поменяла резиновые сапоги на удобные весенние полусапожки на небольшом каблуке, которые она носила исключительно на своей работе.
Все это время Лидия Михайловна шла за ней и рассказывала, какой у нее прекрасный, трудолюбивый сын.
Амина слушала ее не очень-то внимательно, так как в ее мыслях сейчас был отнюдь не Гена, а ее подруга Даша.
«Не понимаю, — думала она, — почему этот мужчина не заговорил с ней? Ведь она красивая и высокая, не худая и не толстая, обворожительная брюнетка с карими глазами. Что с ним не так?»
Обладая небольшим комплексом своей внешности, Амина считала себя менее привлекательной, чем ее подруга: ростом она была на полголовы ниже Даши, метр шестьдесят два, ощущалась небольшая худоба, бледная кожа, длинные, темно-русые волосы.
Все, что нравилось ей в своей внешности, то это глаза, перешедшие к ней от матери: красивые, зеленые, оливкового цвета.
— Я была бы очень рада такой невестке, как вы. — Продолжала свое сватовство Лидия Михайловна.
— Лидия Михайловна, а вы знали, что ваш сын не ровно дышит к моей подруге Даше?
— Даше? — удивленно переспросила она.
— Да. — С серьезным выражением лица произносит Амина. — Может, вам лучше будет взять в невестки Дашу? Она работает прямо напротив меня, в продуктовой лавке. Не сходить ли вам к ней? — предложила девушка, желая поскорее отделаться от этой навязчивой женщины.
— Странно, — с сомнением проговорила Лидия Михайловна. — Что же тогда мне Генка ничего не говорил о ней?
— Наверное, постеснялся. — Предположила все такая же серьезная Амина.
— Хм, — с задумчивым видом Лидия Михайловна выходит из библиотеки, даже не попрощавшись с Аминой.
Амина села за свой рабочий стол и открыла журнал с планом на эту неделю.
— Уже в третий раз за месяц! — тяжело дыша, в библиотеку влетает разъяренная Даша. — Амина! Сколько уже можно посылать ко мне мамаш с нелепыми предложениями выйти замуж за их дармоедов? Думаешь, у меня своих таких горе-мамаш не хватает?
— Прости. — Рассмеялась Амина. — Мне показалась эта затея забавной.
— Забавляешься, значит? — зло прищурила глаза Даша. — Тогда жди сюрприз и от меня.
Даша вышла из библиотеки, громко хлопнув дверью.
Глава 2
— Я говорю: отчего люди не летают так, как птицы? Знаешь, мне иногда кажется, что я птица. Когда стоишь на горе, так тебя и тянет лететь. — Удостоверившись, что в библиотеке она находится одна, Амина встала на стул, посередине комнаты небольшого по площади читального зала, и крепко зажмурив глаза, стала читать вслух и с выражением цитату из любимой пьесы Островского «Гроза»: — Вот так бы разбежалась, подняла руки и полетела. Попробовать нешто теперь?
— Нет! — кто-то вдруг вскричал, напугав Амину так, что она чуть со стула не упала. — Не нужно этого делать! — открыв глаза, девушка увидела в дверях только что вошедшего в библиотеку молодого мужчину двадцати восьми лет в ярко-желтой олимпийке, в черных джинсах и со спортивным рюкзаком за спиной. — Не нужно бросаться со стула, — продолжил он с легкой ухмылкой на губах. — Самоубийство — это не выход, и уж тем более не решение всех проблем.
— Гриша! — радостно завизжала Амина и, спрыгнув со стула, бросилась ему на шею. — Когда ты приехал?
— Только что. — Улыбнулся в ответ Гриша. — И решил сразу же навестить свою плаксивую подругу.
— Ну, хватит, — обиженно надула губы девушка, — я уже не та плакса, какой была раньше.
— Тем не менее, в моей памяти ты всегда останешься плаксивой девчонкой из соседнего дома. — Гриша бросил свой рюкзак на диван, стоящий напротив входной двери, и, протерев обувь о коврик, прошел внутрь зала. — Как здесь стало чисто и уютно, — отметил он, оглядываясь по сторонам. — Словно библиотека вновь ожила.
— Спасибо. — Смущенно потупила взгляд Амина, и на ее щеках появился легкий румянец. — Выпьешь со мной чаю?
Амина нервничала. Не дожидаясь ответа Гриши, она тотчас скрылась за полками книг, где у нее располагалась мини-кухня: небольшой деревянный столик и тумба, где стоял электрический чайник.
— Нет, спасибо. — Вежливо отказался Гриша от предложенного чая. — Мне нужно уже уходить.
— Так скоро? — девушка вернулась в зал с заметной грустью на лице.
— Я обещал встретиться сегодня с друзьями в кафе. — Гриша берет свой рюкзак и направляется к выходу. — Но ты не огорчайся, вечером я заберу тебя, как только ты закончишь работу, и мы вместе отправимся в деревню. Хорошо? — подмигнул девушке, как это делал всегда, когда что-то обещал ей.
— Ладно. — Все с тем же смущением улыбнулась Амина.
Попрощавшись с Гришей, она вернулась за свой рабочий стол и стала думать о Грише.
Гриша — друг детства Амины, на пять лет старше ее; жил он в доме своих дедушки и бабушки по соседству с Крыловыми в Дубровке, в то время, как его родители жили в другой стране. Чем вызван данный переезд родителей — никому не было известно, даже самому Грише. Впрочем, в последние несколько лет он практически не интересовался жизнью своих горе-родителей, его вполне устраивала жизнь в деревне.
Сразу после одиннадцатого класса, Гришу забрали в армию. Отслужив год в сухопутных войсках, он сразу же поступил в городской университет, где и учится до сих пор, получая знания квалифицированного юриста.
Город, где он проходит обучение, находится в пятистах километрах от их села, поэтому ему не так часто удается приезжать к своим родным.
Амина очень скучала по своему лучшему другу, ведь их обоих связывает не только совместная игра в песочнице, летние купания в пруду или вечерние прогулки по вымирающей Дубровке, но и их одинаковые судьбы. И Гриша и Амина рано потеряли своих родителей и воспитывались у своих бабушек и дедушек, — это и сблизило их, сделав друзей близкими по духу.
— Ах, поскорее бы вечер, — грустно вздыхала Амина, глядя на огромные настенные часы с кукушкой, — и я увижусь с Гришей. Мне столько всего нужно ему рассказать!
Как и обещал, Гриша зашел за Аминой ровно в шесть вечера, когда девушка уже уходила с работы, вешая замок на входную дверь библиотеки.
— О, какая обворожительная женщина в резиновых сапогах и в платке в цветочек! — воскликнул он с фальшивым восхищением, подходя к девушке.
— Вы, сударь, пытаетесь меня унизить? — с укором спросила Амина, прищурив глаза.
— Да ни за что! — продолжал Гриша играть роль восхищенного. — Вы само совершенство! Ни одна местная девица, — потом добавил, понизив тон: — вроде твоей Даши, не сравнится с вашей красотой!
Двое друзей часто разговаривали между собой так, будто они находятся на сцене и показывают своим невидимым зрителям спектакль, используя театральные жесты и заранее выбранные веселые
