Отдельного внимания при рассмотрении эффективности международных договоров заслуживают оговорки к международным договорам. Возникает вопрос: как оговорка, заявленная государством или международной организацией, может сказаться на эффективности международного договора? В доктрине международного права оговорка определяется следующим образом: «Оговорка – одностороннее заявление государства или международной организации под любым названием, сделанное при выражении согласия с договором, призванное исключить или изменить юридическое действие определенных положений договора в их применении к автору оговорки»[523]. Таким образом, оговорка изменяет юридический режим в отношениях между автором оговорки и другими участниками международного договора.
Для того чтобы оговорки негативно не сказывались на эффективности международных договоров, в Венской конвенции предусмотрена специальная статья, которая определяет, что «государство может при подписании, ратификации, принятии или утверждении договора или присоединении к нему формулировать оговорку, за исключением тех случаев, когда:
a) данная оговорка запрещается договором;
b) договор предусматривает, что можно делать только определенные оговорки, в число которых данная оговорка не входит, или c) в случаях, не подпадающих под действие пунктов «a» и «b», – оговорка несовместима с объектом и целями договора» (ст. 19).
Таким образом, Венская конвенция предусматривает специальные правила, чтобы нивелировать возможный отрицательный эффект оговорки к международному договору. Вместе с тем в отдельных случаях оговорки могут иметь положительное значение для эффективности международного договора. Так, оговорка может позволить государству стать участником международного договора, тогда как без такой оговорки государство не приняло бы решения об участии в договоре по тем или иным причинам. А такое государство может быть необходимым участником международного договора, т. е. «участником, без которого договор не может быть заключен или теряет смысл и не может быть реализован»[524]. Однако необходимо иметь в виду, что международная договорная практика в Таможенном союзе пошла по пути запрета формулирования оговорок к международным договорам данного межгосударственного интеграционного объединения. Такой подход, на наш взгляд, является обоснованным и способствует более тесному интеграционному взаимодействию государств – членов Таможенного союза. Этим Таможенный союз выгодно отличается от СНГ, где практика формулирования оговорок нивелировала ценность многих важнейших международных договоров, что естественным образом сказалось на эффективности самого Содружества.
Как уже отмечалось выше, при определении эффективности международных договоров следует исходить из того, что в различные исторические периоды эффективность одного и того же международного договора может быть неодинаковой. В связи с этим эффективность международного договора должна оцениваться применительно к тому времени, в котором действует международный договор. Это, в свою очередь, не исключает как ретроспективных, так и перспективных оценок эффективности международного договора.
Ретроспективная оценка эффективности помогает оценить то, как международный договор действовал в прошлом, с какими проблемами государства столкнулись при выполнении этого договора, какие затраты были осуществлены на реализацию договора, гармонично ли такой международный договор «вписался» в контекст международно-правового регулирования соответствующей сферы, место договора в правовых системах государств-участников, какие нарушения договора допускались и т. д., чтобы избежать возможных ошибок в будущем и учесть уже накопленный опыт.
Перспективная оценкам эффективности имеет прогнозный характер и представляет собой научно-обоснованное предвидение возможной эффективности международного договора в будущем. Оценка перспектив международного договора должна начинаться уже при разработке проекта международного договора. При прогнозировании эффективности международного договора должны быть задействованы специалисты из различных областей знаний, которые относятся к предмету договора. В связи с этим прогноз эффективности международного договора является комплексной и обширной категорией. «Прогнозирование должно опираться на мониторинг действующих правовых норм, что необходимо для сохранения оправдавших себя на практике правовых конструкций. Мониторинг вскрывает недостатки, прогноз предлагает пути их устранения. Предмет прогнозирования связан со смежными секторами правового поля, взаимосвязь с которыми должна учитываться при составлении прогноза. Еще более важна связь с социальными, политическими и экономическими факторами…»[525].
