их вообще не осталось!
— Тонька, ты что, ешь их, что ли?
— Делать мне нечего, зубы об ни портить! — Лучезарно улыбается шутке мама. — Просто, не покупайте больше этот дешёвый хлам!
— Тогда сама ходи в магазины и выбирай! А то посылаешь Лильку или Лиану, а что они понимают…
— В колбасных огрызках… — Неожиданно для самого себя выдаю на гора фразу из моей старой жизни.
— К…каких ещё огрызках? — Уставились на меня все четыре нимфы.
— Обычных, колбасных…
— Саша, мы тут о серьёзных вещах говорим, а ты нам о какой-то колбасе талдычишь! — Недоумевает мама.
— Ой, я кажется, поняла! — Захлопала в ладоши Лиля. — Это опять, наверное, слэнг. Как вчера с эти, с кавером!
— Можно и так сказать… — Неуверенно выдавливаю из себя ответ.
— Сейчас не до этого. — Мама строго смотрит на меня. — Точно знаю, барабаны выдержат пару-тройку представлений, но надо думать о покупке другой установки, и про палочки не забыть!
— Понятно. Значит, с ударным инструментом всё понятно. Теперь посмотрим, что у нас там со всякими дудками. — Женя смотрит на Лилю. Та хлопает глазами, а потом говорит:
— А ничего у нас нет кроме флейты! Никаких духовых инструментов.
— Мда. Это плохо! Хотя бы, саксофон приобрести… — Тихо говорит Лиана.
На минуту в комнате воцаряется тишина.
— Итак, подведём итог! — Женя смотрит на лист, где она записывала, какие инструменты есть у группы, и каких нет:
— Девчонки! Положение плачевное. У нас нет клавишей, я имею в виду, переносных, надо заменить ударник. Отсутствуют дудки, кроме Лилиной свирели…
— Флейты! — Возмущается та.
— Не суть! — Машет рукой Евгения. — Насчёт покупки баяна я уже говорила. Контрабас не всегда нужен, но главное, что он в нормальном состоянии. Старые гитары выкинем, мы их даже продать не сможем…
— Тётя Женя, а если вы мне отдадите их на эксперименты? — Влезаю я, вспомнив, что в моём мире были акустические гитары, на которые устанавливали звукосниматели. Естественно, это у нас делали не от хорошей жизни, но опыт можно перенять. Правда, придётся для них сделать или приобрести усилитель с колонкой громкоговорителей.
— А зачем они тебе? — Удивляется мама. Озвучиваю свою идею. Женщины недоверчиво переглядываются, но потом решают, что пусть Сашенька попробует. Получится — хорошо, а нет, то выбросить старые гитары всегда успеем.
После проверки, какие инструменты есть, и что надо срочно приобрести, соседки начали думать, где выступать.
— Хм, мама, а вы не можете сами выйти на улицу и петь? — Осенила меня ещё одна идея.
— И провести в милиции 15 суток, да ещё и штраф в 100 рублей заплатить? — Укоризненно смотрит на меня Антонина.
Мда, тут вам не там! Уличных музыкантов тут нет…
— Придётся пойти к Игорю Моисеевичу, спросить совета! — Вздыхает Лиля.
— А это кто? — Спрашиваю Женю
— Да, юрист знакомый. Может быть, мы чего-то не знаем, он подскажет.
— Он что, бесплатно работает? — Удивляюсь, посматривая на маму.
— Нет! — Смеётся она. — Этот старый хрыч всё подкатывается к нашей Лиане, но он ей не нравится. Приходится вместо неё мне ходить к нему на консультацию.
— А сколько ему лет? — Интересуюсь у соседок.
— Да, ему за шестьдесят! Еле ходит, а на Лию облизывается.
Я смотрю на покрасневшую соседку. На вид ей около сорока. Всё при ней! И лицо миловидное. Я бы её в жёны взял! Готовить умеет, мужа голодным не оставит! Эх, мечты!
Все расходимся. Мама и я идём к себе в комнату.
— Сегодня какое число? — Спрашиваю родительницу.
— По-моему, 20 июня.
— А год?
Мама с удивлением смотрит на меня:
— Пятьдесят шестой….
Больше ничего не спрашиваю, чтобы она не всполошилась. Лезу в вещи Саши. Так, старый портфель. В нём пара тетрадей. Хм, что на обложке написано?
«Тетрадь по русскому языку ученика двенадцатого класса, Александра Береста».
Здесь что, 12 лет в школе учатся? Посчитаем. Если я, то есть Саша, недавно её окончил, выходит, тут детей заводят в подобные учреждения с шести лет. Открываю тетрадь, а там исписан только один лист. Расписание уроков. Никаких учебников в портфеле не оказалось. Их ученики получают перед учёбой, а после окончания учебного года, сдают в библиотеку школы. Разрисовывать книжки или как-нибудь по-другому их портить нельзя. За каждую испорченную книгу или пособие. С родителей учеников берут стоимость в пятикратном размере от цены повреждённого предмета.
Так, что я там подумал про нагрев воды? Запишем в тетрадь, какие детали нам понадобятся для солнечной водогрейки. Итак:
— бак;
— теплоизоляция, например, пенопласт (если он есть в этом мире), на худой конец, и деревянные стружки можно использовать;
— шланги, желательно, металлические, подойдут и металло-пластиковые, хотя они и хуже;
— самодельный коллектор из листа металла и тонкой металлической трубки;
— деревянный ящик с теплоизоляцией;
— чёрная краска;
— сантехническая фурнитура;
— смеситель или вентиль;
— инструменты.
Мда, и где всё это брать? Нет. Можно и просто бак покрасить в чёрный цвет. И выставить на солнце, повыше. За день вода в нём нагреется, но не больше, чем до 60-ти градусов. Но до утра теплота не продержится. Коллектор позволит подогреть воду до 80 градусов Цельсия, и сохранить её теплоту до утра, но…
Да, надо будет ещё и нагреватель электрический, какой-нибудь местный ТЭН или самодельную фигню из двух стальных пластин в бак воткнуть. Зимой солнце не сможет согреть воду больше, чем до 15 градусов Цельсия…
— Сынок! Что это ты чертишь? — Вздрагиваю от прикосновения к моим плечам рук матери.
— Да так, думаю. Как нам сократить расходы на газ…
— Правда? — Антонина заглядывает мне в глаза. От её прикосновений и близости, я начинаю постепенно возбуждаться…
Нет. Так дело не пойдёт! Эта женщина — моя мама, и точка! И думать о ней по другому нельзя! Силой воли, переламываю себя…
Но надо отвечать матери на вопрос:
— Правда, мама. Кое-что придумал, но пока это неосуществимо, нет денег и многого другого…
— Правду сказала Лиля, повзрослел ты. — Вздыхает Тоня. — Ведь раньше тебе и мысли бы не пришло, что на всё нужны деньги. А где их взять?
И тут меня что-то торкнуло, а в голове прошелестело:
«Деньги,
