– Тогда идем дальше. Ты знаешь, что на государственный заказ положено проводить
тендер? Для того в администрации и создана конкурсная комиссия.
Конечно, ей это было известно. Не знала она того, что на протяжении последних лет
во всех конкурсах, где заказчиком выступал бюджет, были два бессменных участника: все
те же Моисеев и Давлатян.
– Подконтрольные им фирмы регулярно подавали заявки.
Но если продолжать рассуждать логически, на чем очень настаивал Вадим, то в их
желании выиграть не было ничего предосудительного.
– Ну и что? Две крупнейшие компании края ни за что не пропустили бы такой куш.
– Ну да, – он явно не верил в подобное объяснение, – или для того, чтобы сохранить
видимую легитимность. Когда отказ получал «ПрогрессСтрой» Моисеева, договор
обязательно заключал «Экспресс Лайн» – дочернее предприятие ООО «Ванатур»,
принадлежащего Давлатяну. Тогда за этими двумя фирмами и людьми стоит один дирижер,
имя которого нам с тобой известно. И деньги текли в один карман.
– Это только слова.
– А это, – Вадим ткнул пальцем в экран ноутбука, – документы. И на всех стоит
подпись твоего друга Штурмина.
Крыть было нечем. Карточный домик рассыпался в прах.
– Хочешь, подкину тебе шанс на оправдание? – Вадим смотрел на нее сочувственно.
Сломленная, точно погребенная заживо под холодной снежной лавиной, Алена
Соболева только кивнула, жадно облизнув губы.
– Хотя думаю, что, в конце концов, он ляжет очередным кирпичиком в стене
обвинения… Было еще одно юридическое лицо, некое ЗАО «Альянс менеджмент», из раза
в раз проявлявшее желание получить госзаказ. Что-то когда-то эти ребята даже
выигрывали и строили в Южноморске, но с тех пор, как Штурмин набрал силу в крае, их
некогда активная деятельность сошла на «нет». Просто и ненавязчиво подвинули
конкурента.
Изложив свою точку зрения, юный сыщик успокоился. Словно после того, как
поделился результатами проведенного анализа, огромный камень упал у него с души. А
Алену мучил один вопрос, но скорее не к нему, а к самой себе:
– А при чем здесь Налим?
Иронично ухмыльнувшись, Вадим недоуменно развел руками.
– Ни при чем. Ты пала жертвой собственного стереотипного мышления. Встретив
однажды на своем пути его имя, крепко вцепилась и больше уже не выпустила из рук,
посчитав его самым влиятельным в крае лицом. Ошиблась! Сама же говорила, что Налим
плотно обосновался за границей, а домой путь ему заказан…
Все так. Все так просто и очевидно, достаточно было только нырнуть вглубь, а не
плавать на поверхности. Стоило признать, что Крюков обошел ее по всем статьям и из
помощника вырос в самостоятельного сыщика. А она осталась при своей самооценке и
амбициях. Самовлюбленная и увлеченная дурочка!
Но поверить, что Штурмин и есть то самое непримиримое зло?..
Так или иначе, Алена нуждалась не в словах, а в неопровержимых доказательствах…
34
Сбор информации о ЗАО «Альянс менеджмент» потребовал определенных усилий,
но оказался делом выполнимым. В течение нескольких лет ЗАО осуществляло работы в
Южноморске, реконструировав Южноморский драматический театр им. А.Н. Островского,
построив новое здание городского суда и отремонтировав главный корпус больницы им.
Чижова. Деятельность, развернутая на широкую ногу, была в одночасье свернута, и
«Альянс» неожиданно для многих ушел с рынка южноморского госзаказа, не оставив о
себе никаких воспоминаний.
Вот причины столь скоропалительного исчезновения Алене Соболевой и предстояло
выяснить.
То, что ЗАО «Альянс менеджмент» зарегистрировано в Питере, показалось ей
хорошим знаком. Андрей Владиленович любезно согласился помочь и лично побеседовал
с генеральным директором. Вряд ли тот знал, что беседа идет под запись, но уже через
пару дней аудио-файл был в распоряжении Алены.