«Говоря о специфике прогноза, – отмечает А. В. Овлащенко, – можно заметить, что она включает в себя анализ: тенденций (основных направлений) развития прогнозируемого объекта; видов факторов (политических, экономических, демографических, социальных, психологических, идеологических, технических, информационных и других); характера факторов (существенных и второстепенных, постоянных и временных, изменчивых и неизменчивых, внутренних и внешних, контролируемых и неконтролируемых, управляемых и неуправляемых, стимулирующих и тормозящих, положительных и отрицательных и ряда других)»[526]. При оценке эффективности того или иного международного договора следует обращать внимание на то, какие государства выступили инициаторами заключения договора, какие в нем участвуют, какие были отстранены и какие отнеслись отрицательно[527].
На наш взгляд, перспективная оценка эффективности реализации международных договоров по пакету ЕЭП может быть значительно увеличена при переходе государств – членов Таможенного союзу к 2015 г. к новому интеграционному формату – Евразийскому экономическому союзу. Указанные процессы могут служить мощным стимулом и для продвижения части «буксовавших» международных договоров, заключенных в рамках ЕврАзЭС и СНГ.
В то же время параллельно с расширением и углублением интеграции на постсоветском пространстве государствам следует учитывать ряд условий, без которых эффективность реализации заключаемых ими международных договоров будет низкой, либо вообще не позволит говорить об их эффективной реализации. В частности, для того, чтобы международный договор был высоко результативным, т. е. эффективным, он должен отвечать определенным требованиям как в отношении содержания, так и в отношении формы, т. е. специальным условиям. Понимание условий эффективности норм международных договоров и их классификация основаны на специфике толкования и определения эффективности норм международного права. В основу определения эффективности подобных норм можно положить общий подход, включающий в свое содержание также внутренние свойства и качество нормы. Показатели, характеризующие внутренние свойства и совершенство нормы, выступают как причины, непосредственно порождающие эти свойства, и, следовательно, не могут рассматриваться в качестве условий ее эффективности.
С этимологической точки зрения «условие» – это «то, от чего зависит другое», «обстоятельства, от которых что-нибудь зависит». В отличие от причин непосредственно порождающих то или иное явление, условия составляют необходимую среду, в которой конкретное явление (в данном случае норма международного права) может возникать, существовать и развиваться. В отличие от показателей эффективности, которые свидетельствуют о совершенстве нормы права, условия эффективности являются внешними, независимыми от исследуемой нормы обстоятельствами, действующими помимо нормы или наряду с ней и создающими обстановку, которая воздействует на качество правотворчества и правореализации[528].
Основа эффективности международных договоров закладывается уже на стадии их разработки. Для качественного составления текста международного договора и, соответственно, для его эффективности следует использовать особые правила и приемы юридической техники[529]. В связи с этим следует особое внимание уделять этой стадии договорного процесса. Качественный и юридически грамотный текст международного договора одна из важных предпосылок его будущей эффективности. Перспективы эффективности будущего международного договора на стадии его разработки обусловлены такими факторами, как степень воплощения интересов государств, четкость и определенность положений будущего договора, взаимосвязанность и согласованность норм как в самом договоре, так и с другими международными договорами в соответствующей области.
Таким образом, качественное юридическое проектирование – важнейшее условие эффективности нормотворческого процесса, в том числе применительно к международным договорам, а впоследствии – и всего правореализационного механизма в целом. Применительно к юридическому проектированию технических регламентов Таможенного союза и ЕврАзЭС можно высоко оценить такой документ, как Рекомендации по типовой структуре технического регламента Евразийского экономического сообщества, утв. решением Межгосударственного Совета Евразийского экономического сообщества от 27 октября 2006 г. № 321[530], который, несмотря на свой «мягкий» характер, имеет важное значение для составления текстов технических регламентов ЕврАзЭС и Таможенного союза как международных правовых актов и в полной мере применяется как при разработке, так и при правовой экспертизе проектов технических регламентов Таможенного союза и ЕврАзЭС.
