меня, — попросил Долгопупс, собирая со стола свитки.
— Да, Невилл, мне надо дописать эссе по трансфигурации.
Я действительно собиралась в библиотеку, только не за материалами для эссе. Мне нужна была информация о других магических школах, законах и традициях этого мира, параллельно я штудировала старые подшивки газет, собирая крупицы знаний о семье Поттеров и деятельности Дамблдора и Волдеморта.
Делать это я старалась незаметно, брала десяток книг по самым разным темам, но читала только одну-две, действительно нужных. Вот только из-за вечных стопок книг, которые меня окружали в библиотеке, на Гриффиндоре я прослыла заучкой и книжным червем.
Доказать обратное я не могла, тем более, что учеба давалась мне легко. Задания и учебники были рассчитаны на одиннадцатилеток. Прочитать параграф на пару листов — задание на пять минут. Самым сложным считались эссе, которые надо было писать не менее, чем на два фута. Для себя я это называла изложением длиной в обычный тетрадный лист — максимум полчаса работы. Вот и выходило, что на всю домашку я обычно тратила не больше полутора часов.
* * *
К концу сентября я поняла, что устала от окружающих. Интроверт по натуре, я уже мечтала об одиночестве. Но в Хогвартсе практически невозможно уединиться где-либо кроме ванной комнаты. Все помещения — общие.
В спальне всегда есть кто-то рядом, про гостиную факультета или Большой зал и говорить нечего. Можно было засесть в пустом классе, но туда постоянно норовили вломиться. Чаще всего Филч, близнецы Уизли или Снейп. Дольше пятнадцати минут ни разу не удалось там просидеть в одиночестве. Это угнетало. Ведь это телом я ребенок, но разумом — взрослая дама. И круглосуточное нахождение в толпе эмоционально нестабильных подростков стало для меня проблемой. Еще немного и пойду вразнос.
Плетение фриволите стало бы для меня спасением, вот только, где его плести, так чтоб никто не мешал? Пробовала сидя в кровати закрывать балдахин, но за тяжелыми бархатными шторами быстро становилось душно. В нишах коридора или пустых классах — постоянно кто-то отвлекал. Я сбивалась с подсчета узлов и приходилось распускать плетение, отчего я не успокаивалась, а только сильнее нервничала. Оставался вариант с Выручай-комнатой, но туда я идти опасалась, чтоб избежать лишних вопросов. Мне уже кухни хватило.
Да, мне надоел тыквенный сок и я решила выпросить у кухонных эльфов термос с горячим чаем и уйти с ним к озеру, в надежде, что хоть там меня найдут не сразу. Но на мою беду в то же время в кухню явился Снейп.
— Мисс, Грейнджер, что вы здесь делаете? — Строго посмотрел на меня зельевар.
— Я пришла попросить чай. Или какао, — пискнула я, пытаясь вспомнить, есть ли в уставе Хогвартса запрет на посещение кухни.
— А откуда маглорожденная первокурсница, знает о тайном проходе? — Его голос стал более подозрительным.
Я же смотрела на него, и пыталась придумать ответ. Ведь буквально вчера вечно голодные Рон Уизли и Дин Томас пытались выведать эти данные у Перси. Но правильный братец Рональда вместо координат прочитал им лекцию о режиме дня и о том, что есть надо исключительно за завтраком, обедом и ужином. А значит, если кто на факультете и знал об этом секрете, вряд ли б он поделился со мной этой тайной.
— Я все еще жду ответ, — Снейп напомнил, что пауза затянулась.
— Случайно подслушала чужой разговор, когда сидела в нише, — «призналась» я, опустив глаза.
Разговор я действительно подслушала, только он был совсем не о кухне. Малфой успокаивал рыдающую Паркинсон, которой родители сообщили, что ей придется выйти замуж за Драко. Блондин уверял свою однокурсницу, что она хорошая, но он тоже не желает на ней жениться. Вот только проклятие рода прогрессирует, снять его никто не может. И лишь правильные расчеты на совместимость позволяют не прерываться семейному древу блондинов. Конец беседы я не услышала, но общую идею уловила. А там, где секретничают одни, вполне могли б делиться информацией и другие.
— Чей разговор? — Наседал декан Слизерина.
— Я не знаю. Это было на втором этаже, там ниша за углом коридора и не видно говорящих. По голосу, какие-то мальчишки. — Я всеми силами пыталась говорить правдоподобно и при этом не смотреть в глаза этому легилименту. Мало ли.
Снейп скрипнул зубами, резко развернулся и вышел из кухни, ничего на это не сказав. Из чего я сделала вывод, что бывать на кухне все-таки можно, при условии, что ты ее найдешь. Я тоже решила не афишировать свои знания, а термос, который мне вручили перепуганные эльфы, спрятала в сумку.
Не знаю, как остальные преподаватели, но Снейп явно провел беседу со своими змейками по поводу подозрительного закутка. Потому что на следующий день, идя по коридору второго этажа, я увидела, как из «моей» ниши выбирается пара незнакомых слизеринцев.
— Опять никого, — заявил крепыш напарнику.
— Ничего. Поймаем шпиона. — Уверенно ответил ему второй змей.
Тут они оба заметили меня, но я с уверенным видом свернула в туалет плаксы Миртл. Хотя до этого момента посещать его опасалась. Ну, а теперь, раз выбора не было, решила обследовать, пока хозяйка данного помещения где-то гуляла.
Змейка на кране была. Только на одном, что подтверждало теорию о василиске. Да и, если присмотреться, были видны тонкие пазы вокруг змеиного умывальника. Я намочила руку и поднесла ее к щели, легкий прохладный ветерок пробежал по пальцам. Сквозняк. Стало жутко и я отдернула руку. А через пару минут поспешила вернуться в коридор, решив сюда заходить лишь в самом крайнем случае.
Детективов-слизеринцев в коридоре уже не было. Но «моя» ниша себя явно скомпрометировала, опять надо искать новое место для отдыха от людей и плетения кружева.
Такое место нашлось случайно через две недели. Невилл притащил свою жабу на завтрак. А потом понял, что не успевает вернуть ее в спальню, потому что первым уроком у нас его любимая травология. Так что в теплицу гриффиндорцы явились еще и с питомцем. Помона Спраут была не особо довольна, но позволила Тревору остаться. Чтоб жаба не мешала ее посадили в высокий горшок под плодовой смоковницей.
Урок прошел хорошо, но когда мы выходили из теплиц Нотт «случайно» уронил горшок, Тревор испугался и поскакал к двери. Пока Невилл пробрался через «ненароком» образовавшуюся толпу слизеринцев, свободолюбивый жаб уже бодро прыгал к дальней теплице.
— За пятой теплицей начинается Запретный лес, — заметила Лаванда Браун.
— Надо помочь Долгопупсу, пока его питомец не сбежал, — предложила Парвати, и мы все побежали за Тревором
Вместе мы смогли загнать жабу в угол
