обвинения в коррупции и взяточничестве, Вашингтон в 2003 году вновь открыл свое посольство[129].
Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 61