Андрей Владиленович: Спасибо, Виктор Иванович, что согласились ответить на
несколько моих вопросов.
Генеральный директор «Альянс менеджмент»: За вас просили такие люди, что
отказать не представлялось возможным (смеется).
АВ: Возглавляемая вами фирма несколько лет назад работала на Черноморском
побережье.
ГД: Не совсем так… В то время я действительно руководил ЗАО «Альянс
менеджмент», но вот уже более трех лет не имею к нему никакого отношения и
понятия не имею о дальнейшей судьбе. После ухода я не поддерживаю отношений ни с
кем из бывших коллег.
АВ: Но мне бы хотелось поговорить именно о времени, когда ваша компания
работала в Южноморске. Вы не против?
ГД: Не могу сказать, что для меня это приятные воспоминания. История с
Южноморском едва не стоила мне не только карьеры, но и здоровья…Что ж,
спрашивайте, отвечу.
АВ: Почему выбор пал именно на Южноморск? Ваша компания родом из
Петербурга, и вдруг такая экспансия в Южный федеральный округ.
ГД: Да ничего удивительного. Исторически сложилось, что юг стал
стратегической территорией для «Альянса». Основной бизнес вели именно там.
Существовали налаженные связи и контакты. Я не говорю, что мы кому-то взятки
давали, просто давно и плотно работали в Ростове, в Ставропольском и Краснодарском
крае, кое-что в Чечне строили и даже на Олимпийских объектах отметились. Размах
уже нешуточный был. Так что Южноморск не являлся чем-то из ряда вон выходящим.
Там появились подряды, за которые платили деньги, так почему бы не взяться? С
определенных пор с бюджетом стало работать выгодно: ни проволочек, ни задержек.
Выполнил обозначенный объем работ – получи деньги. Никакого обмана и кидалова. В
бизнесе всякое бывает, а здесь риски сведены к минимуму.
К тому же мы не только строили, но и занимались общественной деятельностью.
Помогали малоимущим, дошкольным учреждениям, устраивали праздничные
мероприятия для детей из мало обеспеченных семей. Старались строить капитализм с
человеческим лицом.
АВ: Тогда поясните: почему воспоминания неприятные?
ГД: (смеется) Поначалу все пошло как обычно: выбрали подряд, подали заявку в
соответствии с правилами. Выиграли тендер. Сделали из полуразрушенного театра
конфетку. Качественно. Оперативно. Лично мне худрук театра жал руку, благодарил и
предлагал распить бутылку неплохого французского вина. С губернатором общались
позитивно. Он и поддержал нашу инициативу продолжить сотрудничество. Дальше
строили, ремонтировали. Край исправно оплачивал работы… У меня офис находился в
самом центре. На площади Восстания. Я был уважаемым бизнесменом.
Потом все изменилось. Быстро. В одночасье. Мы даже среагировать вовремя не
успели. Сначала по формальным признакам нам завернули заявку на тендер: вроде как
наши юристы не предоставили какие-то документы. В следующий раз нас опять сняли с
дистанции, скорее даже не допустили вовсе: не вовремя объявили о своем желании
получить госзаказ. Затем снова и снова. Потом мы проиграли конкурс, хотя
предложенные нами условия были лучше, чем у конкурентов. Когда же поняли, что
против нас развернута целая кампания по дискредитации – в местной прессе появились
заказные статьи – обратились в суд. Мы вели свой бизнес честно и хотели, чтобы
государство защитило права налогоплательщиков.
Ошиблись! Когда осознали, было уже поздно. Суд неоднократно отказывал в
рассмотрении иска, а затем глава юридического департамента «Альянса» подвергся
нападению и был жестоко избит. На наше обращение в полиции ответили, что
криминогенная обстановка в Южноморске напряженная, и конечно никого не нашли.
Зато в офис нагрянула проверка, сотрудники органов вели себя вызывающе, так что мой
главный бухгалтер попал в больницу с диагнозом «гипертонический криз». Изъяли
