отношение было очень особое. А вот к Кузаки — самое обычное. Фамилия и фамилия. Всего лишь надо было попросить всех соседей, кто в курсе, помалкивать.
Детей в курс дела Ринко ввела довольно рано. Подобрала слова, чтобы они сами захотели сохранить свой “маленький” секрет. Нумото помог носителям Света укротить свою Силу крови, научить не причинять вред окружающим предметам и людям. Тоже самое с магией — только там ещё помогали гражданские амулеты. Договорённость была такая: учить боевой магии и атакующей тактике “Парома” только после того, как юным Амакава исполнится полных пятнадцать лет.
Однако Генноске попробовал подступиться к Акио, когда тому стукнуло двенадцать — совсем недавно, то есть. И получил такой от ворот поворот, что ему в буквальном смысле пришлось удирать от разъярённой мамаши! Иначе б пришибла. Но перед этим червячок сомнений ему удалось в мыслях кендоистки поселить. Во всяком случае, в Ноихаре сорванцам точно было бы не до глупостей. Там умели занимать всё время учёбой и высасывать все силы тренировками…
— Бежим срочно смотреть!!! — пока хозяйка дома, когда-то принадлежавшего самому Юто, погрузилась в свои мысли, Кёко успела натянуть очки. И что-то прочла. Братьев и сестру как ветром сдуло — и Ринко пошла следом. Что их там как в задницу клюнуло?
— Вот это охрене-е-еть! — проследив за взглядом детей, женщина и сама охнула. Расстояние не позволяло разглядеть размеры поднимающегося в столбе света объекта, но что-то подсказывало: он был огромным.
— Явно что-то амулетное работает, такие паразитные потери маны, что трындец! — прокомментировал старший.
— Не выражайся! — машинально одёрнула его мать, но Акио неожиданно поддержала сестра.
— Мам, ты не маг, ты не чувствуешь. Там и правда трындец сколько Силы вбухано!
В этот момент Дайске сунул матери в руку кусок стекла, через второй такой же он смотрел на рукотворное явление. Ринко ничего не оставалось, как повторить. Младший не получил дар магии и дико, пусть и втихаря, завидовал своим сёстрам и братьям. Потому остервенело осваивал то, что давала ему Сила крови. И да, теперь Ринко видела. Водоворот энергий на полнеба, от которых дрожал воздух.
— Что это вообще такое?!
— В Сети пишут: старт первого в истории Человечества космического корабля, способного… прокалывать Пространство? — с удивлением прочла Кёко. — Это мы, получается, к звёздам скоро сможем полететь? Ну охренеть теперь!
Прямая трансляция Илона Маска
Стриминговые сервисы показывают довольно большую студию, представляющую собой пустую комнату с управляемым освещением и наложенную картинку, похожую на обычное рабочее три-Дэ пространство в очках-терминале. Илон Маск появляется не сразу, давая зрителям собраться и начать в чатах гадать, что же “главный визионер современности” желает продемонстрировать сегодня. Но вот он наконец выходит откуда-то сбоку — и лучи прожекторов тут же его “ловят”.
— Привет-привет! Всем привет! Дамы! Господа! И даже те, кто не определился — им отдельный привет!
Проходит своей фирменной походкой в центр зала.
— Прежде всего хочу извиниться, что оповестил об этой трансляции всего за несколько часов. И что тема не объявлена. Для всего есть объяснение. Но, поверьте, это стоило того. И, конечно, это связано с объявлением бесполётной зоны над частью Особой Зоны Такамия. Ровно над тем местом, где несколько дней назад произошёл громкий инцидент, вызвавший локальную погодную аномалию. Все эти события связаны, господа и дамы!
Звучит бравурный музыкальный проигрыш, заменяющий закадровые аплодисменты, прожектора совершают круговые движения, “теряя” Маска и вновь “находя”. В это время появляются парящие виртуальные окна с новостями о погодном инциденте, о запрете полётов и ещё одно с большим знаком вопроса на тёмно-сером фоне. На нём же бегут цифры таймера обратного отсчёта.
— Вы знаете, как я люблю космос. Вы знаете, как я мечтаю, чтобы человечество добралось до звёзд. Всего четверть века мы смотрели в небо и облизывались на Луну, не смея повторить дерзкий полёт астронавтов на Аполло… И вот уже наш естественный спутник — крупная промышленная база, и туда туристов возят! И я уже лет пятнадцать жду: вот-вот очередь Марса. Но история повторяется: несколько роботизированных лабораторий, спутники, коптеры — и один несмелый визит Человека. Типа: галочку поставили. А полет к Юпитеру и вовсе обернулся какой-то сраной многомесячной политической игрой, стоило американскому экипажу убедиться в “сырости” своего космического буксира. Не пора ли снова дерзновенно рвануться к большой мечте?!
Все экраны пропадают, кроме того, что с отсчетом. Он увеличивается и оказывается за спиной у ведущего, занимая место фона. Цифры стремительно уменьшаются, стремясь к нулю.
— Дамы и господа, позвольте представить вам корабль, способный ПРОКАЛЫВАТЬ пространство! Да-да, как в нашей любимой фантастике!
Появляется изображение горного пейзажа, снятое с летающей камеры. Оно стабилизируется на лежащей в распадке группе перетекающих один в другой гидроплазменных куполов. Которые прямо на глазах начинают сворачиваться. Под ними обнаруживается здоровенная конструкция: огромный диск с закругленными краями, в центре которого возвышается высокая надстройка. Зум приближает сооружение, чёткости изображению не хватает: очевидно, мешают потоки раскалённого воздуха. Потом и вовсе формируется гидроплазменный купол, накрывающий надстройку по самые края диска.
— И вы мне сейчас скажете: Илон, ты что нам втираешь? Это что, корабль? Соглашусь, форма для взлёта далеко не оптимальная, но нужно понимать, что вы видите прототип. По сути систему формирования прокола, вокруг которой построена обшивка и сверху расположен пункт управления. Изначально предполагалось провести серию экспериментов на земле, но внезапно оказалось, что прототип… как бы это сказать? Работает.
Кадры ужасающего молниевого шторма, бьющего по куполу базы, достоверно нарисованы, а вот дальше идёт обработка реальных съёмок поднимающегося супер-облака снизу. Зловещие фиолетовые вспышки в аномально густом туманном сумраке и тому подобное, причём сопровождающееся тревожными переговорами на японском.
— Это тестовое включение было, просто проверка
